Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

положении, дабы ябедничать родителю. Он только-только заслужил расположение Колва, и даже Александру хватило ума вовремя прикусить язык.

Королеву с принцессой было принято решение отправить на курган Бьюттера Сияющего. Так, на случай, если они проиграют. Джонатан по доброте душевной послал с ними своих доверенных людей из личной стражи. И отчего-то при сборах тревога нарастала внутри, завязываясь в тугой узел внизу живота. Алиса пыталась найти хоть кого-то, кому могла бы вылить все мрачные думы, что зрели в глубине души, но с ней рядом денно и нощно находилась лишь Виктория.

Джонатан пропадал по каким-то делам в больнице, а еще все чаще проводил время в казармах. Официально Алису, как генерала, никто не представил армии. Похоже, этого не требовалось. Алиса подозревала, что солдаты сразу же смекнули в чем дело: Джонатан управлял ее рукой, возглавляя армию.

Да, их ждала великая миссия: спасти целую страну от кхинского ига. Однако обида колола острейшей иглой под сердцем. Алиса и не заметила, как стала зависима от чужого внимания. Как же легко теперь можно было заставить ее чувствовать себя опустошенной и всеми забытой.

— Почему вы не хотите взять хотя бы одну шаль? — Захлопала пышными ресницами Виктория, копошась среди одежды, которая изначально не предназначалась Алисе. Следы деяний Александра все еще красовались на ее пухлом личике. — Вот-вот наступит хладный сезон, да все запорошит снегом. Метель может застать вас в любой момент по пути.

— До метели еще далеко, — Алиса забрала у нее шаль и откинула в сторону. У Алисы никогда не водилось много вещей. Привыкшая жить налегке, она и не задумывалась над тем, что у людей может найтись столько бесполезных вещей, без которых они жизнь представить не могут. — Не хочу нагружать лошадей. Нам ведь еще возвращаться с ними.

— Вы сможете сменить лошадей в каком-нибудь трактире, — продолжала упрямствовать рыжеволосая девчушка.

— О нет. Я ни за что не оставлю своего коня нигде, — сама мысль о том, чтобы отказаться от него претила. Его преподнес Алисе Джонатан.

— Я слышала, что на западе сконструировали чудо-машину, которая может передвигаться без помощи коней.

— Да ладно?! Сочиняешь! — Алиса шутливо пригрозила ей пальцем, но Виктория всерьез восприняла сей жест.

— А вот и нет, — она гордо вздернула подбородок в веснушках, уперев руки в бока. Картина маслом: еще недавно Виктория тряслась и падала перед Алисой на колени, вознося нелепые молитвы, а теперь хохочет в ее присутствие, как со старой подругой. У Алисы защемило в груди. Алисе казалось, что Виктория стала ее первой подругой.

— На кухне только об этом и говорят. Главная повариха все ворчит, что лучше бы они придумали какой-нибудь аппарат, который сам бы готовил еду. Вот тогда бы она зааплодировала, — увлеченно стрекотала Виктория, складывая в небольшой сундук одежду, что Алиса позволила ей выбрать для нее. — А я, наоборот, рада, что создали карету без лошадей. Мне очень жаль лошадок: целый день тащат на себе такой груз.

— У всех у нас собственный груз на плечах, — сказала Алиса, когда служанка захлопнула сундук. — И лучше уж физический, нежели душевный.

— Ах да, в чем смысл размышлять об этом, — махнула ладошкой Виктория. — До нас все равно это чудо не дойдет.

Синяки, оставленные принцем, придавали Алисе вид умудренной женщины, стирая всю детскость и невинность с лица, поэтому, казалось, она звучала так, словно уже всю жизнь прошла, хотя ее путь только начинался.

— Не болит? — Неожиданно и совершенно бестактно поинтересовалась Алиса.

— Уже нет. — Виктория дотронулась кончиками пальцев уже пожелтевшего местами пятна возле глаза, и в то же мгновенье отдернула руку. — Чуть-чуть.

— Если вдруг мы проиграем…

— Нет! Не говорите так! — Запротестовала девчушка, притопнув ногой. — Кхины не смогут вас одолеть.

— Послушай, Виктория, — Алиса приблизилась к ней, неуверенно убрав сжатый кулак, облаченный в бежевую перчатку, в карман малахитового мехового мундира, что Виктория до этого накинула на Алису. — Если кхины войдут в столицу, то тебе стоит бежать, поняла? Забери все ценное, что найдешь в моей комнате: наряды, канделябры, серебряные подносы. Отправляйся со всеми в Мекролв и не оглядывайся.

— Но… — Надулась покрасневшая Виктория.

— Поклянись мне. Я не требую от тебя клятв на крови или на имени, но дай мне слово. Этого мне будет достаточно.

— Обещаю, — нехотя промямлила девушка. — Даю слово, что сбегу сразу же, как увижу кхинское знамя.

— Спасибо, — Алиса не удержалась и оставила поцелуй на ее разгоряченном лбу. Виктория так напоминала Алисе Мию. Девочку, которую Алиса не сумела защитить. — Можешь сказать, что мой сундук могут отнести к телеге.

— Возвращайтесь живой и с победой! — Воскликнула она, словно брала с Алисы обещание, а затем умчалась выполнять указание. Алисе не хватало светлого и безмерного оптимизма, что, похоже, шумел бурными реками в венах Виктории. Увы, Алиса так и не смогла ужаснуть ее правдой: Алиса не вернется во дворец. После того, как она с Джонатаном освободят кланы и со всеми разобьет кхинов, Алису ждало сладостное упоение местью. И она не собиралась от него отказываться.

Алиса достала револьвер из-под одеяла на постели и засунула за пазуху мундира.

Казалось, дворец в последний раз жужжит, как забитый под завязку улей. Прислуга напоминала пчел-тружениц, что летали по коридорам, холлам, перенося сундуки и мешки с этажа на этаж. Да уж, королевская семья словно переезжала.

Алиса петляла меж людей, прогуливаясь в стенах, в которых провела последний месяц, наполненный целым букетом чувств и впечатлений. Алиса спустилась на первый этаж, намереваясь миновать тронный зал, но мельком заметила Джонатана. Вильцгейм стоял спиной к выходу, и Алисе показалось, что она почувствовала, с какой тоской он глядел на два трона: один высокий с широкой спинкой, который явно предназначался для короля, а другой чуть ниже и элегантнее — для королевы.

Алисе потребовалось приложить титанические усилия, чтобы сдержаться и не нарушить покой Джонатана. Возможно, это место стало ему родным после смерти отца. И он заслужил с ним попрощаться, ведь после того, что он… они сделают, ему здесь уже не будут рады.

Алиса заставила себя пойти дальше, и в странном подобии гостиной настигла Себастьяна. На стенах этой комнаты почти не осталось голого места: все увешано картинами, приоткрывающими порталы в удивительные миры.

— Будучи ребенком я коротал здесь долгие вечера хладного сезона, — проговорил принц, задрав голову. Перед ним зияющей пустотой поглощал все тепло незатопленный камин. — Меня поражает то, сколь много видят художники.

— Я не та, кто способен обсуждать такие высокие темы, — Алиса прошла в комнату, сочтя его нарушение молчания приглашением. — Но не могу не признать, что работы великолепны.