Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

хотела ответить, что она просто Алиса. В королевском интернате ей так и не раскрыли тайну семьи, но Джонатан опередил ее:

— Вильцгейм.

Алиса взорвалась от возмущения! Вся ее кровь вскипела в один миг, и Алисы бы отвесила этому нахалу звонкую пощечину, если бы Себастьян не заговорил:

— Алиса Вильцгейм проведет ваш отряд к Границе, где мы отобьем нападение кхинов. Понимаю, что сложно встать под новое командование перед самым отправлением, но военные времена требуют быстрых решений, что кардинально меняют застарелый уклад.

— А она правда та самая, о которой все говорят? — Спросил низкорослый парнишка, задрав подбородок, чтобы, похоже, лучше разглядеть Алису из-за плеча товарища.

— Кривда, — хмыкнул юноша, и Алиса узнала в нем того рыжеволосого паренька из толпы. — Чистейшая правда, я сам видел. — Произнес он горделиво, словно это было его главное достижение в жизни. Он сложил руки на груди, а Алиса задавалась лишь одним вопросом: как он так быстро попал в армию, а тем более в доверенный отряд, людей в которых выбирал сам Джонатан?!

— Да, она самая, ребята, — Себастьян хрустнул пальцами, разминая руки. Кожа его перчаток скрипела на легком морозце. — Прародительница и Разрушительница миров разрубит нити мироздания, если кхины вовремя не образумятся и не отступят. Этим мы запечатаем самое уязвимое место нашего государства.

— Пусть покажет! — Выкрикнул бородач. Как же Алиса устала быть цирковой куклой и показывать каждому второму представление!

— Я не фокусница, а генерал! — Алиса выпрямилась по струнке смирно, заложив руки за спину. Военный мундир был сшит по ее параметрам, но явился тяжелой ношей. — Впредь прошу помнить об этом, солдат. Если хочешь увидеть лучшее и, наверное, единственное шоу в своей жизни, то занимай первый ряд на Границе.

Мужчина поник, что-то пробурчав себе под нос. Алиса не разобрала что именно, однако решила сразу же пригрозить ему:

— А еще у меня великолепный слух.

Они должны уважать Алису. Если она будет молчать, то они будут слушаться только Джонатана. Пусть Алиса собирается и недолго пробыть генералом, но останется самым ярким на их памяти. Она все время убеждала себя, что пытается выглядеть неприметно и не выделяться, однако Алиса только это и делала: когда была Стервятником, об Алисе знали все, даже принц слышал о ее нелицеприятных деяниях.

— Теперь вы понимаете, что мы вернемся с победой, — сверкнул улыбкой Себастьян, и вопросы отчего-то в то же мгновенье закончились. — Седлайте коней! А то пока будете чесать языки, уже ночь наступит.

Но солдаты не послушались его. Они продолжили стоять на месте.

— Алиса, ты же генерал, — напомнил ей Джонатан.

— Ждем, когда кхины захватят столицу? Осталось мало времени. — После сказанного Алисой, их как пчела ужалила: солдаты начали проверять экипировку коней, а некоторые сразу запрыгнули в седла.

— Ты была великолепна.

Однако Алиса проигнорировала комплимент Себастьяна и пихнула Джонатана в грудь.

— Это что еще за номер?! Алиса Вильцгейм? Ты сдурел?!

— Я знал, что ты ответишь «я просто Алиса». Ты не можешь быть просто Алисой. У генерала всегда должна быть фамилия. Да и у каждого человека! — Джонатан развел руками. — Не забывай, что последняя реформа деда Себастьяна заключалась в том, чтобы вернуть всем людям фамилии. Теперь не только аристократы могут красоваться принадлежностью к определенной семье.

— Теперь я принадлежу к твоей семье, да? — Обескураженная его наглостью и некой логичностью выводов, спросила Алиса. — Когда же мы это решили?

— Могла бы сказать, что ты Алиса Амеллен. Тогда бы посыпалось много вопросов, но тебе бы, видимо, такая фамилия пришлась бы больше по душе. — С некой обидой цокнул Вильцгейм. Неужели он… ревновал?

— Давайте прекратим ваши семейные разборки на глазах солдат, — дипломатично посоветовал Себастьян. Похоже, он чувствовал себя точно так же, как Алиса, когда наблюдала за его разборками с отцом. — Алиса, твоя карета подана.

— Карета? — Алиса не поверила своим ушам. Обернувшись, она увидела малахитовую под стать ее одеянию карету. Она напоминала Алисе шкатулку с золотыми узорами лилий.

Отвратительные цветы.

— Но я думала, что поеду верхом на своем коне. Я не собираюсь ехать, как какая-та хилая принцесса.

— Путь будет долог, — вмешался Джонатан.

— Я способна выдержать его. Не нужно так опекать меня, — Алиса нахмурилась, пытаясь подыскать убедительные аргументы, чтобы отказаться от подобной затеи. Безусловно в карете Алиса сможет поспать в любое время и спина не будет болеть после десятков часов верхом, но Алиса не была настолько слабачкой. — Между прочим, я генерал и якобы обязана быть рядом со своими людьми. А еще карета замедлит нас.

— У нас все равно нагруженная повозка, — парировал Себастьян.

— А тебе нужно беречь силы. До Глазастых Холмов ты проведешь путь в карете, а дальше день верхом, — теперь парировал Джонатан.

— И еще, — прокашлялся Себастьян, когда дверца кареты открылась. — Ты не только генерал, но и сама знаешь кто. Ты сейчас, как самый драгоценный алмаз, на который хочется взглянуть хотя бы один глазком. А ты, по-моему, устала выступать в роли цирковой обезьянки.

— Ваша взяла, — нехотя согласилась Алиса, и распихала их, дабы пробраться к ненавистной «коробочке» на колесах. Хорошо бы тогда прокатиться не в карете, запряженной лошадьми, а в том чудо-устройстве, о котором Алисе рассказывала Виктория. — Но с тобой, Джонатан, мы переговорим на первой же остановке.

— Мое сердце горит в нетерпении! — Ответствовал он ей, а щеки Алисы вспыхнули. Алиса представила, как это выглядит со стороны, особенно после того, как Джонатан сказал, что она носит его фамилию. Вот же стыд!

Алиса поторопилась запрыгнуть внутрь кареты, захлопнув за собой дверцу. Маленькие окошки были задернуты черными шторами, но сидения оказались очень мягкими. Намного удобнее седла.

И внутри Алису ожидал король. Как он успел переместиться из повозки сюда?!

— Не знал, что вы с Джонатаном решили связать себя узами брака, — с горечью произнес Колв. Алиса знала, что он желал, чтобы Вильцгейм взял себе в жены либо его дочь, либо кого-то из племянниц. — Столько секретов между вами двумя.

Шрам на ладони начал зудеть, как главное доказательство.

— Ничего подобного. Все наши намерения кристально чисты, — Алиса прикусила щеку с внутренней стороны. Ей предстоят долгие часы наедине с королем. С ним и его подозрениями. А Алисе с Вильцгеймом было что скрывать. — И ни о каком браке и речи не шло. У меня был выбор между Алиса Вильцгейм и Алиса Амеллен. Выбор очевиден.

— Однако для тебя выбор без выбора, верно?

— На что вы намекаете?

— Я бы очень хотел, чтобы Себастьян нашел себе достойную жену. Пусть нелюбимую, но ту, которая будет истинной королевой рядом с ним.

— Вы же недавно говорили о