Надежда Дурака - Майк Шэкл

вонзил свой собственный в щель под подмышкой Черепа. Было приятно, когда лезвие погружалось, горячая кровь брызгала наружу, видеть, как глаза Черепа выпучиваются от боли за этой дурацкой кровавой маской. Какой бы ни была причина, убивать Черепов всегда было кайфом.

Череп упал набок, соскользнув с меча, но Дрен уже двигался дальше, готовый к следующему удару. Может, он и не был экспертом во владении мечом, но он знал, как убивать, и был чертовски в этом хорош.

Следующий Череп занес свой меч над головой, и Дрен бросился вперед. Это тоже застало того врасплох, и Дрен ударил рукоятью по маске мужчины, разбив ее и прихватив с собой несколько зубов. Это было самое меньшее, чего ублюдок заслуживал после тех, что Эгрил вынул изо рта Дрена. По крайней мере, это определенно заставило его замолчать. Череп отшатнулся, зажимая окровавленный рот, и Дрен проткнул его насквозь. В конце концов, единственным хорошим Черепом был мертвый Череп.

Двое убиты, осталось двое. Те были не так безрассудны, как их товарищи. Они держались на расстоянии, направив мечи на Дрена.

— Давайте, парни, попытайте счастья, — сказал Дрен. Он понятия не имел, поняли ли они его, поэтому он одарил их широкой ухмылкой, просто чтобы позлить еще больше. — Попробуйте напасть на меня, если считаете себя достаточно крутыми. У меня в руках не ребенок. — Он покрутил своим окровавленным мечом, чтобы это подчеркнуть.

Он взглянул на джиан, которые выглядели чертовски напуганными — как им, так и Черепами. Слишком напуганными, чтобы звать их на помощь. На всякий случай он пнул скимитар. Может быть, у кого-нибудь из них есть яйца, чтобы его поднять.

Один из Черепов прокричал что-то в ответ Дрену, но для его ушей это были только поросячьи вопли и хрюканье. Он мог бы признаться Дрену, что любит его — вполне возможно.

Искры сыпались вокруг них — огонь подобрался ближе. Если никто в ближайшее время не пошевелится, им всем придется прыгать в море, спасаясь от огня, а Дрен этого не хотел.

Он сделал ложный выпад вправо, и оба Черепа отскочили в сторону. Он шагнул вперед, и Черепа попятились вместе с ним.

— Вы ведь не боитесь, ага? — Дрен рассмеялся. Они, блядь, должны. — Вы знаете, сколько ваших корешей я убил? Дюжины. Я взрывал их, колол ножом, перерезал им глотки, называйте как хотите — и мне нравилось это делать. И теперь я только хочу знать — кто из вас, ублюдков, будет следующим?

Дрен не знал, поняли ли Черепа хоть слово из того, что он сказал, но джиане поняли. Один из них набрался смелости, наклонился и поднял скимитар. Вероятно, он тоже понятия не имел, как им пользоваться, но это не имело значения. Война быстро всех учила. Мужик шагнул вперед. Этого было достаточно, чтобы привлечь внимание Черепа.

Не из тех, кто упускает возможность, Дрен бросился на ближайшего к нему Черепа. Он был быстр, но недостаточно. Череп вовремя поднял меч, блокировал выпад Дрена и ударил в ответ. Дерьмо. Теперь у него на руках был бой на мечах. Он отскочил назад и снова замахнулся, но так бьют лишь совсем дикие, и Череп легко уклонился.

Череп нанес ответный удар, и настала очередь Дрена парировать. Его рука задрожала от удара, когда лезвия столкнулись, но у него не было времени прийти в себя. Череп снова атаковал, двигаясь быстро. Дрен отреагировал чисто инстинктивно, не думая, просто поднял меч так высоко, как только мог, чтобы помешать ублюдку снести ему голову с плеч. Каждый удар, который он блокировал, еще немного отнимал у него силы, и меч становился тяжелее в его руке. Пот стекал по его лбу от напряжения и жара от чертова пожара. Одно можно было сказать наверняка: бой лицом к лицу не входил в представление Дрена о хорошей драке. Затем удар пробил его защиту — хорошее доказательство. Скимитар оцарапал его кожу, показав, что произойдет, если Дрен продолжит пытаться драться как Шулка. Он не был Шулка, ни в коем разе.

Его гнев снова вспыхнул. Он взревел со всей ненавистью, на которую был способен, и бросился на Черепа. Он развернулся на ходу, сбив плечом руку Черепа с мечом, прежде чем врезаться в своего противника спиной. Они оба упали на пол, но Дрен опирался на меч и сумел приземлиться сверху. Клинок Шулка был короче скимитара Эгрила и лучше заточен. Хорошее колющее оружие. Его острие было более смертоносным, чем лезвие, и Дрен навалился на него всем своим весом, когда вонзил его в горло Черепа. Он почувствовал, как мужик брыкается и дергается под ним, но тот умер достаточно быстро.

Он поднял глаза, весь в крови, и увидел, что последний Череп уже разобрался с другим джианином. Он стоял над телом и, казалось, был полон решимости убить и остальных. Дрен с трудом поднялся, хватая ртом воздух, и, пошатываясь, подошел. Тупой Череп даже не заметил. Пока Дрен не вонзил свой меч в позвоночник дурака. Это положило конец его убийственным планам.

— Давайте, убирайтесь отсюда, — задыхаясь, обратился он к джианам. Мгновение они смотрели на него, раскрыв рты и, вероятно, потрясенные тем, что все они еще живы. — Идите! Валите отсюда, — крикнул он так громко, как только мог, и замахал на них своим окровавленным мечом. Это разбудило мать, и она, пошатываясь, прошла мимо, за ней быстро последовали остальные. Дрен наблюдал, как они исчезают в дыму, пока искра не попала ему на руку, напомнив, что ему лучше двигаться самому.

На улицах Киесуна царил хаос. Все место было охвачено пламенем, из-за дыма и огня было трудно дышать и почти невозможно что-либо видеть. Люди разбегались во все стороны, пока не натыкались на группу Черепов, и тогда у них был выбор: сражаться или умереть. Черепа, конечно, не брали пленных, и даже у Дрена хватило здравого смысла избегать их, насколько возможно.

Затем он добрался до Хаусман-стрит.

Там происходил настоящий бой между кучкой Черепов и какими-то типами, похожими на Шулка. Судя по тому, как они владели своими мечами, они знали, как ими пользоваться — чертовски лучше, чем Дрен, это точно. Сражение было тяжелым, с потерями с обеих сторон. Один шулка лежал на земле и собирался получить скимитаром в живот, когда Дрен бросился на помощь. Он закричал во всю глотку, когда вбежал внутрь драки, чтобы напугать Черепа до полусмерти. Тот поднял взгляд за мгновение до того, как Дрен врезался