Дело в ридикюле - Анна Лерн

кабинет. Там маркиз бережно уложил незнакомку на кожаный диван, подложил под голову подушку и накрыл пледом. Прикоснувшись ко лбу больной, я испуганно произнесла:

— У неё сильный жар!

Кессфорд дёрнул за сонетку, вызывая слугу. Дворецкий появился быстро, словно и не спал вовсе и ждал распоряжений хозяина. При виде девушки, лежащей на диване, у него на лице не дрогнул ни один мускул.

Маркиз тихо отдал ему распоряжение немедленно послать за доктором, и тот бесшумно исчез за дверью. — Не понимаю, — прошептала я, опускаясь в кресло напротив дивана. — Как она могла оказаться в башне? Кессфорд задумчиво потёр подбородок, глядя на бледное лицо незнакомки:

— Башня была заперта последние несколько месяцев. Я сам проверял замок на прошлой неделе. Кто-то должен был помочь ей проникнуть туда. Но кто?

Мы замолчали, наблюдая за прерывистым дыханием девушки. Гроза за окном постепенно стихала, оставляя после себя тихий шелест дождя.

Часы в кабинете пробили три раза, когда в дверь тихо постучали. А потом в кабинет вошел доктор Ричардсон.

— Прошу прощения за задержку, милорд. Ночь выдалась на редкость скверная, — произнес он, доставая из саквояжа стетоскоп. Его проницательный взгляд скользнул по девушке, после чего доктор осторожно отодвинул плед с её груди.

Движения мистера Ричардсона были методичными и уверенными: он прослушал легкие, проверил пульс, измерил температуру.

— М-да... - хмурясь, пробормотал доктор, поворачиваясь к нам. — Тяжелый случай грудной горячки, ваша милость. Весьма запущенный.

Лихорадка, судя по всему, мучает её уже несколько дней.

— Это опасно? — спросила я, нервно сжимая руки.

— Без должного ухода, безусловно. У пациентки сильное воспаление в лёгких, и жар необходимо сбить как можно скорее. Доктор достал блокнот и принялся быстро писать.

— Я выпишу микстуру от кашля, припарки из горчицы для груди. Каждые три часа давать хинин для снижения температуры. Кое-что у меня имеется с собой.

Он оторвал листок и протянул его маркизу:

— Нужна сиделка, причем опытная. Первые дни будут решающими. Пациентку следует поить теплым молоком с медом, бульоном. И непременно полный покой. Кстати, по поводу сиделки. У меня есть женщина, которая сделает всё, что требуется. Прислать её?

— Да, конечно. Буду вам премного благодарен, — сразу согласился Кессфорд, после чего многозначительно добавил: — Э-э-э… доктор Ричардсон, я бы хотел попросить вас не распространяться о том, что вы здесь видели.

— Само собой, ваше сиятельство. Вы могли не просить меня об этом, — мужчина едва заметно улыбнулся и достал из саквояжа лекарства. — Вот. Этого хватит до завтра.

Когда доктор ушел, я посмотрела на маркиза:

— Что будем делать дальше?

— Сначала нужно вылечить кхм… нашу гостью, — ответил он твердо. — А потом уже разбираться во всём остальном. Я сейчас распоряжусь, чтобы её отнесли в гостевую комнату. А вы идите спать, леди Флетчер. Вам нужно отдохнуть.

— Да, конечно. Ночь выдалась тяжёлой. Но что вы будете говорить остальным? Завтра все узнают о случившемся, — спросила я, поднимаясь с кресла.

— Правду, — спокойно произнёс маркиз. — За исключением того, что у девушки имеется тёмное пятно на репутации.

Глава 60

Утро выдалось суматошным. За завтраком только и разговоров было, что о таинственной незнакомке, найденной ночью в башне. Я наблюдала за реакцией присутствующих, потягивая горячий чай и пытаясь справиться с легким головокружением после бессонной ночи. — Бедняжка! Она, должно быть, так напугана… — в глазах Аннабель читалось беспокойство. — Как же эта девушка оказалась в башне? Графиня Лэйтер, напротив, поджала губы и недовольно произнесла, обращаясь к маркизу:

— Мой дорогой мальчик, ты уверен, что держать незнакомку в доме — разумное решение? В наши дни столько мошенников. И вообще, я считаю, что эта особа очень странная. Что, если она преступница? — Полностью согласен с леди Лэйтер, — вмешался лорд Ланкастер. Он лениво вытер губы салфеткой и бросил на меня быстрый взгляд. — Нужно немедленно сообщить в полицию. Кто знает, что у неё на уме? Обчистит дом и поминай, как звали. Я заметила, как Кессфорд слегка поморщился от этих слов.

— Эдвард, право слово, девушка больна. Доктор Ричардсон настоял на постельном режиме и не даёт никаких прогнозов.

— Ты слишком добр, кузен, — усмехнулся Ланкастер. — Так нельзя.

— А я согласна с братом. Мы не можем натравить полицию на больного человека. Женщину! — поддержала маркиза Аннабель. Эдвард лишь поднял руки, шутливо давая понять, что сдаётся. Но моё внимание привлекло кое-что другое. Маленькая Эмма, обычно такая живая и болтливая, сидела непривычно тихо, почти не притрагиваясь к сладостям. Даже мальчишки не могли расшевелить её. Взгляд малышки был устремлен в тарелку, а пальчики нервно мяли край скатерти. Периодически она поглядывала на отца, и её щёки краснели. Что-то здесь было не так… После завтрака, когда мы с мальчиками начали собираться домой, я улучила минутку и заглянула в детскую. Эмма сидела на широком подоконнике и смотрела в окно.

— Эмма, милая, у тебя найдётся минутка? — мягко поинтересовалась я. Девочка повернулась ко мне. В её глазах мелькнуло что-то похожее на страх.

— Я заметила, что ты сегодня какая-то встревоженная, — начала я, присев рядом с ней. — Если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь рассказать мне. Обещаю, это останется между нами. Эмма закусила губу, опустила глаза, а потом прошептала:

— Да, я должна кое-что рассказать… Отец будет зол на меня, когда узнает…

— Отец любит тебя. Не стоит бояться говорить правду близким людям, — я погладила девочку по тёмной головке. — Для начала ты можешь поделиться со мной. — Это я... я нашла её. В парке, — прошептала девочка. — Три дня назад, когда сбежала от гувернантки. Эта мисс лежала под большим дубом. Она дрожала… Я не могла её там оставить! — И ты провела девушку в башню? — ласково спросила я, начиная понимать. Эмма кивнула. По щекам девочки заструились крупные слёзы.

— Она попросила никому не говорить. Сказала, что ей нужно время. Я носила этой мисс еду. Но вчера ей стало совсем плохо. Я испугалась и не знала, что делать! Я обняла девочку, чувствуя, как её маленькое сердечко колотится от волнения.

— Не переживай, Эмма. Отец не станет тебя ругать. Ты поступила как хороший человек. Позаботилась о том, кто нуждался в помощи. Просто расскажи его сиятельству правду, ведь вы должны доверять друг другу.

— Хорошо, — девочка прижалась ко мне. — Когда вы снова приедете к нам в гости?

— Думаю, мы скоро увидимся, — я вытерла слёзы с её раскрасневшегося личика. — Ты выйдешь проводить нас с мальчишками?

— Конечно! — закивала Эмма. — Можно, я буду навещать Джая и близнецов?

— Мы всегда будем рады тебе, дорогая, — мне очень нравилась эта смелая девочка с умными