Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— Дань? — удивлённо обернулась я к ней.

Но и шаман и травница промолчали: старик был занят собой, старушка же, подслеповато щурясь, тревожно следила за мельтешащими тенями вдали от нас.

Костёр мы всё же развели, положили в него толстые палки, которыми было придавлено мясо, чтобы оно не вывалилось во время перехода. И замерли в ожидании лодки.

Потребовалась дюжина ходок, чтобы переправить практически всё мясо на остров. С предпоследней партией отправили раненого ша Аскетилла, и бросить обессиленного ша Сиира на этом берегу мне не позволила совесть. Поэтому все старички отплыли с Лоской.

— Мама, садись с ними, я с последней партией прибуду, — сказала я Райле, но та, упрямо выдвинув челюсть вперёд, хмуро ответила:

— Нет. Останусь с тобой. Анника вернётся на лодке с Дэгни, вы все вон какие тощие, мои руки точно лишними не будут.

Я открыла было рот, чтобы возразить и если нужно силой заставить родительницу сесть в шлюпку, но по её блеснувшим ослиным упрямством глазам, поняла — не выйдет. В итоге просто кивнула, не став спорить.

И вот мы остались вдвоём у большого тюка с мясом. Райла держалась стойко и почти не вздрагивала на ночные шорохи и одиночные крики хищных птиц.

— Ты дашь Гутрун заживляющий камень? — негромко спросила мама наверняка, чтобы чуть успокоить напряжённые нервы.

— Нет, — честно ответила я. — Ты заметила, что он потускнел? Если раньше золотинки сияли ярко, а цвет самого артефакта был практически белоснежным, то сейчас он изрядно потускнел.

— Заметила, — согласно вздохнула мать.

— Гутрун сказала, что старику не угрожает смертельная опасность. У неё есть все нужные травы, чтобы помочь ему. Будет восстанавливаться долго, хромать, но выживет. А сила камня нам ещё пригодится. Нам никак нельзя тратить его энергию направо и налево, только в самых критических ситуациях и, — я сжала губы в тонкую раздражённую линию — мне не нравилось, то что я скажу, но это была правда, — и только для самых близких.

Мама пожевала губами и медленно кивнула.

— По крайней мере, пока я не пойму, каким образом этот артефакт заряжать, — добавила я и заметила, как Райла просияла. Добрая душа. И щедрая. — Я уже пыталась влить в него свою магию, но она даже не коснулась камня, словно вокруг него невидимый глазу щит. И осмотреть его магическим зрением тоже не вышло. Есть у меня теория, что нужно опустить камешек на дно Сольваны и оставить его там на некоторое время, вот только как это провернуть — не знаю. Просто закинуть в реку — не вариант. Есть все шансы, что потом не найдём.

Райла понятливо покивала, и мы снова ненадолго замолчали.

— Мам, а что ты думаешь насчёт дядюшки Анса?.. — заговорила я вновь, но резко замолчала — почувствовала что-то странное, и пусть заклинание шагов было активировано, этот кто-то приблизился практически незамеченным. Лишь благодаря интуиции я ощутила нешуточную опасность.

Они выходили из леса стройно, один за другим. Стая волков. Их тихое утробное рычание и злобный оскал вызвали мороз по коже, члены свело от страха.

Размера они были приличного, где-то мне до талии. Их алчущие глаза пугали — голод и желание нас растерзать, вот что читалось в их глубине. Позади послышался плеск вёсел о поверхность воды — лодка возвращалась. Но обернуться, чтобы понять, как далеко подмога, я не осмелилась — казалось, стоит мне шелохнуться, как в мою глотку вцепятся острые клыки зверей.

Нужно успеть добежать до реки и уходить вплавь. Но Райла плавать не умела… и что? Зато я могла. Но вот если тащить ещё и тяжеленную шкуру с мясом — заведомо её утопить. Тут вспомнились слова Гутрун — хиллест. Что ж, придётся поделиться с хищниками, возможно, так распорядились высшие силы?

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове, как вдруг мой настрой и предварительный план действий сбил страшный, потусторонний вой… Из-за густых кустов подле лесной кромки одним мощным прыжком в круг света от костра, выпрыгнул и замер… вожак стаи. Выше остальных на пару ладоней и шире раза в два-три. Глаза его светились голубоватым сиянием.

— Магдир ульв, — прошептала Райла, алые отблески костра неровно мазнули по её посеревшему лицу.

— Мама, бежим к реке и прыгаем в воду, прямо сейчас! — прошептала ей я, хватая женщину за руку и делая шаг назад, но дать стрекача мы не успели: мои плечи вдруг сдавила непомерная тяжесть — пошевелиться не получалось, даже моргнуть и то не могла. Рядом засипела Райла, она с жалобным стоном рухнула на колени, открытым ртом судорожно ловя воздух и стараясь протолкнуть его в грудь. Паника «попыталась» окутать моё сознание, лишь титаническим усилием воли я смогла её побороть.

«Магдир использует какую-то свою магию?», — подумалось отстранённо, сама же, крепко стиснув челюсти да так, что хрустнули зубы, попыталась сопротивляться чужой магии.

— Рра! — рыкнул мощный вожак, делая медленный шаг вперёд. Он смотрел точно мне в глаза, я почувствовала, как из носа тонкой струйкой потекла кровь, и когда я уже почти склонила голову, что-то воспротивилось во мне, стремительно взбунтовалась:

— Фиг тебе, а не вкусный ужин из меня и мамы! — прохрипела я, с каждым мгновением мой голос креп, магия магдира начала отступать, а перед глазами просветлело. Руки и ноги снова стали мне подчиняться. Мама лежала рядом и прерывисто дышала, но сейчас я не могла кинуться к ней. Нужно расправиться с главной опасностью…

— Рур-рра! — как-то иначе взвыл волчище, от его зова моё сердце на миг замерло от безотчётного ужаса…

Тем временем часть его стаи страшно-молчаливо бросилась в нашу сторону…

Глава 18

— Х-ха! — выдохнула я, с силой выталкивая из себя воздух. Одновременно топнула ногой да так, что от удара расползлись глубокие трещины. Заклинание активировалось, и прямо перед бегущими в нашу сторону волками возник овраг, в который с диким визгом провалилось несколько хищников, не успевших затормозить, но большая часть всё же успела отскочить назад и спастись. Я не хотела их убивать, что-то мне подсказывало, что не стоит этого делать. А ещё мне нужно было отгородиться от опасного магдира. Откуда-то зрела уверенность — у него в запасе не так уж и много магических фишек, всё же это прежде всего зверь, и есть все шансы, что он не умеет летать.

Яма