Нф-100: Роботы божьи - Сергей Марьяшин

Оставалось решить, в чем она поедет. Одежды он ей так и не купил. К счастью, популярность виртуальных нарядов растет с каждым годом, в них теперь ходят даже на официальные приемы. Поколдовав с настройками, Наташа создала полупрозрачное вечернее платье топлесс. Иссиня-черное, под цвет ее волос, усыпанное сияющими искрами, оно начиналось чуть выше пупка, а заканчивалось сзади пятиметровым плывущим по полу шлейфом. Стоило Наташе сделать шаг или пошевелиться, как платье озарялось бегущими сверху вниз огненными всполохами. Роскошный наряд шел ей невероятно.

Ради платья пришлось ей снять футболку. Она осталась практически голой; такова плата за соответствие моде. Ее действительную одежду, помимо шорт, составило золотое ожерелье с турмалинами, подсвеченными изнутри зеленым лазером, доставшееся Егору от покойной бабушки. Оно годами лежало в ящике стола - и вот, наконец, нашло применение.

Егор взял Наташу под руку. Они посмотрели на себя в зеркало - ни дать ни взять, семейная пара собралась в оперный театр. Улыбнувшись друг другу, они вошли в лифт.

Сегодня был особенный день и Егор потратился. Он заказал изменение окраски прибывшего за ними таксобота. Из черно-желтого такси стало белоснежно белым, а на двери появилась его личная эмблема, придуманная еще в детстве: рыжая мордочка лисицы фенека с большими острыми ушами в окружении лавровых листьев. Правое ухо зверька украшала золотая серьга. Белый цвет и хитрая лисья физиономия выделят их кабинку из общего потока на время поездки. Эта услуга, довольно популярная в корпоративной среде, заметно увеличивала стоимость проезда. Компании платят, чтобы их сотрудники перемещались по городу под сенью родных логотипов. Иногда и частные лица прибегают к ней, превращая обычный таксобот в подобие гербовой кареты прошлого. Сегодня был как раз такой случай.

Глядя на Наташу, Егор улыбался помимо своей воли. Его распирало от счастья. Он сиял и не мог, как ни старался, подавить глупую восторженную улыбку. Теперь у него была своя тайна, волшебный секрет, который невозможно скрыть от окружающих. Егор, наконец, нашел свою девушку. Она находилась рядом с ним всю его жизнь, но прежде ему и в голову не приходило рассматривать ее в таком качестве.

Причина ее неотразимости была вовсе не в изощренной технике соития, и он это знал, хотя в моменты близости едва ли мог здраво рассуждать на эту тему. Наташа была ESTJ - половинкой, предназначенной ему самой природой. Их неудержимо влекло друг к другу подобно противоположным полюсам магнита, покорным неумолимым законам физики: против воли, понимания и любых рациональных соображений.

Не имело никакого значения, что она андроид, а не человек из плоти и крови. Психика Егора с рождения настроена на принятие ESTJ. Наташа идеально подошла ему, а он идеально подошел ей, как и было задумано неведомыми программистами Гулла, создавшими имитацию человеческой личности на основе запрещенной соционики. Психические функции Егора и Наташи совершенным образом соединились, породив чистое, всепоглощающее счастье, в котором они с наслаждением купались, как дети в искрящейся на солнце воде.

Белоснежный купол "Колизеум Арены" приближался, на глазах увеличиваясь в размерах и заслоняя собой небо. Вокруг было светло, как днем. Купол сверкал в лучах виртуального солнца, специально зажженного ради сегодняшнего вечера. Спортивный комплекс, вмещающий без малого миллион зрителей, был возведен на месте бывшего Мещанского района Москвы. Исполинская полусфера подавляла своим размером. "Арена" была так велика, что окружающие пирамиды на ее фоне казались игрушечными.

Движение замедлилось. Устремленный в сторону полусферы поток такси то и дело рассекали катера важных персон в сопровождении полиции. Выли сирены, сверкали полицейские маячки, грохотали летящие к "Арене" вертолеты. Казалось, вся Москва хотела быть там и смотреть исторический бой.

Вскоре они встали в пробке. Егор не волновался, они выехали загодя и не опаздывали. Он даже был рад: потемневшие окна отлично укрывали их от собратьев по несчастью, маявшихся в соседних кабинках. Забыв обо всем, он увлеченно целовал Наташу. Это была, наверное, лучшая пробка в его жизни. Замирая и тая в объятиях возлюбленной, Егор поймал себя на мысли, что готов стоять в пробке вечно.

