Соленый волк - Владимир Григорьевич Колычев

Владимир Колычев

Соленый волк

Часть первая

Глава 1

Облака за окном тяжелые, пышные, кучевые, будто вата взбитая, выкрашенная в пасмурно-синий цвет. Вроде бы и гроза собирается, молния может сверкнуть, но сквозь расщелины в облаках прорезаются солнечные лучи. Нечто подобное происходило и с генералом Соболевым: брови его хмурились, взгляд становился тяжелым, но надолго его не хватит, вот-вот взгляд просветлеет. Но пока что Соболев смотрел на подчиненного угрюмо, грозно. И кивал, оценивая его внешнее и внутреннее состояние.

А подполковник Малахов, надо сказать, выглядел неважно. Отечное лицо, мешки под глазами, дряблые щеки… Долгий запой давал о себе знать.

Генерал вдохнул, собираясь что-то сказать, но качнул головой. Да уж, разочаровал его подполковник Малахов. Личное поставил выше общественного, потерял интерес к службе, запил. Не ожидал генерал Соболев от него такого, не ожидал. Сам-то он образец для подражания: модельная прическа, новенький, с иголочки, мундир — напаренный и отглаженный, шитые золотом звезды на погонах.

Артем кивнул, мысленно соглашаясь. Он ведь не жил последнее время. Стелла погибла, и жизнь остановилась.

Соболев снова втянул в легкие воздух, но и в этот раз ничего не сказал. Он, конечно, все понимал, но служба — это прежде всего дисциплина. А уклонение от службы — это еще и преступление. Словом, подполковник Малахов достоин примерного наказания.

Артем вздохнул. Он осознавал и раскаивался, но пощады просить не будет. Если уволят, значит, так тому и быть. И если разжалуют, обижаться не будет.

И снова генерал резко набрал в легкие воздуха.

— Но в то же время с задачей ты, Артем Иванович, справился!

Малахов обнадеженно глянул на него. Если на «ты» и по имени-отчеству, значит, гроза миновала.

— Порядок на новом месте навел… И замену себе подготовил. Майор Груздев неплохо справляется с обязанностями начальника отдела.

Малахов кивнул. Майор Груздев — его надежда и опора. С ним и капитаном Павловым он прошел и огонь, и воду. Их отправили наводить законный порядок в отдел МВД, руководство которого сняли за коррупционные преступления. В такой ад они попали, но ничего, чертей разогнали, а сами чудом выжили. Только вот его любимая женщина стала жертвой этого самого коррупционного произвола, убил ее таки Сажин. На глазах у Артема застрелил. И на него ствол навел. Спасибо двум капитанам — Павлову и Стасову, они остановили преступника в последний момент.

— Я думаю, пусть Груздев и дальше руководит отделом, — выдержав паузу, сказал Соболев.

— Да я не против, — пожал плечами Артем.

Если снимают с должности, значит, и приказ на увольнение готов. Что ж, к этому все и шло.

— А вы, товарищ подполковник, можете возглавить другой отдел, — приосанился Соболев.

Артем вскинул брови: и вопрос во взгляде, и удивление.

— Трудный участок?

— И опасный… — кивнул генерал. И немного подумав, добавил: — Очень опасный.

— Чем хуже, тем лучше.

— Ты в этом уверен?

— Уверен, — тихо, но четко сказал Малахов.

Искать спасения в алкоголе — это все равно что, подобно страусу, прятать голову в песок. Рано или поздно, но по заднице прилетит что-нибудь тяжелое. А трудный, опасный для жизни участок — это борьба с открытым забралом.

И шанс выжить и выйти из трудностей с честью.

— За два года погибли три начальника отдела.

Артем кивком признал всю серьезность ситуации, но ничего не сказал.

— Одно самоубийство и два несчастных случая.

— То есть убийца не установлен?

— На месте работала следственно-оперативная бригада из Москвы… Вы можете ознакомиться с материалами дела.

Артем воздержался от сарказма, хотя и мог сказать, что готов ознакомиться с отсутствием результата.

— Где ознакомиться? В Москве или на месте? — спросил он.

— Где угодно. Если вы дадите свое согласие.

— Кого я могу взять с собой?

— Кого пожелаете… Вопрос только, на какую должность, — замялся генерал.

— Я так понял, есть только одна вакансия.

— Начальника отдела. Пока только отдела… Город крупный, район большой, по своим масштабам на управление тянул, думали на два отдела разбить, а оставили один. Но жизнь идет, город растет, может, и управление будет. Межмуниципальное.

— Но пока что только один отдел.

— Пока один.

— И на должность начальника никто не хочет?

— Желающих нет, — кивнул Соболев.

— Но не трудностей же боятся.

— Не трудностей… — качнул головой генерал. — Опасностей боятся.

— Тогда желающий есть, — усмехнулся Малахов.

Видно, совсем плохи дела там, куда его сватают. Видно, сезон охоты на полицейских начальников там еще не закрыт. Поэтому действующие заместители начальника полиции отказываются занимать освободившуюся вакансию. Люди готовы оставаться на вторых ролях, лишь бы не стать жертвой «несчастного случая». Вот и спрашивается, зачем Артему нужны такие заместители. А это значит, что кому-то придется уйти на пенсию. Были бы люди, а вакансии найдутся.

* * *

Дом невзрачный, грубый серо-бетонный дизайн, простая четырехскатная крыша из мягкого шифера, но двухэтажный, расположенный у самой реки. Во дворе навес из винограда, урожай, правда, уже собран. Начало октября как-никак. Кругом черешни, яблони, вишни, но почему-то пахнет соленой рыбой. Малахов даже глянул по сторонам, не вялятся ли на солнце балыки, но увидел только висящее на веревках белье. Много белья — простыни, наволочки, пододеяльники.

— А я тут все, что было, перестирала, — заметив его интерес, пояснила Люба.

Артем улыбнулся, глянув на нее. Не женщина, а клад. Любила Люба своего законного мужа, спала только с ним, но быт обеспечивала всей команде «варягов», с которой Малахов в свое время начинал освоение Пригорьевска. Еще и преступников успевала ловить, можно сказать, целую банду киллеров подвела под приговор. И Малахову два раза жизнь спасла. Огонь-баба, майор Штанов должен гордиться такой женой, а он только вздыхал. Не хочет он видеть Любу на переднем крае борьбы с организованной и бесхозной преступностью. Но Люба его и не спрашивает. Да и подполковника Малахова она не очень-то слушается. Никто не отправлял ее в город Волговодск, сама вызвалась. Артем еще только собирался в путь, а она уже и дом нашла, и аренду оформила. Генеральная уборка, большая стирка — это само собой.

— Голову дома не оставляй, — сказал Максим Павлов, обращаясь к Стасову. — У Любы правило, все что нашла, сразу в стирку. Мозги сначала промоет, потом высушит.

Люба остановилась, повернулась к Максу, посмотрела на него, подбоченилась, насмешливо сощурилась. Сладкая она женщина, в смысле сдобная. По возрасту ничуть не старше Павлова, но тот смотрелся мальчиком по