Месть Демона - Владимир Лосев

Я прокрался вдоль кустов к следующему дому и, выбрав момент, заскочил в подъезд. Выбрал не очень правильное слово, просто прислушался к себе и побежал. Что услышал в себе или не услышал…

Дальше было совсем просто, из подвала через окно я выбрался на соседнюю улицу.

Не знаю, заметил ли кто меня, но если даже и заметил, то уже можно было не ловить. Это мой двор, моя улица и мой дом. Еще мальчишкой я умудрялся прятаться так, что меня никто не мог найти, сейчас можно даже и не пытаться, стал еще хитрее.

Я свернул в один проходной двор, из него вышел во второй, а оттуда уже на всякий случай, чем по необходимости, выбрался в третий. В нем существовал тайный лаз, известный только мальчишкам из нашего двора. Если перелезть через забор, то окажешься в узком не больше метра проулке, между двумя домами.

Здесь за проржавелым мусорным баком находилась маленькая железная дверь, которая выводила в подвал, из которого можно выбраться на следующую улицу.

Она была небольшой и плохо освещенной, но вела именно туда, куда мне было нужно.

Я прокрался в тени больших деревьев и оказался позади небольшого здания.

Это и был спортзал, в котором когда-то занимался каратэ, и поэтому мне этот путь был так хорошо известен. Пришел я сюда с единственной целью, поговорить с человеком, который когда-то был моим тренером.

Он должен меня понять. Я всегда его считал настоящим воином и хорошим человеком, скупым на слова, но многое понимающим в жизни. Этот человек научил меня многому и в первую очередь терпению. Это не наша философия, а азиатская.

И главное в ней двигаться маленькими шажками, и тогда легко пройти самый длинный путь. Потому что важен не результат, а сама дорога.

Бегущему, могу сказать одно, жизнь — не трасса для забега.

Венок, увитый черной лентой, возложат всем — тому, кто опоздал, как и тому, кто умер раньше, чем смог понять, что некуда спешить.

Именно благодаря этому человеку, его философии, я жив сегодня, он дал мне силу и веру, помогающие жить.

Он говорил: «Все трудно. Но сделай маленький шажок, завтра другой и, в конце концов, дойдешь до любой цели.

Тебе плохо? Но это сегодня, завтра станет чуть легче. Без боли не бывает прозрения, без нее никто не получит силу и мудрость. Только она заставляет нас двигаться. Нам нужен стимул. А стимулом греки называли заостренную палку, которую втыкали ослу в зад, чтобы заставить его двигаться вперед. Поверь, для осла это было болезненно». В нашей стране из-за разных пертурбаций была потеряна философия жизни, помогающая спокойно принимать перемены, боль и неприятности. Мы вообще многое потеряли, строя нежизнеспособный общественный строй.

Не признавая эволюции, веря в революцию. Яростно крича и убивая всех несогласных, а заодно мудрых и понимающих. Наши предки оставляли за собой пепелища и братские могилы. Пока не пришло время строить.

Вот тогда и оказалось, что мы умеем только убивать и умирать, а для того чтобы строить и жить, нужна совсем другая вера. А она была потеряна, как прежний путь, поэтому нам — их потомкам приходится искать утешение в чужой философии.

А то, что пытаются перекроить на ходу и как-то спешно приспособить, оказывается нежизнеспособным.

Моисей водил евреев по пустыне сорок лет, пока не умер последний родившийся в рабстве, только тогда он повел их в землю обетованную. И первое, что сделал — дал веру, позволяющую строить и жить. Нас же водили семьдесят с лишним лет по кругу, сжигая леса, строя временные бараки вместо домов. Тут я остановился и задумался. А ведь действительно…

Мы же двигались не к цели, потому что цель это ряд последовательных шагов в нужном направлении. Нет, мы топтались по кругу, выжидая время. Шаг вперед, два шага назад…

А ждали мы день, который должен был все изменить в одно мгновенье, то есть чуда.

А когда прошли все предполагаемые сроки, и ничего не произошло, все растерялись…

Я даже рассмеялся от неожиданных и ненужных сейчас мыслей.

Мало у меня проблем, чтобы еще задумываться над судьбой страны? Меня ищут бандиты и милиция, чтобы выяснить, кто же это убивает, потому что догадываются, что к этому имею какое-то отношение я.

И на самом деле убивает мое второе «я», используя наше совместное тело, только оно потом скрывается в глубине, а мне приходится разгребать то, что оно оставило. В этот раз все будет иначе, прятаться, стану я, а оно само пусть решает наши проблемы.

Все, как говорила сестра, она ни в чем не ошиблась, даже когда уверенно сказала, что рядом со мной кто-то есть.

И действительно, оказалось, что мне помогает Роман…

Осталось понять, кто же скрывается во мне.

Я шел не за утешением к своему тренеру, а за пониманием, как к мудрецу.

Много людей и до меня жило на этой земле, и думаю, что хотя бы у одного человека имелись такие же проблемы, как у меня.

Не зря же мифы и сказания рассказывают об оборотнях, демонах и бесов, которые вселяются в людей. Что-то выходит, существует такое, что не могут объяснить наши ученые-материалисты?

Николай Васильевич — мой тренер читал много, и в его чтении существовала определенная система, понять которую было невозможно непосвященному. Конечно, больше всего он увлекался восточной философией, несмотря на то, что давно находился на пенсии, и занятий по боевым единоборствам больше не проводил. Но знания и здравый ум у него должны были остаться, а это мне и нужно было от него.

Как мне рассказывал один мой товарищ, когда-то ходивший на занятия вместе со мной, что старик по-прежнему приходит в спортзал раз в неделю по просьбе своих учеников, чтобы посмотреть, как проходят занятия, и подсказать, если нужно.

Сегодня как раз такой день, если я ничего не перепутал. И если старик все еще жив и ходит, я его увижу. Надеюсь, что он не впал в старческий маразм, и сможет мне хоть что-то объяснить, или дать ссылки на книги, в которых я смогу найти объяснения…

Может быть, в древних индийских ведах, или у китайских мудрецов уже рассматривалась эта проблема, и найдено решение?

А мне нужно это знать. Что сделать, чтобы из нас двоих, остался кто-то один. Пусть даже это буду не я.

Из окон спортзала шел свет, изнутри слышался шум обычной тренировки.

Я не пошел к парадной двери спортзала, потому что обычно во время занятий она закрыта на засов, а из-за тренировочного шума никто не услышит стук.

Я зашел со двора, где находилась маленькая деревянная дверь, которая тоже закрывалась, но у нее имелся секрет. Его знали многие ученики, особенно те, кто всегда опаздывал, как я. Если полотно двери приподнять определенным образом, то язычок замка выскакивал из своего гнезда, и дверь открывалась.