Время пролетело слишком быстро. Он уже собирался выключить ее платье, когда такси с мягким толчком причалило. Для важных персон, к коим Егор и Наташа сегодня принадлежали благодаря глостинскому приглашению, предназначался особый причал. Но даже здесь была давка. Причал - узкая полоска бетона перед уходящей в небо бесконечной стеной купола - была забита персональными кораблями и спецкатерами полицейского сопровождения. Таксобот ловко проскочил к свободному пятачку и высадил их прямо напротив входа. Егор проводил кабинку взглядом и с сожалением увидел, как исчезла с двери лисья морда, а окраска из белой стала заурядной черно-желтой.

Был вечерний отлив. Жидкое серебро аквапленки отступило, обнажив мокрые бетонные стены по обеим сторонам причала. Ноги гостей остались сухими благодаря причальному механизму, автоматически опустившему посадочную платформу до уровня воды. Егор бросил взгляд на покрытую водорослями стену и в памяти всплыл утренний кошмар. Он непроизвольно дернулся, будто заново испытав ужас раздавливания. Обеспокоенно вглядываясь в его лицо, Наташа спросила, что стряслось. Графики физиологических показателей Егора совершили необъяснимый скачок, свидетельствуя о смертельной опасности, которой он якобы подвергался. Она была уверена, что никакой опасности вокруг нет.

Егор рассказал ей свой кошмар и озабоченно спросил:

- Этот сон что-то значит? Вдруг он сулит беду?

Наташа пожала обнаженными плечами, виновато улыбнувшись. Толкование сновидений не было ее сильной стороной, а в Среде Гулл описаний похожих снов не обнаружилось.

Они встали в очередь к сканеру, проверяющему гостей на наличие оружия, мин, ядов, отравляющих газов, радиоактивных материалов, бактерий, вирусов и нелегальных программ для чипов. Их окружала пестрая толпа богачей, среди которых, судя по обрывкам телепатических разговоров, было немало иностранцев - их речь всегда слишком правильная из-за автоматического перевода.

Мужчины в дорогих смокингах с виртуальной подсветкой, в основном в летах, были солидны и толсты. Их спутницы, напротив, блистали юностью и стройностью фигур. Про наряды дам Егор мог сказать лишь одно: они были роскошно раздеты. Он удовлетворенно отметил, что почти все встреченные женщины уступали Наташе в красоте. Те немногие красотки, что могли бы соперничать с ней, скорее всего, тоже были гулловскими роботами модели GHR18.

В глазах рябило от украшений и драгоценностей. Иконки над толпой, казалось, соревновались в пышности и яркости цветов. Тут были политики, чиновники, военные, бизнесмены, деятели шоу-бизнеса, дипломаты и прочая знать. Когда иконки над головами гостей сталкивались, раздавался шумный треск.

Егор отметил, что ткани-невидимки все больше входят в моду. Некоторые гости были полностью задрапрированы в них. Это выглядело странно: словно отрубленные головы сами по себе плывут в воздухе.

Очередь двигалась медленно. Сканер непрерывно звенел, реагируя на оснащенные электроникой драгоценности. К счастью, все вели себя прилично, никто не толкался и не лез вперед. За наташину безопасность можно было не опасаться.

Не сразу пройдя сканер, - у охраны возникли вопросы по поводу массивного бабушкиного ожерелья, - Егор с Наташей оказались в холле с высоким купольным потолком. Робот-швейцар в простом матерчатом фраке сбросил им в чипы программу боя и указал резиновым пальцем в сторону трибуны "Уральских роботов". Из пальца выскочила виртуальная ярко-красная стрелка. Извиваясь змейкой, она побежала вглубь толпы, указывая путь. Егор не нуждался в указаниях, он уже бывал там. Они приехали слишком рано, до начала матча был почти час. Взяв Наташу под руку, он неторопливо повел ее вслед за стрелкой.

У входа на трибуну "Уроботов" их встретила Ирина Сергеевна. Егор пораженно уставился на нее - косоглазие исчезло. Ясные карие глаза смотрели ровно и прямо, ничто не напоминало о травме. "Наверное, ей поменяли зрительный блок", - мысленно шепнула Наташа, церемонно раскланиваясь с секретаршей. От Егора не укрылись многозначительные взгляды, которыми обменялись андроиды. Они сразу, по каким-то лишь другглам известным признакам, узнали друг в друге сородичей.

Ирина тепло приветствовала его. Ему показалось, что секретарша, увидев его трепетное отношение к Наташе, прониклась к нему еще большей симпатией. Ирина показала им их места и, извинившись, покинула, чтобы встретить новых гостей.

Егор осмотрелся. Знакомая трибуна представляла собой просторное помещение с низким светящимся потолком, вмещавшее два ряда уютных кресел и бар со стойкой. Кресла Егора и Наташи были крайними в заднем ряду. Снаружи, из зрительного зала, ложа выглядела гигантским грибом, воткнутым посреди тысяч плаcтиковых кресел для обычных болельщиков. Таких грибов было несколько: для руководства фирм-участниц, всякого рода чиновничества и самый большой, где располагалась правительственная ложа.