Больше, чем любовница - Мэри Бэлоу

Джейн трясло от ярости. Синие глаза метали молнии.

– Так Сидни жив? – воскликнула она, повернувшись к графу. – И здоров? И все это время вы охотились за мной как за убийцей? И сейчас, когда я пришла к вам сюда, чтобы выразить соболезнование, вы не остановили меня ни одним словом? Как можно быть таким жестоким и вероломным! Теперь я понимаю, зачем вам понадобилось увозить меня в Кэндлфорд. Вам нечего предъявлять суду! Вы по-прежнему верите, что можете заставить меня выйти за Сидни?! У вас, верно, не все в порядке с головой, или вы думаете, что я сошла с ума!

– Но остается в силе обвинение в нападении, покушении на убийство, после чего мой сын в течение нескольких недели находился между жизнью и смертью, – парировал граф, также иск о краже значительной суммы денег и довольно ценного го браслета.

– Ах кража! – сказал Джоселин, швырнув свою шляпу на трость на стул возле двери. – Приятно сознавать, что моя догадка оказалась верной. Джардин жив и является активным участником этой комедии. Мои поздравления, Дербери. Вы прирожденный лицедей.

Джейн в полном недоумении переводила взгляд с графа герцога и обратно.

– Так это была всего лишь догадка? Блеф? И почему вы все еще здесь, ваша светлость? Я сказала вам, что не нуждаюсь в вашем заступничестве. И никогда не буду нуждаться в нем. Уходите же!

– Я пришел, чтобы отвести вас к леди Уэбб, – сообщил Трешем.

– К тете Харри? Она здесь? Вернулась?

– Совершенно верно.

На этом разговор с Джейн герцог Трешем посчитал законченным. Оставалось выяснить отношения с ближайшим родственником леди Сары.

– У леди Уэбб моей невесте будет куда удобнее, чем в Кэндлфорде. И мне спокойнее, учитывая странный характер ваших отношений, – заявил герцог Трешем.

Джейн открыла было рот, чтобы возразить. Как он смеет! Но ведь она действительно приехала в Лондон, чтобы пожить у крестной. Сидни, как выяснилось, жив и здоров. Ехать в Кэндлфорд – чистое безумие. Тетя Харри в Лондоне. Все позади. Весь этот кошмар, в котором она жила, кажется, вечно, кончился в одночасье. И Джейн молчала.

– Да, любовь моя, мы едем к леди Уэбб, – сообщил ей герцог, все это время исподволь наблюдавший за ней.

– Леди Сара – ваша невеста?! – с издевкой в голосе спросил граф. Он, кажется, пришел в себя. И сдаваться пока не собирался. – Послушайте, Трешем, Саре сейчас двадцать. Пока ей не исполнится двадцать пять, она не может выйти замуж без моего согласия. А я согласия на брак с вами не дам. Вы мне не нравитесь. Да и вам я не верю. Вы блефуете. Вы не собираетесь на ней жениться. Люди нашего круга не женятся на шлюхах.

Джейн онемев наблюдала за действиями герцога. Тот медленно подошел к графу, а в следующее мгновение граф уже болтал ногами в воздухе, стараясь найти опору. Трешем, намотав на руку его шейный платок, держал беднягу на весу, угрожая сдавить горло. Лицо Дербери стало темно-бордовым.

– Иногда мне кажется, – тихо сказал Джоселин, – что у меня неважно со слухом. Думаю, мне стоит проверить его у врача, чтобы не наказывать человека за то, чего он, возможно, и не говорил. Но чтобы не рисковать – характер у меня, знаете ли, вспыльчивый, – прошу вас, Дербери, впредь выражаться предельно ясно и отчетливо.

Носки графа вновь коснулись пола, а шейный платок вернулся на место, хотя выглядел он как-то жалко, совсем не так, как прежде.

Джейн не было настолько чуждо все человеческое, чтобы она не получила удовольствия от этой сцены. Того удовольствия, что испытала бы на ее месте любая женщина.

– Ваше согласие должно быть получено до того, как я назначу свадьбу с леди Сарой Иллингсуорт? – спросил Джоселин. – Значит, я получу его прямо сейчас. В письменной форме. До вашего отъезда в Корнуолл, куда, впрочем, вы отправитесь не раньше завтрашнего утра. – Джоселин поднес к. глазу лорнет.

– Вот этого вы никогда не заставите меня сделать, – сказал граф. – Сара – моя подопечная. Я обещал ее покойному отцу найти ей хорошего мужа, мужа, способного обеспечить ей. долгое, счастье. И этот человек не вы, Трешем. Но дело не только в вас. На ком вы собрались жениться? Вы не забыли, что она напала на моего сына и едва не убила его? Вспомните, она украла у меня деньги и драгоценности. Она должна ответить за свои действия, пусть даже только передо мной и Джардином, И именно в Корнуолле, где она совершила все эти преступления. Я – опекун этой особы и мне решать ее судьбу.

– Возможно, – сказал Джоселин, – эти обвинения все же стоит предъявить ей в Лондоне, Дербери, Леди Сара весьма строптива и непременно создаст вам проблемы в дороге. Я сам помогу вам доставить ее в магистрат. Прямо сейчас. И тогда свет, которому так не хватает сенсаций в разгар сезона, полной мере насладится историей о том, как нежная барышня была отдана под суд за то, что свалила с ног мужчину в два раза крупнее себя, швырнув в него книжкой. И еще за то, что забрала пятнадцать фунтов у своего опекуна, который больше года не платил ей назначенного покойным родителем содержания. И зато, что забрала из сейфа браслет, который передала ей в подарок мать, оставив там, в сейфе, вещи куда более ценные. Заметьте, она не взяла драгоценности, которые все равно будут принадлежать ей же по достижении двадцатипятилетнего возраста. Уверяю вас, Дербери, весь Лондон будет в восторге, узнав об этом.

Граф шумно дышал, раздувая ноздри.

– Вы меня не шантажируете, Трешем? Джоселин приподнял бровь.

– Если бы я вздумал вас шантажировать, то я бы сообщил дополнительно, что моя невеста подает на вас в суд за пренебрежительное отношение к вашим обязанностям опекуна, за то, что в вашем собственном доме ваш сын пытался ее изнасиловать. Я уверен, что в конце концов смог бы уговорить свидетелей сказать правду. Одного показания будет довольно. И я бы добавил так, на всякий случай, что если наши с Джардином пути вдруг случайно пересекутся, ему придется очень туго. Можете ему это передать.

И снова Джейн почувствовала приятное удовлетворение. И все же что-то в этой ситуации было не так. Не должны все так легко ему подчиняться. Это несправедливо. Почему никто не смог дать отпор герцогу Трешему? Боевой пыл тут же покинул Гарольда, когда он понял, что его план изловить ее, хитростью заманить в Корнуолл и шантажом заставить выйти замуж за Сидни не срабатывает. И даже его нежелание давать согласие на свадьбу подопечной может иметь последствия куда более неприятные, чем потеря большей части достояния ее отца.

Пока Джейн, всеми забытая, сидела и молча злилась, письменное разрешение герцогу Трешему на бракосочетание с леди Сарой Иллингсуорт было получено и должным образом оформлено. Даже нашлись свидетели. Миссис Джейкобе удостоверила подпись герцога Трешема, слуга графа – подпись своего господина.