Четыре хвоста - Илья Городчиков

Четырёхпалого была достаточно хороша, а по ногам. Пользуясь преимуществом в длине рук, мне удалось достать его в бедра, нанеся не столь глубокую, но достаточно широкую рану. Подобные ранения в ноги были очень опасными, и Йохан это прекрасно понимал, сразу отступив за спины своих приспешников.

- Освободи, выпусти! Разбей печати, идиот! Ящики! Ломай ящики!

В голове появился абсолютно чужие голоса, но я понял, что это единственный вариант спастись из той глупой ситуации, в которой я оказался по собственной воле. Растолкав разбойников, которые обступили меня со всех сторон, я рванулся к деревянным ящикам, смотря на деревянные печати, которые и сдерживали цепи, что густой паутиной перетянули деревянные ящики. Хватило всего нескольких взмахов, чтобы печати разлетелись на многочисленные щепки.

Всего несколько мгновений и ящики разлетелись, а из их внутренностей показались четыре тени, из тел которых вырвался энергетический поток, погрузивший весь обеденный зал и всех здесь находящихся в темноту.

Глава 5

Приземление вышло не из самых приятных. Мало того, что мне не удалось вовремя сгруппироваться, падая на землю, так ещё и после перемещения через портал мои внутренности будто танцевали энергичнейший из танцев. Подобные телепортации были для меня в новинку, а потому был слишком непривычен к таким экстремально-быстрым перемещениям.

Едва поднявшись с земли и подобрав выпавший при падении тесак, я посмотрел на три лежащих подле меня тела, закутанных в непроницаемые чёрные балахоны, полностью скрывающие их от моего взгляда. Сказать, что я был озадачен означало сказать ровным счётом ничего. Если раньше мне приходилось выполнять возложенную на меня задачу с чёткой уверенностью в том, что доставить мне необходимо какую-то вещицу, то сейчас я был в полной растерянности и не понимал, что мне вообще дальше делать.

Мы оказались где-то посреди небольшого лесочка на круглой поляне, территория которой сейчас явно не содержала на себе никаких намёков на влияние цивилизации. Этот факт меня даже немного успокаивал, поскольку если украденный мною товар действительно окажется настолько важным и дорогим, то очень легко за нами может следовать погоня, и далеко не факт, что от неё получится быстро умыкнуть.

- И что мне сейчас делать? – растеряно спросил я самого себя, почёсывая затылок с стянутым на затылке плотным хвостом из иссиня-чёрных волос.

Я готов был прямо сейчас отдать руку на отсечение, что все три лежащих под моими ногами тела находятся в полноценной отключке, а потому потянулся к одной из небольших поясных сумок, где под кожаной крышкой, закрытой при помощи простецкой костяной пуговицы, прятался предмет, который носил при себе каждый уважающий себя орк и полуорк. Это был небольшой мешочек с курительными травами и трубка. Она вручалась каждому мужскому представителю зеленокожих после того, как он убивал первого своего противника на войне. Трубка становилась для орка символом его чести и достоинства, а потому не было хуже оскорбления для зеленокожего, чем украсть или уничтожить его трубку. За такое легко могли не только убить самого обидчика, но и вырезать всё его семейство под корень, не жалея в том числе стариков и детей.

Подпалив трубку, я глубоко вдохнул, чувствуя, как пахнущий сладкими пряностями дым растекается по лёгким, принося спокойствие и порядок к мыслям. Бушующий до этого водоворот предположений и мыслей медленно, но верно структурировался, буквально раскладываясь по внутренним головным полочкам. Трава была отличной, ведь собирал я её сам с полей и лесов в перерывах между плаваниями за контрабандой. Не зря же орки, будучи истинными кочевниками, отлично разбирались во всех диких растениях, с малых лет научаясь собирать нужные растения, а порой и выяснять их применение на собственной шкуре.

Сильно затянувшись и задержав дурманящий дым в лёгких, я присел подле одного из чёрных свёртков, которые до сих пор лежали без движения. Убрав глубокий чёрный капюшон с лица неизвестного мне тела, я икнул от удивления, стараясь понять каким образом мог вписаться в авантюру, которая с каждой секундой становилась всё нереальнее и нереальнее.

Перед мной лежала девушка. Она не принадлежала к человеческой, дварфийской или орочьей расе. Дева была даже не чистой эльфийкой, до сих пор существующие анклавы которых можно было посчитать по пальцам всего одной руки крайне опытного плотника, а самой редкой из существующих рас, которые только существуют на этом и другом свете – черти. Этих адских созданий уничтожали в невероятном количестве многие сотни и сотни лет, что сейчас столкнуться с ними было сродни божественному пришествию. Сейчас встречу с чертом могли рассказывать непослушному ребёнку в качестве страшилки, но никак не реального предупреждения. Ад давно не представлял из себя хоть сколько-то организованной силы, становясь уже жалкой тенью самого себя.

Оставшиеся два тела также оказались обладательницами нежной и удивительно тёплой красноватой кожи. Внешне они были разными, но черты лица оказывались смутно знакомыми, из-за чего сам по себе напрашивался вывод о их родственных связях по отношению к друг другу.

Невольно я залюбовался, чувствуя, что красота всех трёх чертей была по-настоящему адской для непривыкшему к такому глазу. И, будто вторя подобной красоте, где-то в груди всклокотало странное чувство, намереваясь добраться до сердца. Но я стряхнул наваждение и постарался скрыть свои эмоции, отводя взгляд на трепетавшую зелень в округе. Сейчас мне точно не до этого. Очень сильно захотелось выпить, но для себя я понимал, что скрыться от проблем в бродящих жидкостях не получится. Ситуация была слишком сложной и алкоголь скорее станет помехой, чем помощью в нынешней нелёгкой ситуации.

Присев на траву и положив тесак на колени, я прикрыл глаза, стараясь понять какой же груз рухнул на мою голову. Уж кем-кем, но демонологом я точно не был, а потому не мог понять какие же представители прекрасных адских отродий теперь лежали перед мной на земле, но любой из них мог оказаться, как сильнейшей из опасностей, так и несколькими десятками килограмм золота за одного единственного представителя, а у меня их сейчас целых три штуки. Охочих до таких вот зверушек было крайне много, а потому могла развернуться нешуточная борьба за обладание хотя бы одной представительницы нечисти, особенно если взять в расчёт тот факт, что красотой эти демонессы точно не были обделены. Правда, нет никакой гарантии, что меня просто не устранят, как соринку. Те же отряды Священной Инквизиции легко могут послать по мою душу сразу несколько отрядов паладинов, тогда как даже с одним из них мне совладать будет практически невозможно. Опять же эта странная печать на ладони, появившаяся