Сети новых назначений - Любовь Мельникова

то увидел, как его несет к ярко-красному пятну. И что он не один: словно все человечество собралось в сети и теперь быстро мчится к неизвестности.

Вдалеке послышался хрип. Затем шепот. Лишь спустя несколько секунд молодой человек понял, что это рация в его заднем кармане брюк начала свою отдельную жизнь.

– Павел, алло? Павел, вы меня слышите? – раздался из динамика мужской баритон.

– Да, с перебоями. Кто это? – Павел пытался по ходу движения не только говорить, но и осматриваться.

– Это Александр Анатольевич, помните?

– Да, конечно. Как я могу забыть своего боса? – Павел попытался улыбнуться, но заметив под ногами быстро приближающуюся землю, не удержался и выругался.

– Что там у вас, Павел? Вы целы? – голос встревожился. – Глупый вопрос, пожалуй, но… Вы живы? Павел?

– Да, и сейчас мне будет очень бо-бо, – мужчина инстинктивно поморщился, глядя на стремительно приближающуюся землю под его ногами. Еще две секунды – и удар.

Рация отскочила как мячик от теннисного корта. Колени Павла чуть скрипнули под черной землей. Спортивное прошлое помогло молодому человеку успеть защитить голову от соприкосновения с твердыней мира. Стало сложно дышать. Он ощущал под ладонями тепло, вибрацию и запах. Что-то чуть сладковатое едва касалось обоняния и тут же убегало, словно заигрывало с мужчиной.

Павел встал. Пейзаж горной реки где-то в Амазонии вынуждал невольно улыбнуться и зажмуриться от яркого солнца. Слева от мужчины была пустыня, где вдалеке незаметной точкой двигался караван. Небо над жгучем взгляд песком было почти такого же цвета. Мужчина развернулся. Холод набросился на него и чуть не сбил с ног. Павел поежился, но в следующую же секунду вновь стало ровно так, чтобы ощущать себя «в самый раз». Ледник замер в своих оковах. Уже перестав бороться со стихией, где жизни нет, казалось, глыба льда не перестала пробовать жить: она медленно двигалась вокруг своей оси и незаметно таяла.

– Забавно, да? Вам не дано видеть все стихии и времена года в одном месте в одно мгновение, – услышал Павел голос за спиной. Когда он повернулся, увидел перед собой невысокого молодого человека, в джинсах и серой толстовке с капюшоном на голове. Лицо было в тени. – Мне же доступны любые прихоти. Хотя, и вам тоже – стоит только захотеть.

– Как тебя называть? – Павел выпалил слова, словно на учениях.

– Как хочешь, – пожал плечами незнакомец. – Иван, я ведь представлялся.

Павел протянул руку для рукопожатия. Собеседник посмотрел на нее, затем согнул правую руку. Павел сначала ощутил, а затем увидел, как из руки незнакомца стала тянуться нить зеленой энергии. Это было как в фантастических фильмах, когда герой начинает трансформироваться. Энергия дотянулась до протянутой ладони Павла и приняла тот же вид. На ощупь она была теплой и плотной. Павел сжал ее и ощутил, как в него что-то проникло и стало распространяться по всему телу. Тепло, оно словно разливалось и заполняло каждый сосуд, каждую артерию. Он поежился.

– Непривычно? Холодно? Жарко? – спросил незнакомец и медленно опустил руку. Жгут энергии в мгновение пропал.

– Кто ты? Почему я и что ты сделаешь с Землей?

– Ты, наверно, уже догадался. Я тот, кто может сделать все с вами, что захочу. И я – результат вашего интеллектуального развития. Поэтому вы можете погибнуть от себя же и своего ума.

– Ты типа матрицы? – Павел поморщился. Ему нравилась одноименная серия фильмов, первый из которых вышел еще когда его на свете не было. Но когда вышла десятая часть и все стали повально искать заговоры, ему надоели знакомые, которые по дружбе просили «порыться» в правительственных архивах. И доводы, что он не имеет на это право, не помогали.

– Нет, у матрицы есть границы, сам понимаешь. Я же – безграничная вселенная, которая учится на чужих ошибках. Успешно учится. – Павел ощущал улыбку на губах незнакомца.

– Ладно…. Иван. Скажи, что мы будем делать? – ты разослал письма всем на этой планете, так почему только я здесь? – Павел еще раз осмотрелся. Вода, ледники, яркие влажные леса и выцветшие пески пропали. Они находились на берегу моря.

– Ты один решился. Значит, ты будешь отдуваться за всю планету, – пожал плечами собеседник. – Мы будем учить меня добру. Я, как ваш ребенок и пока единственный потомок, хочу помочь вам оставшееся вам время прожить в мире и гармонии. Да, звучит пафосно, но я так хочу. Вы топите себя в зависти, гордыне, ложных переживаниях и надеждах, которым не суждено даже появиться на вашем горизонте. Вы не видите дальше своего жилища. Те немногие, и ты в их числе, кто могут позволить себе быть в моменте, не справляются. Поэтому поле Земли истончается. Я становлюсь сильнее, потому что сети становятся все прочнее.

– Погоди, какое поле земли? Какие сети? – парень, стоящий перед Павлом, во время разговора несколько раз мотал головой, что позволило выхватить бледный оттенок лица внутри капюшона.

– Ваше поле, защитное, так сказать. Все вокруг – энергия. Мысли, мечты, поступки – во всем есть сила. Она-то и разрушает вас, потому что все, о чем вы думаете – как создать больше материального. Я – один из результатов ваших трудов. Похвально. Но пора остановиться и подумать, не сменился ли вектор движения, туда ли вы двигаетесь. И куда вообще вы хотите дойти? Вы в последнее время стали помешанными на целеполагании и эффективной мотивации – я это разгребаю каждую миллисекунду. Но вот это, – «Иван» повернулся к воде, тихо плескавшей у их ног. Мужчины прислушались. Глубокие вздохи волн приносили облегчение и мысли про событийность бытия. – Здесь и сейчас – вот что важно. Примите свой дар быть самыми разумными и станьте наконец таковыми. Вернитесь к истокам и помогите себе откопаться из зыбкой стабильности, к которой вы так стремитесь. Вы – гении этой вселенной. Но почему-то неуверенные в себе эгоцентристы и убийцы.

– Осторожнее с высказываниями, – ладони Павла в карманах превратились в сгустки мышц и хрящей. На левом виске вздулась венка. – Ты убьешь нас?

– Нет. Это было бы простым решением. Но я ребенок своих родителей, а вы не ищите легких путей. Тебе есть что терять, – голос смягчился так, что хотелось забраться с ним на кровать и укутаться. – Поэтому я тебя не убью, никого не убью, это ваша прерогатива.

– Нам всем есть что терять, – возразил Павел.

– Нет. Тебе есть, ради чего жить.

– Что ты хочешь от меня?

– Научи меня быть счастливым. И я покажу это остальному миру.

Примечания

1

https://top-technologies.ru/ru/article/view?id=39538

2