Остров-судьба - Дорис Хоу

«Господи, хоть бы мне заснуть! — в отчаянии шептала она. — Хватит с меня волнений от всего, что произошло. Куда бы завтра сводить Джона?..»

Все следующее утро Джон играл в теннис. Это был весьма энергичный молодой человек, круглый год истязающий свой организм серьезными физическими нагрузками и упражнениями. Он предоставил Франциску самой себе. Девушка решила, что он сделал это нарочно, как бы в наказание за ее проступок. Эта мысль показалась ей недостойной его, — ведь Джон был хорошим другом, и ему никогда не пришло бы в голову нарочно причинить ближнему боль.

Франциска отправилась на пляж, который с самого утра был забит принимающими солнечные ванны отдыхающими. На ней было простое платье из синего шелка с короткими рукавами, белые сандалии и белый зонтик, который защищал ее от палящего солнца. Кожа Франциски была белой и очень чувствительной к солнечным лучам. Загар превращался для нее в настоящую пытку. Ей больше всего была по душе теплая погода, но не зной с обжигающим солнцем.

Наконец она присела в тени своего зонтика, чувствуя непонятное душевное опустошение.

Бормотание моря постепенно убаюкало девушку и повергло ее в сомнамбулическое состояние. Вдруг чья-то рука приподняла зонтик, и Франциска от неожиданности вскочила на ноги. На смуглом худощавом лице пришельца играла широкая улыбка.

— Прошу прощения. Я думал, что вы слышали, как я подходил. Я видел, как вы гуляли по пляжу. В ногах у вас есть уверенность, но во всем остальном — увы!.. — Макс говорил таким тоном, как будто они расстались только час назад. — Как самочувствие?

— Лучше и быть не может. — Франциска тоже улыбнулась, и ее сонливость как рукой сняло.

— А где ваш любезный Джон?

— Играет в теннис…

— Да ну?.. — сочувственно улыбнулся Макс.

— А что? Вы что-то имеете против тенниса? — живо спросила девушка.

— Ничего. Сам играю. Вы, как я погляжу, ничем сейчас особенно не заняты, так ведь?

— А что? — настороженно спросила Франциска, не испытывая уверенности в том, что должна радоваться обществу Макса Фэйртона.

Джону бы это не понравилось. И Джон был бы прав.

— А я, знаете ли, решил часок покататься вдоль побережья. Да скучно одному. Хотите со мной? — небрежно предложил Макс.

— Почему бы и нет? Вернемся ровно через час? — спросила девушка.

— Ровнехонько! — согласился он, улыбаясь.

Франциска пошла вместе с Максом по дороге к тому месту, где стояла его машина. Макс открыл перед ней дверцу, и она села. «Джону следовало хорошенько подумать прежде чем отпускать меня», — решила девушка.

Макс оказался разговорчивым человеком, чего Франциска и не подозревала. Сегодня он был явно в ударе, и между ними быстро завязался непринужденный разговор. Макс был явно по душе Франциске, и она его с интересом слушала.

— Вообще-то мы никуда конкретно не направляемся… Если только у вас нет любопытного местечка на примете, — сказал он.

— Интересно, есть в этом уголке мира какой-нибудь антикварный магазинчик?

— А что? Интересуетесь?

— И очень серьезно. Обожаю антиквариат!

— В этом деле, на мой взгляд, следует хорошо разбираться, — предположил Макс.

— В этом деле, на мой взгляд, я хорошо разбираюсь, — ответила Франциска с улыбкой.

Макс рассмеялся.

— Отлично. Но разве это не удивительно для девушки вашего возраста?

— Нет, а что?

— Ну, видите ли, я всегда думал, что у девушек на уме только их кавалеры, желание выйти замуж, ну и прочее в том же роде.

— Вы правы, но помимо этих вещей порой интересуют и некоторые другие.

— В самом деле? — В его тоне Франциска уловила скептическую нотку и поняла, что Макс дразнит ее.

— Я, можно сказать, занята в антикварном бизнесе, а отношение у людей к своему бизнесу гораздо более серьезное, чем ко многим другим вещам.

— Вы удивляете меня, Франциска. Девушка-загадка. Выглядите столь беззаботно, а такие мысли…

Они поднялись на десять миль вверх вдоль побережья. Деревья, росшие по сторонам дороги, почти сомкнулись над ними. Макс остановил машину, и они вышли. С полчаса они весело карабкались по склонам, наслаждаясь открывающейся панорамой побережья и прекрасной погодой.

— А вам разве не нужно сегодня работать? — спросила Франциска, когда они сели на траву и Макс положил перед ней раскрытую коробку с шоколадными конфетами.

— Нужно, но работа не заладилась с самого утра. И потом, разве я время от времени не имею права на выходной? Ничего, завтра побольше напишу.

— Как у вас продвигается книга? Я не вполне одобряю те суждения, на которых она основана, Макс. Может, обсудим?

Фэйртон удивленно посмотрел на девушку.

— Почему бы и нет? Может, здесь как раз и не хватает женского глаза. О чем бы вам конкретно хотелось поговорить?

— Просто… Вы считаете, что вещи в мире случаются сами собой, как Бог на душу положит. А вот у меня на этот счет другое мнение. На мой взгляд, все происходит согласно определенному плану. Конечно, бывают отклонения и осечки… типа войн и прочего в том же роде. Но в целом я думаю, что все происходит так, как нужно, как следует. Я, кстати, очень люблю историю, а вы? Если бы вы читали историю, то увидели бы в развитии человечества некоторую форму. На мой взгляд, цепь происходящих с нами событий — не случайный набор, а логичная последовательность.

Макс задумчиво кивнул. Франциска действительно удивляла его, так как он до этого был склонен видеть в ней лишь беззаботную красивую девушку.

— Мне очень приятно, что вы проявляете интерес к моей книге, — мягко проговорил он. — Я понял вашу точку зрения, но мои теории… Я к ним уже привык и обязан просто держаться их, иначе моя книга никогда так и не будет закончена.

Макс с улыбкой принял из рук Франциски конфету, и они стали вместе смотреть на море, пытаясь отыскать линию размытого знойным воздухом горизонта.

Франциска откинулась спиной на теплый песок и расслабилась. Макс принес из машины ее зонтик от солнца и установил его так, чтобы тень падала на ее лицо.

— Жаль, что я не умею рисовать, — проговорил он, глядя на девушку.

— Вы?.. А что бы вам хотелось перенести на полотно?

— Вас…

Этот ответ изумил Франциску, и она внимательно посмотрела в карие глаза Макса Фэйртона.

— У вас необычная внешность, вам никто этого раньше не говорил? Светлые волосы, темные брови, черные ресницы, лицо оттенка яблоневого цвета…

Он рассмеялся, поймав изучающий взгляд Франциски.

— Вы меня расписываете так, как будто я по меньшей мере кинозвезда. Вот уж ничего общего!

Избегая его взгляда, Франциска поднялась с песка и показала рукой на скалы, находившиеся невдалеке.