Разрушенный рыцарь - Милена Янг

Она требовательно лизнула его нижнюю губу, до боли впиваясь ноготками в кожу на шее.

— Открой пошире рот, маленькая.

Эти нежность и напор сводили ее с ума. Ей хотелось сплетаться с ним языком, жадно впиваться зубами и губами, оставляя на его потрясающе красивом теле свои следы.

Теплое дыхание девушки обожгло ему рот. Жажда обладания вырвалась наружу приглушенным рычанием. Крепче сжав ее талию, Рафаэль подался вперед. А сердце в груди заколотилось с такой силой, будто вот-вот разорвется на куски. Рафаэль поочередно поцеловал ее нижнюю и верхнюю губу. Обхватил губами ее язык, лизнул, обводя по кругу. Кровь забилась в сосудах, словно желая вырваться, напрягая плоть. Глухо застонав, Тереза теснее прижалась к нему, обнимая за шею.

— Рафаэль…

Ее голос резкой пульсацией отдался у него в висках. Ему хотелось, чтобы в фотопленке ее воспоминаний был только он. Растекаться в ее крови. Плясать под веками. Он хотел быть ее сбившимся дыханием. Сутью. Кожей. Плотью. Ему хотелось по-настоящему слиться с ней, стать единой плотью.

Тереза робко ласкала его рот, что вызывало горячую волну тепла в крови. А потом слегка потянула зубами за нижнюю губу, и он, не сдержавшись, застонал и против воли прижался к хрупкому телу, сжимая его в объятиях. Ощущая тепло нежной кожи кончиками пальцев. Вероломно прихватывая зубами ее припухшие от его истязаний губы, Тереза выгнула спину, прижимаясь к нему теснее. Он припал к ее шее, влажно касаясь кожи. Вдыхая ее запах. Нежный. Сладкий. Опьяняющий. Яблоки, печенье.

Тереза прерывисто выдохнула. Всегда холодный и недоступный, Рафаэль смотрел на нее со смесью дикого желания и нежности, и это сводило с ума. Его расширенные зрачки почти поглотили темную радужку. Это все было слишком. Но он не был готов остановиться. Он нуждался в этом моменте. Рафаэль ласкал ее рот языком, наслаждаясь сбивчивыми вздохами Терезы и лихорадочным блеском ее глаз. Он потерял голову. И медленно терял рассудок. Эти маленькие руки, зарывшиеся в его волосы… Вплотную припавшее тело, яблочный запах ее волос, тихое, сбивчивое дыхание… Она его убивала.

Рафаэль, опьяненный близостью, посмотрел ей в глаза цвета аквамарина. Девушка дрожала. Терезе казалось, что она вот-вот разлетится на атомы, эмоции звенящими струнами отзывались внутри, будоража сознание. Где-то глубоко в груди бесновалось взволнованное сердце. Тереза обняла парня за шею, и хриплый стон отдался вибрацией на кончике языка, когда Рафаэль больно укусил ее за нижнюю губу. Льдины у него в груди пустились в пляс.

— Чья ты, Тереза? — грубо спросил он, остановившись.

— Я…

— Скажи мне.

— Твоя.

— Только моя? — уточнил парень. В голосе у него промелькнули мрачные нотки.

— Только твоя. Всегда, — серьезно ответила она, глядя в его обсидиановые глаза. Они полыхали в темноте. Полные страсти, яростного желания. — Рафаэль…

Он жаждущим ртом глубоко впился в ее приоткрытые губы, словно пробуя вкус своего имени, произнесенного ею. Тереза неумело ответила: язык сам толкнулся ему навстречу, и парень перехватил инициативу. Рафаэль скользил кончиком языка по ее небу, ощущая во рту сладкий привкус. Она зажмурилась.

— Мы не… — попыталась что-то сказать Тереза.

— Не сейчас, детка… — Низкий голос прозвучал с придыханием, щекоча нервы, заполняя собой пространство.

