Четыре хвоста - Илья Городчиков

меньше пяти, и они, будучи людьми с опытом, явно не так просты, как недавно раскиданные мною грузчики в кабаке.

К тому моменту, когда меня заметили на пристани, каждый из бандитов, включая самого Стефана, повытаскивал оружие. Такой неприятной встречи я определённо не ожидал, но и вместе с тем понимал, что такое поведение людей явно связано с делом, в которое меня впутал незнакомый старик.

Всего секунда, и вся группа ринулась в мою сторону сразу всем скопом. Вот только их тактическая позиция оказалась далеко не из лучших. Будь мы на широком бульваре или поляне, то их численность бы оказалась решающей, но сейчас проблема была в том, что сражение предвещало начаться на относительно неширокой пристани, где спокойно могли разойтись разве что три человека, а уж о месте для манёвров не стоит и говорить. Вот и выходило, что их численность сейчас даже близко не играла столь важной роли.

На меня рубаки напали сразу втроём, неистово размахивая своими тесаками. Они отчаянно пытались меня порубить в салат, но и я был не столь прост. Шагнув назад, я размахнулся полэксом, пользуясь собственным преимуществом в длине оружия. Один из разбойников моментально лишился руки, в которой и держал свой широкий тесак. Мой топор разрубил его кость так, словно был раскалённым ножом, проходящим сквозь размягчённое масло.

В тот момент, пока его товарищ переходил в состояние тяжёлой инвалидности, другой рубака, пригнувшись, попытался совершить выпад длинным прямым ножом. Стараясь достать меня в открытый для удара бок. Сталь почти соприкоснулась с моей плотью, разрезав ткань рубашки, но я пнул его со всей силы, попадая носком ботинка прямо в промежность, лишая этого бандита всяческих возможностей к продолжению своего рода. Его яйца лопнули от удара со звоном, и разбойник взвыл от боли волком, рухнув на колени.

Последний из нападающих слишком поздно решился отступить. На мокрых досках затормозить он никак не успевал и лишь умудрился рухнуть на настил, выронив оружие. Он даже успел сделать вдох, чтобы взмолиться о пощаде, но я прижал его к пристани заострённым втоком своего копья, пробив грудь насквозь. Удар вышел страшным, раздробив рёбра и позволив стали вонзиться в лёгкие. Рубака захрипел, засучил ногами и захлебнулся кровяными сгустками, быстро заполняющими его горло и рот.

Стычка продлилась меньше половины минуты, и частички банды как не существовало. Однако в бою не участвовал Стефан. Он, будучи дезертиром, явно развил в себе привычку не вступать в заведомо проигрышный бой, из-за чего и теперь стоял на оконечности пристани, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Всё же он был одним из немногих, кто видел меня сразу в нескольких боях, отчего имел страшное понимание о том, насколько опасно сражаться раз на раз.

Мгновение, и Стефан решился действовать. В одно движение он попытался скинуть с себя пояс с широкой бляшкой, который сильно отягощал его из-за висящих на нём ножен с мечом и нескольких кожаных сумок, но проржавевшая от солёной воды пряжка предательски не хотела расстёгиваться, даруя мне драгоценные секунды для действия.

Момент, и полэкс полетел. Он не очень хорошо подходил в качестве метательного оружия, но силы в мышцах было достаточно, чтобы запустить её в полёт. Расстояние было не таким большим, потому через секунду Стефан заорал от боли. Заострённый наконечник полэкса врезался в его ногу и распорол плоть, превратив её в размолотую в пыль конечность, не имеющей никаких возможностей к движению. Слуга Оскры ещё попытался было отползти в сторону края пристани и прыгнуть в воду, но боль была слишком острой, а я же слишком быстрый для калеки, отчего успел подбежать и с размаху ударить ногой по его рёбрам.

Я навис над Стефаном, валяющемуся на настиле и истекающему кровью. Он держал изуродованную конечность обеими руками, стараясь хоть как-то преуменьшить сковывающую боль. Присев на корточки подле дезертира, я медленно вытянул из ножен кинжал. Где-то внутри теплилась надежда о том, что Стефан самолично расскажет мне о происходящем и каковы причины его странного поведения, но реальность наверняка потребует воспользоваться своими врождёнными кровожадными качествами.

- Стефан, друг мой хороший. – лукаво начал я, беря дезертира за один из пальцев на руке и внимательно рассматривая отблески большой луны на отполированном клинке моего тесака, - Не расскажешь ли мне, что вообще происходит? Мы, вроде как, верными товарищами были, но сейчас меня какие-то идиоты пытаются порезать, а ты сбегаешь. Вы что-то пытаетесь от меня утаить?

- Кхар, да я здесь вообще ни причём! – завопил Стефан, - Это всё Оскра!

- А ты же мне всё расскажешь? – спросил я, аккуратно надрезая мизинец на левой руке раненного.

- Да! Только пощади меня! – вновь завопил до хрипа Стефан, после чего затараторил, - Это Оскра! Он с Йоханом договорился, что какие-то ящики привезёт тому. Чёрт его знает какой там груз, но Оскре монет пообещали столько, сколько он сам весит. Я точного ничего не знаю, но те ребята, которых ты только что порубил, должны были проследить, что на корабле никаких следов не осталось. Похоже, что там сейчас такой груз, что за него весь город легко может подняться на уши. Из-за этого Оскра сейчас у Йохана и скрывается. Там столько денег крутится в этом деле, что мы и мечтать о таком просто не можем.

- Это всё, что ты можешь мне рассказать? – с намёком произнёс я, прислоняя заточенный конец тесака к промежности собеседника, - В жизнь не поверю, что такой пройдоха как ты ничего больше не знает. Лучше рассказывай прямо сейчас.

- Я не знаю кто тебя нанял, но к Йохану сейчас лучше не суйся! У него в доме сейчас столько охраны, что муравьёв в муравейнике меньше будет. Но что за груз я не знаю! Пощади!

- Живи, Стефан, но из города лучше беги как можно дальше. Бугром чувствую, что мы такой груз привезли, что скоро город в крови утонет.

Глава 4

Марефас легко можно было назвать городом Тысячи Крепостей. С одной стороны, основная городская цитадель была давным-давно заброшена, ведь никто не собирался тратить на ее восстановление и постоянное поддержание свои кровные. С другой, здешние власть имущие предпочитали создавать из своих жилищ отдельные крепости, возводя из старых и новых домов серьёзные укрепления с крепкими стенами, подземными коммуникациями, гарнизоном и серьёзными складами с провиантом. Часто ещё и ставили дополнительные заборы, которые изначально не были предусмотрены при постройке города,