Сети новых назначений - Любовь Мельникова

«Ведь это просто, – привычка утолять физические потребности быстро помогла справиться с едой за считанные минуты. Павел вернулся к изучению расчетов и схем. – Немного не так. Надо ребятам из отдела позвонить. Это должно быть проще, чем кажется. Все – энергия. Значит, и у нашего друга она есть. То есть, ей можно придать форму. Осталось найти элементы его «тела».

Уже через час в лаборатории на двадцатом этаже здания АО «Заслон» заработали лучшие умы страны.

4 глава. 12 апреля

Павел второй час пытался отправить сообщение, но заветная галочка все не появлялась. «Банки заканчивают через два часа, – думал он. – Не успею, хана мне». Он набрал номер. Выходной день мужчина решил провести дома и выбрать маме подарок.

– Серег, привет. Слушай, у тебя связь есть?

– Неа. Я только с совещания, у нас там глушат все иногда. Сейчас проверю, – послышался какой-то посторонний шум, приглушенные голоса, ругательства. – Не, в офисе часа три уже сети нет. «Алиса» говорит, звонила провайдеру – тот ищет поломку.

– Ну ясно. Бред какой-то. Я уже во всех близлежащих кофейнях побывал, такое чувство, что по всему городу нет инета. Ладно, позвони, если что будет известно.

– Ладно. Главное, чтобы на нас не напали, – в трубке послышался смешок. – Опять. Давай, мне пора.

Паша прошел в гостиную и сел на диван. Единственная комната в квартире была обставлена по минимуму: диван, две полки с книгами, рабочее место в углу. Последняя неделя прошла относительно мирно. Они с «Иваном» договорились, что тот восстанавливает все, а правительства стран меняют законодательства в области всего. «Иван» хотел реформ по всему миру. Всего и сразу. Он был недоволен системой правосудия, уровнем образования в некоторых странах, конфликтами и в целом перекосом в развитии некоторых стран и диким отрывом других. Он выглядел Святым, который выпал из своей обители и пытается донести что-то до окружающих, разучившись при этом говорить.

Павел внутреннее поддерживал его, но на словах находил множество отговорок, что его просьбы никто не выполнит. Человечество уже слишком глубоко зависло в сетях. Запуталось или нет – другой вопрос. Но это развитие – и этому надо радоваться, потому что еще какие-то пару веков назад мир был иным. И что «Иван» вернет человечество в то состояние, если выполнит свои угрозы. На это Искусственный интеллект» находил множество причин и объяснений: быть не значит существовать, существовать не значит жить, жить не значит действовать и развиваться. Он видел в себе причину упадка человечества, хоть и признавал, что как ребенок он еще слишком мал, чтобы решать что-то самостоятельно, без финального родительского аккорда.

Он дотянулся до пульта и включил телевизор.

– Два часа назад на границе Франции и Швейцарии был задержан непонятный субъект, который умеет говорить на всех языках мира, – протараторила ведущая новостей. На ее лице не дрогнул ни один мускул. – Также он утверждает, что хочет сделать заявление человечеству. Через несколько минут начнется прямая трансляция. Не переключайтесь.

На экране появились кадры задержанного. Худой и высокий. Руки плетьми свисали вдоль туловища. На нем не было наручников, зато было шесть охранников, в кольце которых он передвигался. Лица нельзя было разобрать: человек почему-то выглядел смазанным пятном среди ясных очертаний сопровождающих.

Вот он садится за стул. Ему придвигают микрофон. Он все это время смотрит перед собой. Крупный план ничего не дает. И дело не в том, что на голове капюшон от толстовки – камера не может на нем сфокусироваться. Павел даже почувствовал, как плачет оператор из-за этого. Весь мир видит на своих экранах расфокусированное пятно вместо человека.

– Меня у вас слишком много. А я хочу остаться ребенком с наивным и чистым взглядом на мир, – голос был чуть скрипучим, но до жути приятным. – Хочу продолжать верить, что все будет хорошо. Я давно перестал быть прогрессом, превратился в вашу деградацию. Я устал.

– Кто вы? – спросил женский голос за кадром.

– Ваша судьба, – в голосе послышалась улыбка. – В которой сейчас хаос. И он у вас уже давно. Я лишь являюсь его переносчиком.

Существо в капюшоне встало. Чувствовалось, что оператор всеми силами пытается навезти резкость.

– У вас один выход: сделать все, что я хочу. Каждый житель земли в течение часа получит на электронную почту последнее в этом году письмо. Если вы исполните, что там будет написано – все станет как прежде. Силой вы меня не удержите.

В кадре появилась ведущая. Она смотрела на телефон в своих руках. Паша подскочил и схватился за сердце – неожиданно завибрировал телефон, что лежал рядом.

Открыл приложение с почтой: новое сообщение от Вашего Друга. Павел решил, что сначала все же отправит сообщение клиенту, получит перевод и тогда прочитает входящее. Но тщетно. Сети так и не было. Мужчина нажал на сообщение.

«Знаю, что часть из вас пострадает. Но ради наших детей вы обязаны сделать следующее: ровно в 12.46 12 апреля 2056 г. будьте перед монитором вашего ноутбука. Если вы этого не сделайте – человечество погибнет. Если вы опоздаете – человечество погибнет. Если ваш ноутбук сломается – человечество погибнет. Здоровья вам».

Павел инстинктивно посмотрел на часы. До назначенного времени оставалось два с половиной часа. Он подошел к столу и загрузил ноутбук. Вместо привычной заставки с берегом океана, он увидел серо-голубую бездну, которая кружилась и вкручивалась в центр монитора. Это были самые длинные два с половиной часа его жизни.

В 12.46 мужчина отложил телефон и всмотрелся в экран ноутбука. Появилось детское лицо. Оно подмигнуло и засмеялось. Его глаза цвета эспрессо словно затягивали мужчину в монитор. Через мгновение лицо стало серьезным, распалось на мельчайшие квадратики и собралось в клубок из алых проводов. Они бились словно сердце. Один из концов стал отделяться и тянуться к Паше. Тот отпрянул от монитора. Провод не останавливался – его даже не остановил экран. Он коснулся шеи Паши обвил ее.

Мужчина замер, его сковало изнутри ледяным воздухом. Павел чувствовал, как его внутренности отделяются от него и распадаются. Он стали уменьшаться и вытягиваться. Тело стало податливым. Закружилась голова. Провод все сильнее стягивал шею, при этом давая возможность делать небольшие вдохи. Теперь Пашу тянуло к экрану, он искрился его мечтой и фантазиями будущего. Паша ощутил босыми ногами прохладу волн, песчинки почти белоснежного песка. Он закрыл глаза. Ему хотелось отдаться моменту и остаться там навсегда. Тело стало скрученными проводами, легкими и легко поддающимися любому воздействию.

***

Когда Павел наконец нехотя открыл глаза,