Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

драконов. Это качество по праву считалось лисьим. Возможно, в этом заключалась еще одна причина, почему Знак Морока не подходил драконам. Но Амир искренне полагал, что отсутствие хитрости — было уязвимым местом драконов, их слабостью.

Когда он был ребенком и еще жил в клане вместе с отцом и матерью, однажды, во время одной из детских игр, мальчишка, который попался на его уловку, крикнул ему:

«Ты хитрый, как лис, Амир! Никакой ты не дракон! Твоя мать, наверное, с лисом якшалась!»

Амиру тогда было семь лет, и он впервые отнял чужую жизнь. Кажется, тот мальчишка был младшим сыном одной из знатных семей клана. Впрочем, кому какое дело? Отец похвалил его: «Молодец, сын. Дракон не должен прощать наглецов. Длинный язык заслуживает того, чтобы его укоротили вместе с жизнью».

Будучи драконом, Амир никогда не стыдился своей хитрости. Зачем же? Хитрость ему всегда была лишь на пользу. Вот и сейчас, похоже, его «лисья» черта помогла ему. Знак Морока действовал достаточно долго, чтобы позволить ему сбежать. У другого дракона этот трюк, пожалуй, не прошел бы.

Натянув капюшон пониже на лицо, Амир возобновил путь улицами Мин-Лан-Ки. Он знал, где находится его цель. Двигаясь на заход солнца, он мысленно обратился к мертвому мальчишке-магу:

«От твоих слов разило ложью, Син-Ва. Как разит не с востока, а с запада красным золотом нирах. Ты думал, я могу не учуять этот запах? Ведь ваш народ строит свои дворцы из тел мертвых драконов, побывавших в застенках обители Сон-Лин-Си. Было глупо пытаться обмануть меня…».

* * *

Старый маг стоял над телом юноши. Оно было изъедено ядом шаи. Острием длинного кинжала старик поддел рубаху на теле Син-Вы и с досадой выдохнул, увидев нарисованный на его животе символ.

— Магистр, — подошел к нему чернобородый маг. — Что означает этот символ? Я впервые вижу его.

— Да, — согласился старик. — Этот магический символ нам неизвестен. Могу только предположить, что дракон с его помощью навел морок на тело Син-Вы и на себя.

Он задумался.

— Этот дракон не похож на остальных. От него мы могли бы получить знания, которые до сих пор были нам недоступны. Он представляет даже большую ценность для ордена, чем я предполагал. Однако…

Старик тяжело вздохнул.

— Мы допустили ошибку. Нам было известно, что драконы жестоки и беспощадны, что они сильны, и мы знали, как с этим справиться. Но этот дракон не только жесток — он хитер, как степная вай-ни. Хитрый дракон… Упустить его будет жаль, Ген-Би.

Чернобородый склонил голову перед стариком.

— Мы перевернем весь Мин-Лан-Ки, магистр, — с мрачной готовностью сказал он. — Дракон будет найден.

33. ЯРОСТНЫЙ ПОЦЕЛУЙ В НОЧИ

Роскошь вокруг кружила голову. Роскошь всегда пьянила сердца драконов, именно поэтому они окружали себя ею. Но даже в Клане Драконов Амир не видел таких богатств: золотые вазы и шторы из тончайших золотых пластинок, соединенных с удивительным мастерством; золотые подсвечники, столики из золота, золотые блюда на них. Амир даже качнул головой с усмешкой, удивляясь, что фрукты на блюдах не сияли золочеными боками, а обещали таять во рту живой сочной мякотью.

Женский наряд на безголовой деревянной кукле с металлической стойкой был, словно мантией, украшен уже знакомыми сплетениями тонких золотых пластин. Женщина, которая носила этот наряд, должна была иметь самое высокое положение и незаурядную силу воли. Все это золото в наряде имело немалый вес, и носить его нужно было, судя по роскоши, с гордой осанкой. Видимо, свое тело она тренировала годами. Такая женщина и мужчине даст отпор.

Амир усмехнулся.

Но не любому.

Посреди огромных покоев, где он находился, стояла кровать с балдахином. И навес, и столбцы, на которых он держался, тоже были из золота.

Красного золота нирах.

Амиру пришлось приложить немало усилий, чтобы пробраться сюда — в покои самой императрицы Кан-Ри. Но для дракона, обладающего хитростью лиса, нет ничего невозможного. Слуги на террасе даже не заметили его, когда он отвлек их внимание обманным маневром, и, выиграв для себя всего пару мгновений, спрыгнул с кровли, после чего тенью проник внутрь.

Подойдя к кровати, Амир рукой отвел в сторону прозрачную занавеску, украшенную нитями с золотыми бусинами. Вид спящей на постели женщины в первый момент заставил его испытать удивление.

Она была еще очень юна — возможно, младше его самого, хотя дракон его возраста уже считался мужчиной, а не юнцом. Но она была женщиной. Впрочем, не простой.

Неужели такое юное создание держит в руках власть над целым народом?

Вокруг головы сияющим черным шелком раскинулись по подушкам волосы — такие гладкие и блестящие, что по ним хотелось провести пальцами, чтобы почувствовать, как они приятно скользят под кожей. Маленький рот был четко очерчен, мягкие губы чуть приоткрыты, обнажая белые жемчужины зубов. Кожа с бронзовым отливом, высокие скулы, тень на щеках от длинных ресниц — это лицо по красоте легко могло бы соперничать с красотой женщин-сапфиров.

Взгляд Амира скользнул ниже. Под прозрачной тканью ночного платья от мерного дыхания поднималась и опускалась маленькая грудь с темными упругими навершиями. Живот и бедра были укрыты покрывалом с золотой вышивкой, а снизу из-под него выглядывали маленькие голые ступни.

— Ты слишком юна, императрица, — вернувшись взглядом к лицу спящей, произнес Амир. — И слишком беззащитна…

* * *

Императрица проснулась, сквозь сон почувствовав чужое присутствие. Стоило лишь векам разомкнуться, как взгляд ее встретился с чьим-то взглядом. Миг — и она осознала, что смотрит в глаза цвета изумрудов.

Она лишь успела заглотнуть воздух, собираясь закричать, как сильная ладонь зажала ей рот.

Императрица боялась вырываться. Сон окончательно сошел с нее, хватило мгновения, чтобы понять, что происходит. В ее спальне, на ее ложе, был мужчина. Чужак. Не канриец — зеленые глаза и чужеземные черты ей говорили об этом ясно.

Мужчина прижимал ее к постели своим телом.

Отняв ладонь от ее рта, он оперся рукой о подушки над головой императрицы.

В этот раз она решила не делать