Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

Чуть подавшись вперед, Амир увидел, как этот человек вошел в покои императрицы, а слуги затворили за ним двери.

— Я просила никого не пускать ко мне в покои, — сказала императрица, отводя взгляд, как будто от недовольства.

— Еще раз прошу простить меня, императрица, — сказал старик, украдкой оглядываясь вокруг.

Он не замечал, что императрица прячет от него глаза, а она не видела, что он втайне от нее изучает покои. Но Амир видел все.

— Моя императрица, — с коротким наклоном головы произнес старик, — мне доложили, что со вчерашней ночи вы заперлись в своих покоях, сказав слугам, что вам нездоровится. Вам известно, что орден Сон-Лин-Си всегда был вашей опорой, а я, как магистр ордена, — тот человек, которому вы можете довериться. Откройтесь мне или развейте мои тревоги: не случилось ли так — и пусть все мои страхи окажутся беспочвенны, — что вы заметили у себя признаки недуга, когда-то одолевшего вашу мать?

Императрица молчала, по-прежнему пряча глаза. Амир был уверен: она размышляет, не воспользоваться ли ей появлением магистра, чтобы выдать его. Пытается предугадать, насколько это опасно для нее, для магистра, для всех, кто живет во дворце, и даже для жителей Мин-Лан-Ки. Ведь если дракон примет свой истинный облик, он легко может разрушить в одиночку весь дворец или поджечь город драконьим пламенем.

Выждав, но не получив ответа, магистр продолжил:

— Вы не оставили подле себя ни одной служанки, моя императрица, это тревожит меня сильнее прочего. Известно, что недуг вашей матери был заразен, и с того момента, как это было обнаружено, к ней не пускали даже слуг. Но и тогда она не оставалась одна. Вы ведь знаете, что маги ордена Сон-Лин-Си не так подвержены заразным хворям, как простые люди. Одно ваше слово — и я дам распоряжение, чтобы кто-то из магов…

— Не нужно! — резко ответила императрица и после ненадолго зависшей в ее покоях паузы добавила: — Мое плохое самочувствие никак не связано с недугом моей матери, магистр. Мне нужен покой — я уверена, это излечит меня скорее, чем магия. Не беспокойтесь, никаких признаков того недуга у меня нет.

Старик протяжно выдохнул.

— Ваши слова немного уняли мою тревогу, моя императрица. Но позвольте мне, старику, который знает вас с вашего появления на свет, хоть иногда наведываться к вам, чтобы справляться о вашем здоровье.

— Конечно, магистр, — ответила императрица. — Я знаю, как сильна ваша преданность Кан-Ри и ее правителям. С моей стороны было бы неблагодарностью заставлять вас тревожиться, когда для этого совсем нет причин.

— Что ж, — сказал старик, — в таком случае, я более не стану утомлять вас, моя императрица. Покидаю вас с пожеланиями скорейшего выздоровления.

Амир видел, что старик двинулся к выходу, но в этот момент императрица остановила его:

— Магистр! — Он обернулся, а императрица, словно отдавая дань простой вежливости, полюбопытствовала: — Все ли хорошо сейчас в ордене? Как вы прежде заметили, орден является опорой и для Кан-Ри, и для ее императрицы, поэтому мне хотелось бы убедиться, что никаких сложностей на данный момент вы не испытываете.

Старик ответил не сразу, словно вопрос озадачил его, но все же сказал:

— Не тревожьтесь, моя императрица. У ордена уже долгое время не возникало никаких трудностей. И как магистр, я прослежу, чтобы так было и впредь.

* * *

Сначала у Амира была простая цель: наказать канрийцев за их дерзость, за то, что посмели покуситься на его свободу и даже больше — на его жизнь. В Клане Драконов давно знали, что в плену у ордена драконы рано или поздно умирали.

Уничтожить весь орден было не в его силах, но отнять жизнь у той, кому служат канрийские маги — это было для него легко. Именно для этого он и проник в покои императрицы.

Однако увидев ее, Амир решил, что отнять эту жизнь он успеет в любой момент. Ее красота, ее тело, которое так беззастенчиво отзывалось на его страсть, попирая гордость своей хозяйки, словно вынуждали его повременить. Он хотел поиграть с ней, прежде чем в его руках она сделает свой последний вздох.

Смерть императрицы, не успевшей родить детей, способных наследовать ее титул — это будет хорошим наказанием для канрийских магов.

Но, находясь в ее покоях, Амир услышал и увидел достаточно любопытных вещей, чтобы это изменило его планы.

— О чем ты задумалась, императрица? — спросил он, прислонившись плечом к столбцу кровати с балдахином.

Не поднимая на него глаз, она ответила:

— О том, почему магистр не рассказал мне о твоем побеге.

Амир хмыкнул.

— Они все еще надеются меня поймать. — Он помолчал, потом добавил: — Похоже, орден Сон-Лин-Си действует на свое усмотрение, раз уж твои маги не посчитали нужным доложить тебе о своей неудаче. Уверена ли ты, что они действительно преданы тебе? Может быть, они уже давно преследуют свои собственные цели, а тебя лишь используют, чтобы прикрываться твоим влиянием?

Императрица с мрачным видом скосила взгляд в его сторону, но на него самого так и не посмотрела.

Амир подошел и сел на кровать. Протянул руку и пропустил сквозь пальцы прядь черных шелковых волос.

— Когда твою мать постиг неизлечимый недуг, маги ордена ничем ведь не смогли ей помочь, верно? — спокойно спросил он.

— Что ты хочешь сказать?

— Тебе известно, что женщина, которая помогла взять меня в плен, принадлежит к Клану Сапфиров? Слышала о нем?

Раскосые глаза императрицы посмотрели на него с интересом.

— Этот клан вымер, — сказала она.

Рука Амира переместилась ниже и распахнула полы запахивающегося платья, обнажив тонкие ноги с бронзовой кожей.

— Клан вымер, — подтвердил Амир, — но время от времени потомки Сапфиров рождаются среди простых людей. Эта женщина — единственный Сапфир в мире. Ты знаешь, какой магией обладал этот клан?

Когда его пальцы заскользили по обнаженной коже ее ног вверх, императрица учащенно задышала.

— Магией… возрождения? — прерывисто произнесла она.

— Верно, — улыбнулся Амир, оторвав взгляд от соблазнительных округлостей ее