Остров-судьба - Дорис Хоу

Макс протянул ей правую руку, и она пошла к нему, будто ее притягивало магнитом.

— Макс! Вот так сюрприз!

— Правда? Я едва узнал вас… — проговорил он.

Они оба рассмеялись своим мыслям, и Франциска пробежалась рукой по своим мягким волосам.

— По крайней мере, сейчас они не взъерошены. Макс!.. Пойдемте знакомиться с моим отцом и Джоном.

Заиграла музыка, и Макс проигнорировал приглашающий жест Франциски.

— Успеется. Давайте лучше сначала потанцуем.

— О, да, конечно!

Несмотря на свою эмоциональную окраску, слова эти были едва слышны. Франциска улыбнулась и подошла к своему партнеру вплотную. Оркестр играл медленный вальс. Франциска и Макс в такт музыке кружились меж других пар. Мимо Франциски промелькнуло изумленное лицо Джона, и она улыбнулась ему. Джон не знал, кто украл у него невесту.

— Я далек от современной жизни, так что вы простите мне мою неловкость. Я могу не знать некоторых па, — проговорил над ее ухом Макс.

— Это неважно. Когда вы в последний раз танцевали?

— Больше года назад. — Макс был так высок и привлекателен, что Франциска скоро заметила, как многие в зале с интересом смотрят на них. — Вы сегодня очень красивы. Я пришел потому, что хотел увидеть вас такой, какая вы есть.

Франциска улыбнулась.

— Да, тогда я выглядела просто ужасно! Не напоминайте мне…

Танец с Максом казался сном, ибо в нем не было ничего земного, привычного. Минуты сказки были поразительно похожи на те часы сказки, которые она провела на острове.

— Теперь вы знаете, как я выгляжу на самом деле, — смущенно проговорила Франциска.

— О, да! Теперь я знаю, — спокойно подтвердил Макс. У него был красивый, сочный и одновременно мягкий, чарующий голос.

Франциска могла бы слушать этот голос часами…

— Как подвигается книга? — спросила она, чтобы хоть что-нибудь сказать.

— А никак не подвигается. Я съехал с накатанной колеи. Ума не приложу: с чего бы это могло случиться? А вы?

— Н-нет, я тоже не знаю…

— Не ожидали встретить меня здесь?

— Признаться, нет. Я думала, что вы законченный отшельник.

— Так оно и было до недавних пор. Но сейчас я уже не смогу с уверенностью назвать себя затворником, как бы мне того хотелось. — Он рассмеялся, как будто каким-то своим мыслям. — Вы рады моему появлению, Франциска?

— Да, конечно… Мы с Джоном собрались нагрянуть к вам завтра. Исключительно для того, чтобы отблагодарить вас за то, что вы спасли мне жизнь. Мы, конечно, не станем задерживаться, так как я знаю, что вы страшно заняты.

Франциска намеренно упомянула о Джоне, чувствуя, что ей не стоит сейчас забывать о своем женихе. Макс вел себя так, как будто кроме них в этом зале больше никого не было. И, пока он окончательно не забылся, ей нужно было чем-то остудить его пыл…

— Вы можете заглянуть ко мне одна, — предложил Макс, сосредоточенно и чуть нахмурившись глядя на нее. — Зачем тащить еще кого-то?

— Нет.

Медленная печальная музыка несла их в танце. Слова, которые они сейчас говорили друг другу, не имели никакого реального значения и смысла. Существовал лишь подтекст, который возникал каждый раз, когда они встречались. Франциска испытывала теперь чувства, каких никогда не испытывала с другими мужчинами. Она как бы снова тонула и устремляла умоляющий взгляд в темные глаза Макса. Она говорила сейчас, мало понимая смысл своих фраз.

— Вам… Вам не следует больше приходить…

— Почему же? — спросил Макс и рассмеялся. В этом смехе были властные нотки, которые вызвали дрожь во всем ее теле.

Франциска ответила не сразу.

— Нам лучше больше… не встречаться. Так будет лучше, поверьте…

Танец подходил к концу, и они машинально стали замедлять шаги.

— Я хочу познакомиться с вашим отцом и женихом, Франциска…

Глава вторая

— Хорошо, — вздохнув, проговорила Франциска.

Она была смущена и растеряна. Макс был напорист, и у нее появились мрачные предчувствия, когда она подвела его к отцу и Джону. Мужчины уже в течение нескольких минут наблюдали за ней и Максом.

— Папа… Джон… Это Макс Фэйртон.

Оба мужчины холодно кивнули Максу.

Джон сразу же сказал:

— Мы сейчас пойдем танцевать, Франциска.

Девушка знала, зачем ему нужно остаться с ней наедине. Его холодность, однако, не испугала ее.

— Ну и парень! — проговорил Джон, когда они закружились с Франциской в середине зала. — Я думал, ты говорила… Ты подзатуманивала… Вот черт!

Его злость была выражена так по-детски, что Франциска не удержалась от смеха.

— Ничего я не подзатуманивала. Если ты ожидал увидеть кого-то совсем другого, это твои проблемы. И вообще… что ты хочешь сказать?

— Он наглец, раз пришел сюда в надежде на то, что ты будешь танцевать с ним!

В душе Джона в эти минуты разгорался настоящий пожар.

— Насколько я понимаю, Макс произвел на тебя хорошее впечатление, и именно это тебя так злит, — беззаботно проговорила Франциска. — Это свободная страна, милый. Он волен быть там, где захочет. Ты же юрист и должен знать такие вещи. Ты не будешь вязать меня по рукам и ногам до тех пор, пока я не стану твоей женой. Да и после свадьбы не будешь, я полагаю.

— Жаль, — проговорил Джон, дымясь от ревности.

Франциска очаровательно улыбнулась и рассмеялась.

— Я вижу направление твоих мыслей, и оно меня совершенно не устраивает.

Джон раздраженно передернул плечами.

— Да ладно тебе. Что из-за него ссориться! Ты сама говорила, что он женат. Этим, по-моему, все сказано. Если ты так настаиваешь, я соглашусь: да, он неплохой парень.

Джон отчаянно пытался освободиться от досады.

— Я сказала ему, что мы собираемся завтра навестить его.

— Какой теперь в этом смысл? — торопливо проговорил Джон. — Мы можем поблагодарить его сегодня и покончить с этим.

— Ты сердишься, Джонни. А я рассчитывала на то, что ты будешь с ним любезен, ведь он все-таки спас мне жизнь…

— А, черт, верно!

Они вместе посмеялись над его раздражением.

— Давай-ка веселиться. В конце концов, мы приехали сюда отдыхать, милый.

Франциска говорила убеждающе, но в то же время как-то отстраненно, потому что смотрела на Макса и отца, которые о чем-то оживленно разговаривали в конце зала. Танец закончился, и Франциска почувствовала, что досада Джона каким-то образом передалась и ей. Они вернулись к своим.

— Надо с этим покончить, — громко сказал Джон, подходя к Максу, и, уже обращаясь к нему, сказал: — Вас надо поблагодарить за то, что вы недавно спасли жизнь моей невесте. Это благородно. Поступок сильного человека.