Королева - Шарон Сэйл

— Значит, я не смогу идти, — прошептал он и даже не вздрогнул. И тут он припомнил кое-что из рассказов отца о том, как выжить при температуре ниже нуля: «Тепло уходит через макушку. Лицо, руки и ноги отмораживаются первыми. Надо все время двигаться, чтобы не застаивалась кровь».

Сердце Уилла забилось от страха, когда он услышал свой собственный голос, эхом отозвавшийся в горах. Он испугался и дернулся. Боль, пронзившая ногу, заставила его закричать еще громче.

— Паааа!.. Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Стараясь сдерживать дыхание, он прислушался, в надежде уловить знакомый голос, который отзовется на его крики, но услышал только звон в висках. Застонав, Уилл закрыл глаза и, чтобы не думать о боли, постарался переключиться на что-нибудь приятное. Он вспомнил Квин, вспомнил, как им весело было, когда всего несколько часов назад они все вместе пекли на кухне печенье.

Из его горла вырвалось рыдание, когда он вспомнил ее… дом… свою мягкую уютную постель. Какие теплые одеяла и как спокойно жить в доме, зная, что папа и Квин рядом и всегда могут защитить его! Сейчас все угрозы бабушки казались пустяками по сравнению с тем, что он потерялся и до костей промерз.

Он со стоном сдвинулся с места, пытаясь устроиться между камнями поудобнее. Закрыв уши воротником пальто и сунув руки в рукава, Уилл постарался не думать об онемевших ногах и пустом желудке.

«Квин, забери меня отсюда! Пожалуйста, найди меня и забери».

С мыслью о Квин Уилл забылся.

Тяжело опустившись на стул, стоявший у камина, Квин задремала, но то и дело вздрагивала во сне, открывала глаза. Ей надо было лишний раз убедиться, что все происходящее не сон, а ужасная действительность.

Джей-Джей и Донни лежали на софе, где их сморил наконец сон. У Квин не хватило духу отправить их в постель, поскольку она понимала, что им хочется быть рядом с ней.

Вздохнув, Квин потянулась, чтобы поправить одеяло, и тут ее рука замерла, дыхание стало учащенным, ресницы вздрогнули и затрепетали.

Внезапно она проснулась, резко выпрямилась и вцепилась в подлокотники так сильно, что пальцы ее побелели. Глаза ее были широко раскрыты, но она не замечала затухающего огня в камине.

Квин пыталась удержать видение, разгадать его смысл. Внезапно она очнулась, посмотрела вокруг, плохо соображая, где она и что с ней.

— Боже! — прошептала она, вскакивая. — Надо все рассказать Коди! Рассказать немедленно.

Она стала бегать по дому в поисках рации, которую куда-то сунула, когда приехал шериф и его люди. Войдя на кухню, освещенную слабым светом ночника над плитой, она пошарила взглядом и нашла аппарат на краешке стола. Схватив его дрожащими руками, Квин внезапно поняла, что поиски будут удачными, если только Коди полностью доверится ей.

Закрыв глаза, она прошептала молитву и, набравшись храбрости, нажала на кнопку. Громкий треск разорвал тишину кухни.

— Квин — Коди… Квин — Коди… Коди… пожалуйста, выходи на прием.

Сначала Коди подумал, что ему это снится. Сквозь завывание ветра он явственно слышал голос Квин, и ему на мгновение показалось, что она здесь, рядом, но затем он вспомнил, где находится, и понял, что слышит ее голос по радио. В поисках рации Коди нечаянно разбудил Денниса, который спросонья еле расстегнул «молнию» спального мешка, и включил фонарик.

Люминесцентный свет осветил палатку как раз вовремя:

Коди уже нащупал рацию.

— Коди слушает. Что случилось? Естественно, в такой час. Да еще после того, что случилось, вызов Квин не предвещал ничего хорошего.

— Коди… я видела сон. Прием. Коди вздохнул.

— Мне тоже снились плохие сны, милая, — спокойно ответил он, зная, что Деннис и вообще все в лагере, чьи приемники настроены на их волну, слушают сейчас их разговор с Квин. Наплевать, на его месте они поступили бы так же.

— Нет! — чуть не плача, закричала Квин. — Как ты не понимаешь! В моем сне… я видела Уилла. Я слышала его голос! Мне показалось, он хочет нам что-то сказать. Прием.

— Я что-то не понимаю. Прием.

Вот когда ей нужно его полное доверие! Коди ей не верил, но сейчас это не важно. Она готова была жизнь отдать, лишь бы вернуть Уилла.

— Коди… Мне кажется, вы не там его ищете. Прием.

— Черт… нет ни одного места, которое я бы не обшарил! — закричал Коди, но тут же спохватился и, глубоко вздохнув, закрыл лицо руками, стараясь подавить внезапную вспышку злости, а вместе с ней и гадкий липкий страх. — Извини. Пожалуйста, объясни, о чем ты. Прием.

— Я слышала, как Уилл кричал. Его голос звучал откуда-то из-под земли, но я слышала, как он плачет… Я даже слышала его дыхание. Прием.

— Черт! — опять выругался Коди, чувствуя, как по его телу поползли мурашки. Она доведет его до сумасшествия. — Что ты пытаешься сказать, Квин? Прием.

— Я пытаюсь сказать… когда наступит утро, не надо искать его на горе… ищите внутри ее. Коди… мне кажется, Уилл где-то внутри горы. Прием.

Рация выпала из рук Коди. Он тяжело сглотнул, пытаясь что-то ответить, но тут Деннис подобрал рацию и нажал кнопку.

— Привет, ангел, это Деннис. Мы тебя отлично слышим. Успокойся… мы обшарим везде, где только можно. Спасибо за звонок. Скоро увидимся. Конец связи.

При слабом свете фонарика Коди и Деннис посмотрели друг другу в глаза, боясь признаться себе, что найти то место, куда мог упасть… или заползти ребенок… почти невозможно.

— Что ты об этом думаешь, дружище? — спросил Деннис.

Долгое время Коди не двигался… и не отвечал. Задумчиво прищурившись, он смотрел куда-то вдаль и лихорадочно искал решение. Но вот Коди медленно повернул голову и посмотрел на Денниса:

— Я думаю, она не ошибается. Погаси этот проклятый свет. Мне надо хоть немного отдохнуть. Завтра будет сумасшедший день.

Положив рацию, Квин включила газ и поставила кипятить воду. Она продрогла насквозь. Возможно, если она выпьет кофе, то хоть немного согреется…

Она выключила газ и ринулась к выходу. Слезы градом катились у нее из глаз, и она с трудом нашла дверь.

Внезапно ее осенило, что промерзла не она… а Уилл! Ей не могло быть тепло, когда ему так холодно и одиноко.

Вернувшись в гостиную, она потеплее закутала спящих мальчиков, затем подошла к камину и подбросила в него дров.

Спустя минуту, опустившись в кресло, она слушала, как ветер стучит в окна дома, и смотрела, как разгорается затухшее было пламя в камине и огонь обретает новую жизнь, взбираясь вверх по поленьям.

Квин не заметила, как заснула, а когда проснулась, уже наступило утро.

Глава 20

К утру завывавший всю ночь и наносивший удары по палатке ветер стих. С рассветом лагерь опустел. Поиски начали, как только на небе из-за туч появились первые лучи солнца. Мужчины подкрепились сухим пайком и согрелись горячим кофе.