Костяшками пальцев он дразняще провел по скрытой топом нижней части ее груди. Тело ломило, безумное желание растекалось по каждой клеточке до обжигающей боли в груди. Они лихорадочно столкнулись зубами, до крови кусая губы, выпивая дыхание. Беспорядочно гладя, царапая друг друга. Шею, грудь, спину, лицо… Касаясь, касаясь, касаясь…

Его ладонь легла ей на ее бедро, забираясь под юбку. И тут Тереза остановилась. Внезапная мысль обрушилась на нее как ушат воды. «Я не могу отдаться ему. Ведь мы не супруги». Тереза боролась сама с собой. В душе разгорелась настоящая битва. Грех и соблазн. Она желала тепла и необъяснимых чувств, которые рвали сердце на кусочки. Нет. Последовавший за этим поток мыслей окончательно отрезвил Терезу.

Неожиданно оно осознала кое-что важное. Сейчас с ней было просто его желание, импульс, мимолетный порыв. Но не сердце. Этого было очень мало. Она хотела не просто тело Рафаэля.

Она хотела его душу, всего целиком. Чтобы они были вместе навечно.

«Но еще важнее то, что я не могу предать саму себя. Я хочу сохранить себя для него. Это мое личное желание и мой выбор», — решила она.

— Прости, но я не могу дать тебе больше, Рафаэль, — прошептала она тихо, тревожно всматриваясь в его черные глаза. — Близость до брака — это грех, давай не будем нарушать заповеди… — сбивчиво попыталась объяснить она.

— Тише, маленькая. Это для тебя важно. Я понимаю. — Он нежно погладил ее по щеке. — Все в порядке. Я уважаю твое решение и всегда буду на твоей стороне.

И почему-то сейчас, когда она видела в спокойных глазах Рафаэля эту серьезность, нежность… То, что он безусловно и всецело принял ее отказ и проявил уважение к тому, что дорого ей… Именно этот момент оказался для нее намного интимнее. Самым важным. Самым ценным. Определяющим все. «Я так сильно люблю тебя, Рафаэль. Если бы ты только знал…»

— Спасибо. — Она устало улыбнулась, но на душе наступил покой.

Тереза чувствовала, что поступила правильно. Внутри у нее царило умиротворение. Рафаэль лег в постель и привлек ее к себе, нежно поцеловав в лоб. В комнате было прохладно. Тереза растерянно, со смесью страха и смущения, посмотрела на парня. Боясь, что заметит на его лице запоздалое раздражение, недоумение. Или хуже — ненависть. Но не столкнулась ни с чем подобным. Он улыбнулся уголком губ и заботливо подоткнул одеяло, укрывая ее. Девушка свернулась калачиком и закрыла глаза. За окном слышался шум дождя.

— Это разбитые осколки ночи поют нам колыбельную, — тихо произнес Рафаэль.

— Красиво сказано, — шепнула в ответ Тереза.

Усталость почти сразу отключила ее. Тернер улыбнулся и тоже закрыл глаза. Он знал: сегодня кошмаров не будет.

Глава 16

Утром Рафаэль и Тереза отправились на занятия, а Дамиан остался спать. Он решил не ходить в университет, а попозже поехать сразу на работу. После вчерашнего стресса организм молил о передышке. Но внезапный звонок рассеял сон. Парень поморщился и поднял трубку. Неизвестный номер. Странно.

— Это Дамиан? — послышался голос пожилой женщины.

Он напрягся.

— Да. Кто это? — прочистил горло Дамиан. Сон как рукой сняло.

— Звонит бабушка Эви, Джессика Коллинз.

— Слушаю.

Тревога сковала грудь. С Эви же ничего не случилось? Вряд ли. Маленькая фурия, скорее всего, просто вредничала и изводила своих родственников. Видимо, их терпение иссякло, и его попросят забрать ее