Остров Эллис - Фред Стюарт

— Это все старые угрозы, — прокричал Том, думая, хватит ли у Фарго выдержки, чтобы открыть огонь. — Пришло время показать им, что они не могут обращаться с нами, как с преступниками! Они не могут нацеливать на нас свои пулеметы, будто мы их рабы…

Его слова были прерваны огнем. Хотя пули были направлены и выше их голов, ощущение было ужасным. Женщины закричали.

Когда выстрелы стихли, Том сказал:

— Хорошо, я отправляюсь на ферму к своей свекрови, чтобы закончить то, что я начал говорить. Все те, кто думает, как и я, что это свободная страна, где свобода слова гарантирована Конституцией, могут последовать за мной.

Он спустился по ступенькам и пошел по улице. Шахтеры наблюдали за ним.

Вдруг один из них крикнул:

— Я с Беничеком… — и пошел следом.

— И я! — заорал другой, и затем вся толпа пошла следом за маленьким чехом.

Том выглядел удовлетворенным. Кто-то начал кричать:

— Забастовка! Забастовка! Забастовка!

И все подхватили:

— Забастовка! Забастовка! Забастовка!

Билл Фарго, потерявший слушателей, выглядел немного сконфуженным.

Делла мыла в корыте детей, когда услышала крики: «Забастовка! Забастовка!». Тетушка Эдна подбежала к окну.

— Слава Богу! — воскликнула она. — Твой муженек, наконец, сделал это!

Делла поспешила к двери и выглянула наружу. Том шел через поле, сопровождаемый скандирующей толпой. Когда он подошел ближе, он остановился и поднял руки, призывая толпу к тишине. Все замолчали.

— Отлично. Здесь мы свободны, — сказал он. — И вы кричите: «Забастовка!». Вы серьезно?

— Да! — донеслось из сотни глоток.

— Раньше они всегда побеждали, угрожая тем, что выкинут нас из наших домов. Единственный путь победить их: это покинуть их дома первыми.

Он подождал, пока волна от его слов не уляжется.

— Если вы серьезно намерены сражаться с компанией, — продолжил он, — я попрошу профсоюз предоставить нам палатки, еду и медицинскую помощь. Мы можем разбить палаточный городок прямо здесь, на земле моей тещи, и эта чертова компания ничего не сможет сделать. В этом случае, я возвращаюсь домой и собираю все, что сможет вам понадобиться, чтобы выжить — одеяла, одежду, кастрюли, горшки, чайники и т. д. Когда я получу палатки, я дам вам знать, и вы сможете выезжать из домов. А пока вы не получите от меня известия, продолжайте жить, как раньше. Но, когда мы будем готовы, мы начнем забастовку — и мы победим. Готовы?

Пауза, затем десяток голосов закричал:

— Да! Мы с тобой, Том!

— Хорошо. Идите по домам, а я позвоню в профсоюз.

Стоя в дверях дома, тетушка Эдна сказала Делле:

— Он поднимет все здесь! Пора!

Том с возбужденным лицом, вошел в дом и поцеловал жену.

— Теперь мы пойдем до конца, — воскликнул он.

— А профсоюз поддержит тебя? — спросила Делла.

Том улыбнулся и кивнул в сторону машины.

— Если нет, мы организуем другой профсоюз.

И он сел в машину.

Пока он разговаривал по телефону с Джо Хайнесом на бензоколонке Дейла в Хоуксвилле, в его машину врезался грузовик и остановился. Билл Фарго и четверо его людей вылезли из него. Улица была почти пуста, а когда появлялся какой-нибудь прохожий и видел, что происходит, тут же исчезал. Люди Фарго набросились на машину Тома с ломами. Они разбили ветровое стекло и передние фары, изорвали в клочья брезентовый верх и изрешетили шины.

Когда Том вышел из помещения бензоколонки и увидел изуродованной свою любимую машину, он чуть не сошел с ума.

— Сволочи! — завопил он, бросаясь на них.

Но он не мог справиться с ними.

Они избили его до потери сознания и оставили лежать в грязи, окровавленного и почти так же изуродованного, как его машина.

— Это проучит мерзавца! — сказал Билл Фарго, взбираясь в грузовик.

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Но это не проучило его.

Фарли Дейл позвонил врачу, который приехал оказать Тому первую помощь. Затем отвез его в клинику, где перевязали Тому левую руку и промыли остальные раны. Теперь Том был похожа на солдата, чудом выжившего в окопах Франции, но он был жив. Фарли Дейл сказал, что он посмотрит, что можно будет сделать с машиной, и дал ему грузовик, чтобы тот смог добраться до Эдны. Когда Том вошел в дверь дома, Делла, увидев мужа, всего обвязанного бинтами, воскликнула:

— Что с тобой?

— Билл Фарго, — сказал он, обессиленно опускаясь в кресло, — и его ребята избили меня. Но все в порядке.

— В порядке? Ты выглядишь, будто под тобой разорвалась бомба!

— Завтра Джо Хайнес вышлет с грузовиком палатки. Это важно — профсоюз поддержал меня.

Делла подошла у нему и поцеловала.

— Ты — вот, что важно, — сказала она.

Он выдавил улыбку в ответ.

— Ничего, — сказал он. — Мы, Беничеки, крепкие ребята. Машину — вот, что жаль. Это единственное, что убило меня. Но ничего, мы все равно победим.

Монти Стэнтон вышел из своего «роллс-ройса» и посмотрел на раскинувшийся на поле палаточный городок. Погода улучшилась, и десятки шахтеров и их семьи сидели, стояли ли прохаживались между палаток. Кто-то кипятил на огне котлы. Палаток было около сотни.

— Они бастуют уже третью неделю, мистер Стэнтон, — сказал стоявший рядом с ним Билл Фарго. И они, по-моему, не собираются прекращать.

Монти выглядел угрюмо.

— Скажи Беничеку, что я хочу поговорить с ним, — сказал он, садясь в машину. — Привези его в Белль Мид.

В тот же вечер Том Беничек с забинтованной рукой — остальные бинты он смог уже снять — сидел за огромным столом в столовой Белль Мида. Напротив него расположился Монти. Какое-то время оба изучали друг друга. Затем Монти произнес:

— Чего ты добиваешься, сынок?

— Контракта с профсоюзом.

— Может, ты слышал, что идет война. И для правительства жизненно важно получать уголь. Ты ведь патриот, не так ли? И ты бы не хотел нанести ущерб правительству?

— Я люблю эту страну, но мои люди не станут добывать уголь без контракта с профсоюзом.

— «Мои» люди, — повторил Монти. — Что ж, это интересно. Ты куришь?

— «Кэмел».

— Я имею в виду сигары.

Он достал из кармана пиджака кожаный портсигар, открыл его и положил на стол.

— Попробуй «Вилар и Вилар» 1911 года. Я заказал пару сотен после того, как немцы торпедировали «Лузитанию». На случай, если они вдруг оккупируют Кубу. Можешь представить себе этих тупых немцев, пытающихся управлять кубинцами?