Полиция реальности - Ростислав Гельвич

Я включил музыку, и улегся на кровать, не снимая одежды. В тишине, и общей пустоте квартиры, задумчивость вскоре как рукой сняло. Лишь одна не особо длинная мелодия успела закончиться. Сев на кровати, почуял слабый запах пота и мускуса. Резкий получился контраст, с ни на йоту не уменьшившейся стерильностью квартиры. Я включил музыку погромче, и ушел в душ. Почти ничего не слышал, конечно же, в упругих струях воды. И слушать, наверное, не хотел. Мысли пошли совершенно по иному, думалось легко и уютно.

Когда я вышел из душа, на душе было уже гораздо легче. Все мысли, вертевшиеся в голове раньше, казались крайне глупыми. Действительно. Сел на кровать, и накатило понимание, как же глупо я себя вел. Точнее, не только даже оно. Ополоснувшись, сбросив негатив, я понял, что хочу работать.

В основном именно это заставило меня сделать звонок Евгению Павловичу.

— Извините что ушел тогда, было не по себе. — сказал я, как только услышал «Алло».

— Ничего. Я понимаю. — ответил он — Ты в порядке, Николай?

— В порядке. Вы что-то говорили, что я буду нужен, завтра. Или послезавтра?

— Может быть. Думаю, что из-за сегодняшнего случая, можно и повременить.

Неприятно. Мне хотелось работать. Применять способности. Давать им выходить наружу, не позволять киснуть в голове. Страх того, что мне придется сдерживать их, особенно после того, как я грамотно ими воспользовался, охватил с утроенной силой.

Эдакий поток сознания. Я еле удержался от того, чтобы именно такими словами все и высказать.

Лишь только:

— Я просто хочу работать. Мне это нравится. — не мой голос. Как змеей вытошнило.

— Да? — без паузы, Евгений Павлович ответил сразу же — В таком случае, ничего не будем задержить. Я тебе позвоню, Николай.

Меня не удовлетворили его слова. Особенно, когда уже сейчас, пульс города сам собой бил в виски. Я чувствовал, что город кишмя кишит Объектами. Если бы мне сказали: «Ты обязан взять все их за ночь. Один», я побежал бы сразу, не забыв сказать спасибо благодетелю.

— Отлично. В таком случае, не буду вам мешать.

За-вер-шить.

В меня вгрызлось чувство неудобства. Из области правого легкого, оно очень быстротечной раковой опухолью распространялось на остальную грудь, и в голову.

Чувства были ненормальные. Все происходящее в голове, было ненормально. Было ненормально.

— Было ненормально.

Да, было ненормально.

Я встал с кровати, и голым, уже обсохшим, заходил по комнате. Туда-сюда. Играла музыка, что-то с интернет радио, может Джонни Кэш, а может быть и саундтрек из какой-нибудь игры. Голову занимало совсем другое.

И на часах, как назло, не было даже и шести. Я лег в кровать, просто потому, что не мог уже чем-нибудь занять себя. И, наверное, каждые минуты три-четыре, у меня дергалось веко, или просто, начинали зудеть руки. Я смотрел на часы. Время текло медленно, и нудно, сон никак не шел.

Поэтому удивление ударило кувалдой.

Ведь я встал, глядя в неработающий экран ноутбука. Экран именно что не работал из-за поломки, а не потому что отключился. Плюс еще, на нем появилось множество царапин и трещин, которых я не видел раньше. Квартира была удивительно цветная, своим белым цветом. В воздухе по-прежнему слабо пахло хлоркой, и хвоей. Как и обычно в моменты сновидений, все было удивительно реально. То что случится далее, я понял не логикой — понял рефлекторно, можно сказать душой.

Серое нечто виднелось еще вдали, из окна. Оно медленно, и неотвратимо пожирало Петербург. Не туман, не какая-либо еще серая, аморфная масса. Просто — ничто. Серая текстура, из компьютерной игры.

Во сне такое бывает, когда ты стоишь, и не можешь двинуться. Так было и со мной. Понимая, что проходят часы, но ощущая их секундами, я смотрел в окно, не в силах бежать. Лишь только, когда ничто приблизилось ко мне почти вплотную, я развернулся, и размашисто побежал, как пловец взмахивая руками и ногами.

Страха не было. Не было ничего. Я понимал, что нахожусь во сне. И это заставляло бежать еще быстрее. Если оно догонит — придется просыпаться. И уж тогда-то — уверенность сражала железобетонностью — на меня накатит. Именно поэтому, я бежал. Хватаемый за ноги, руками знакомых мне людей. Странно. Никогда в жизни их не видел, но ощущал знакомыми. Они все хватали меня за лодыжки. Я спрашивал у них, криком, срывая горло, зачем они меня тормозят? Я не ожидал ответа. Но они стали отвечать. Двумя голосами: один мужской, и один женский. Горож в моем сне, был квинтэссенцией всех виденных мною городов, а голоса людей, квинтэссенцией слышанных голосов.

Они отвечали мне сплошь:

— Мы хотим тебя.

Я увидел Родиона, который проткнул мне кожу, пальцами, и не отпускал. Он сказал, что хочет меня. И Стас говорил, что он хочет меня. Они все облепили меня, их липкие руки, тепло их кожи. Я отвечал что не хочу. Но нет.

Они сорвали с меня одежду. Все еще было больно, но в то же время, нечто странно-возбуждающее появилось в этом сне. Это было так на грани, боль и удовольствие. Чужие пальцы ковырялись в моих ногах, и в то же время, теплые волны, берущие начало из паха, понемногу. Понемногу.

Заполняли меня всего, просто заполняли.

Вы хотите меня?

— Да, мы хотим тебя.

И странные, ниоткуда появившиеся голоса, подтвердили это. Им приходилось верить — ведь это был сон. Несмотря на все удовольствие, через некоторое время, я дернулся, вырываясь, и пытаясь бежать.

Бежать именно что в никуда. Спереди приближалось еще одно нечто. Такое же, серое. Точно так же, подгоняя людей, с такими же лицами, и все с теми же безэмоциональными криками:

— Мы хотим тебя.

Оставьте меня в покое.

— Мы хотим тебя.

Я стоял, сотни их вцепились мне в ноги, разрывая икры, и хватая уже за голую кость. Не чувствовалась боль. И страх тоже. Я сделал лучшее, что мог сделать — позволил им творить все, что они захотят. Упал ниц, закрыв глаза.

От кровати пахло тем же запахом пота и мускуса. Плюс, навязчивые нотки чего-то просяного. Но первые два запаха, чувствовались твердо. Настолько твердо, что это перебивало, царившую ранее стерильность. Протянув руку, я двинул мышкой, и сразу же был ослеплен ярким светом монитора. Это успокоило меня лучше всего.

Я поднялся с кровати. Простынь и одеяло — хоть выжимай. Подушка чуть получше, но тоже мокрая. Удивился еще, и откуда во мне столько пота? Трудно было понять. Сон сохранился в голове урывками, связанными между собой нитками из тревоги и страха.

Повесив одеяло и простынь на две спинки кровати, ушел в душ. Долго стоял там, наверное, минут даже сорок. Страх не смывался водой. Сильно захотелось почистить зубы. Почистил. Это не помогло. Лишь только, исчезло неприятное ощущение во рту. Я понял, что вернусь в комнату, в таком же состоянии, в котором и ушел из нее. Поэтому, перестал зря лить воду, закрыл душ.