Сети новых назначений - Любовь Мельникова

Камера автоматически «отъехала», и сейчас все наблюдали, как он стоит у стола и наливает себе чай.

– Что мы можем сделать, Громыко? – голос Главы разрезал воздух у него в кабинете и будто расколол экран пополам. Такого я еще не слышал.

– Ждать сообщения с захваченного эсминца. Мы выясним кто это и что им надо, затем – по обстоятельствам.

– По каким обстоятельствам, главнокомандующий вы или нет? – Глава государства замер с кружкой перед экраном.

Ответ Павел уже не слышал. Позвонили с работы. Он протиснулся к выходу, по пути встречая недоуменные лица. Многие из присутствующих смотрели в искрящиеся экраны смартфонов и хмурились. Некоторые даже разговаривали.

«Да, алло, это Александр Анатольевич. Павел, что у вас происходит?»

«Александр Анатольевич, здравствуйте, – Павел сглотнул и выдохнул. – Захвачен эсминец, стреляли по войскам. Разбираются кто мог на нас напасть».

«Держите в курсе, Павел. Это мой прямой номер. Звоните сразу».

«Да», – Павел судорожно вдохнул свежий воздух с моря.

***

Когда дым рассеялся, последствия нападения предстали перед военными в полной красе, как говорится. От руин после ударов шли жар и злость, словно асфальт стонал от боли и непонимания. Из разных частей части доносились стоны людей, сдавленные, едва различающиеся на фоне белых чаек, что парили под сводом небес как глаза Творца. Но, видимо, у него был выходной за прошедший час. Ни облака на небе – море сверху с интересом наблюдало за своим собратом внизу.

А тот держал на плаву несколько военных кораблей, которые рвались отомстить за сушу. Захваченный эсминец отошел от берега и замер в водах Балтики за несколько километров от подавленной суши.

Павел не стал возвращаться в зал заседаний. Он решил осмотреться и проверить своего напарника. Тот заканчивал наладку роботов2.

– Ну что там? – кивнул Максим в сторону выхода. В руках была большая кружка с горячим напитком. Все было чисто, прибрано. Еще вчера вечером работы планировались завершить в полдень, сдать объект и выехать наконец с базы. На немой вопрос Павла напарник пожал плечами: – Не, ну работать-то надо все равно. Вот, чтобы не оставлять, пришлось доделать. А то мало ли что, сам понимаешь. Потом ведь мы крайними останемся.

– Да, наверное, – Павел задумчиво перебирал бумаги на столе. – Что там? Захватили эсминец. Ничего не требуют, пока, по крайней мере. Президент в курсе, пока все, что знаю. Раз мы все тут, предлагаю выезжать. Не до нас сейчас.

Напарник ничего не ответил, лишь допил чай, кинул кружку в рюкзак, что стоял под ногами, и закрыл его. Закинул сумки с инструментом и вещами в открытый двухместный джип и неспеша пошел открывать ворота. В ангар хлынул поток солнечного света и озарил творение рабочих, которые трудились на территории базы уже неделю. Склад, который поддерживал всю часть, а также пристрой, в котором проводили мелкие ремонты, был полностью автоматизирован. Павел и Максим, казалось, сделали невозможное: они проложили сети по потолку, стенам, вмонтировали части кабелей в пол, чтобы только роботы, которых также разработали и собрали на месте мужчины, смогли свободно передвигаться по территории и служить базе. Сейчас новые «рабочие» стояли по своим местам через каждые десять метров. Завтра планировали начать заполнять склад, вернее, возвращать вещи на свои места.

Лучи радости выхватили летающие в воздухе пылинки и омрачили лица мужчин. Им пришлось зажмуриться, когда они открыли глаза, перед входом в ангар упал небольшой металлический шар. Напарники переглянулись и бросились вглубь помещения. Через три секунды грохнуло так, что некоторые «рабочие» пошатнулись.

– Макс, сможешь выбраться? – выкрикнул Павел, осматривая ближайшего «рабочего».

– Да, а ты?

– Слушай, а я как в фильмах. Забыл, видимо, отцовскую ручку на письменном столе.

– Дурак ты, Пашка. Вот, возьми. Только еще раз прошу, держи ты ее дома, все равно давно все документы через планшет подписываем. На кой она тебе в таких вот моментах? – Максим протянул ручку партнеру. Позолоченная, она мягко опустилась в ладонь Павла, и он ощутил приятное давление. Ручку сделали еще в конце прошлого века, но отцу она так нравилась, что он решил подарить ее сыну. Для Павла это была не просто безделица, которой нет уже места в этом мире – все было цифровым и сине-желтым. Это была память, это были моменты, ради которых Павел трудится сейчас.

– А такие вот моменты случаются каждый день, – в голосе Павле звучали и веселье, и недоумение. – Спасибо тебе, друг. Давай выбираться, вещи пришлют, не впервой.

Максим был ближе к выходу, поэтому он двинулся первым. Павел огляделся, словно прощался, и выдвинулся за напарником. Но не успел он пройти и десяти метров, как сзади на плечо легла чья-то тяжелая рука. Проникающее солнце через разорванные и открытые ворота уже вычерчивало силуэт Максима, поэтому кричать было бесполезно – ангар слишком велик.

Павел остановился и прислушался. В ушах стоял звон, перемежавшийся со стуком сердца. На секунду в глазах потемнело – но мужчина справился. «Обморока еще не хватало, – подумал он. – Что ты как в действе, ей богу?» тишина, только легкое жужжание сзади, как от работающего вентилятора. Павел обернулся: перед ним стоял один из «рабочих».

«Да ладно. Они только встали на зарядку, и вообще не подключены они», – перед Павлом стоял робот, который выглядел как обычный сотрудник склада: рабочий комбинезон, невысокий, худощавый.

– Павел? – мимика на лице «рабочего» была натуральной. Не зря в компании трудились лучшие умы страны. Только голос все же выдавал своей монотонностью.

– Да. Но как это возможно? – мужчина прикоснулся к руке, которую робот уже опускал. – Ты ведь не заряжен. Вы ведь только встали. Только настроились…

– Павел, приглашаю тебя к себе на эсминец. Я знаю, что вы сейчас ищите виновников этого торжества, как вы говорите. Ни одна из стран не виновна – я житель мира. Вернее, его потомок. Мне нужен только ты. Я готов отпустить всю команду, если ты примешь мое предложение.

– Кто ты? Очередной чудак, пытающийся захватить мир? – Земля стала забывать последствия войн и прямых угроз. Страны научились договариваться и мирно делить территорию. – Откуда ты вообще взялся? И что за…?

– Слишком много вопросов, друг мой, – голос «рабочего» стал смягчаться. Он почти подстроился под тембр Павла. – Так, кажется, действуют, переговорщики: подстраиваются под собеседника, чтобы склонить его на свою сторону. Хочешь, я докажу серьезность намерений?

– Как?

– Пойдем выйдем, – «рабочий» показал рукой на выход, в дверях которого уже не было никакого силуэта. И словно сам проем стал уменьшаться, закрывая тем самым возможность выбраться.

– Тебе нельзя, – пожал плечами Павел. – Ну, то есть, ты не