Дочь врага - Владимир Григорьевич Колычев

— Карасевский? — спросил незнакомый парень, нос которого почему‐то напоминал таракана. Не очень приятной внешности тип.

— Да нет, к девчонке моей прицепился, — ответил Семен.

Кларе бы возмутиться, а она стоит как дура, уши развесила и радуется. Как будто не понимает, что парни с девушками дружат не только на улице, но и в постели. Эта мысль ее почему‐то совсем не пугала. В конце концов, ей уже почти семнадцать.

— Ты его раньше видела? — оценивающе глянув на Клару, спросил нос-таракан.

— Нет, — соврала она.

— Может, карасевский… Серега попросил тебя домой проводить.

— Скажи Сереге, что я не девушка, не надо меня провожать.

— А голова как?

— Рома, я в полном порядке, так Сереге и передай.

— Ну, как знаешь, братан!

Леша и Рома ушли, Вадима нигде видно не было, у Дома молодежи парни курили, вроде все свои. Но на душе почему‐то тревожно. Клара боялась, что Семен уведет ее куда‐нибудь в гремящую бездну. Но еще больше боялась, что не уведет никуда. Она не понимала, что с ней происходит. Вернее, понимала, но не хотела себе признаваться в том, что влюбилась. Чувство стыда должно было тормозить непрошеные порывы, а оно только и делало, что приятно щекотало низ живота. Никогда еще с ней так не было.

— Я сам кого угодно провожу, — сказал Семен.

Он смотрел вслед своим друзьям, но, похоже, не видел их. И взгляд у него плыл, и на ногах он стоял нетвердо. Непонятно, как в таком состоянии он смог сбить с ног Вадима.

— Не надо меня провожать, — сказала Клара.

— Нет? — Семен в упор смотрел на нее, с трудом, но все‐таки соображая.

— Вадим там может быть.

— Кто такой Вадим?

— Друг моего брата. Отец на работе, мама в Саратове…

— Кот на крыше — мыши в пляс?

— Что‐то в этом роде.

— А отец на работе?

— Да, а что?

— Ко мне пойдешь?

Клара и должна была сказать «нет», но во рту пересохло. А Семен, обняв ее за талию, подтолкнул вперед. Она и пошла, не чуя под собой от волнения ног и вспоминая сказку про волшебную дудочку крысолова.

Шли они недолго: и расстояние относительно небольшое, и время летело неуловимо быстро. Очнулась Клара у двери, которую Семен открывал своим ключом. Открывал с трудом, все никак не мог попасть в замочную скважину. Наконец открыл, бросил сумку на пол, прямо в обуви зашел в гостиную и обессиленно бухнулся на диван.

— Не разувайся, — сказал он, закрывая глаза.

Клара прекрасно понимала, что ей здесь не место. Но Семену плохо, вдруг он потеряет сознание, и некому будет вызвать «скорую».

Пол в квартире действительно грязный, ковер в гостиной затоптан, окурок под журнальным столиком валяется. На одном крючке вешалки куртка джинсовая с надорванным рукавом, на другом — футболка с английским флагом, на третьем — бюстгальтер крупного размера, на него Клара и повесила свой плащ.

Она зашла в гостиную, Семен услышал ее, открыл глаза, окинул оценивающим взглядом, кивнул, давая понять, что выглядит она более чем. Светлая кофточка из ангоры, юбка средней длины, но в обтяжку, бедра узкие, видела она, как Вадим пускал слюнки на ее ножки.

— Так и будешь стоять? — спросил он и вяло хлопнул по дивану, подзывая к себе.

— Тебе совсем плохо, — сказала Клара, не решаясь сесть даже в кресло. Осторожно потрогала подлокотник, а он весь липкий от грязи.

— Нормально все, — закрывая глаза, проговорил Семен.

— Я «скорую» вызову!

Он удивленно распахнул глаза:

— Хочешь, чтобы пацаны меня захохотали?

— А если у тебя водянка в голове образуется? Пацанам твоим все равно, что тебя в инвалидном кресле возить будут.

— Водянка? — задумался Семен.

— От сотрясения мозга.

— Значит, не судьба нормально пожить, — улыбнулся он, отгоняя от себя страх перед будущим.

— Я серьезно!

— И я серьезно… Не надо ничего, я в порядке!

— Есть хочешь?

— А ты хочешь меня накормить?

— Это плохо, если аппетита нет… И когда от еды тошнит. В больницу тебе надо.

— Нормально все… — закрывая глаза, выдохнул Семен. — Не надо в больницу, само все пройдет… Прямо сейчас пройдет… Уже проходит… — Его губы медленно растягивались в загадочной улыбке.

Но эйфория уже прошла, непрошеное очарование схлынуло, в голове просветлело, и Клару потянуло на выход. Ничего страшного с Семеном не произошло, не будет никакой водянки, все как на собаке заживет, как раньше заживало. Ясно же, что по голове он получает чуть ли каждый день… Да и не должно Клару волновать его здоровье. И не волнует. Здоровье Семена — всего лишь повод, чтобы остаться здесь. Когда уже давно пора спасаться бегством…

Она вышла в прихожую, но успела надеть только плащ. Семен вышел из комнаты, взял Клару за руку, мягким, но решительным движением развернул к себе лицом и посмотрел в глаза, всей своей внутренней силой вытягивая из нее душу. И разум. Жалкими остатками сознания Клара поняла, что нетронутой ей отсюда не уйти. Но страха не почувствовала…

* * *

Клара лежала на кровати полностью обнаженная, Семен смотрел на нее и не мог налюбоваться.

— Представляю, что ты обо мне думаешь, — грустно вздохнула она и прикусила нижнюю губку, осуждая себя за вольность. Но Семен‐то ее не осуждал. Потому что он у нее первый…

— Нормально все. Все у тебя нормально!

— Да, все было нормально. Пока ты не появился, — вздохнула Клара.

— А Вадим? — нахмурился Семен.

— С Вадимом ничего не было. И быть не могло!

— Он тебя за руку хватал.

— На дачу хотел увезти.

— Где у него дача?

Прикид у Вадима, конечно, конкретный, видно, что мажор. Но и Семен не отставал. Серега куртку лайковую подогнал, спортивный костюм, все чин чинарем. А вот дачи у них с братом пока не было, но они стремятся. У отца дача, но вместе с ней и другая семья. И мама недавно замуж выскочила. Молодые они еще, сразу после школы расписались. Сначала Серега появился, через пять лет Семен. Жили вместе, пока дети не подросли, Сереге четырнадцать стукнуло, когда родители разбежались. Отец Серегу забрал, Семен остался с мамой. Но после армии Серега сошелся с дядей Мишей, появились деньги, он снял квартиру, и Семен перебрался к нему. Сейчас у Сереги другая квартира, и подружку он сменил, с ней живет, жениться собирается. А Семен на этой хате остался, так и живет. Пацаны подскакивают, Пятак и Шток, и баб водят, и ночевать остаются, ну так ему не жалко.

— Понятия не имею, где у него дача, — ответила Клара. — А зачем ты это спросил?

— Ну, мало ли… — отвел взгляд Семен.

— Не знаю я, где у него дача! — повторила Клара. — И вообще,