Обгоняя время - Дмитрий Валерьевич Иванов

— А кота с кем оставите⁈ — взвилась та, уже отойдя от шока, и схватилась за Васеньку, будто это её последняя опора в мире.

— Кота, говоришь? — Карпухин на мгновение застыл, словно обдумывая сложившуюся дилемму. — Ну, придётся оставить его дома одного. Котам в камере не место.

— Васенька один не может! — зашлась Елена. — Он страдает! Без меня пропадёт!

Кот, судя по его ленивому виду, явно считал иначе.

— Я могу взять, — предложил сосед многострадальной семейной четы уже почти трезвым голосом.

— Тебе я не доверю! — резко отмахнулась Елена, бросив на него суровый взгляд. — Молодой человек, возьмите котика на время! Сашенька выйдет, заберёт. У вас глаза добрые!

Я даже растерялся на мгновение от такой оценки. Васька тем временем, как будто специально для усиления эффекта, подошел ко мне и начал тереться о мой тапок, как заправский манипулятор.

А скотина участковый, забыв, что я его будущий да и нынешний благодетель, поддакнул:

— Да, Анатолий, кота бросать не следует!

— Вот вы сами и возьмите. А у меня частые командировки. Не могу я взять, — решительно отказал я и ехидно спросил женщину: — У вас что, подруг нет?

— Подруги⁈ Да о чем вы говорите! — вспыхнула она, обиженно вздернув подбородок. — С моим кобелём только подруг и заводить!

Кота мне всё-таки всучили под обещания забрать «как только, то сразу». И я взял, ведь участковый укатил вместе с прибывшей на вызов опергруппой. Но помимо этой пушистой проблемы нарисовалась ещё одна: порезанный приревновавшей женой Саня был владельцем кооператива, который выпускал изделия из дерева и картона, а именно: разные детские книжки, лото и… игру «Монополия»! Оказывается есть уже такая, вот только называется по другому: «НЭП». Я помню, в универе после армии играл в нечто похожее. Так вот, потерпевший упросил меня заехать к нему в цех и сообщить, что все работники отправляются в неоплаченный отпуск на неопределенный срок!

— У нас ещё товара много скопилось на складе, его бы распихать… Не поможете? За часть прибыли, конечно, — Саня, бледный, но уже с огоньком в глазах, смотрит на меня как на спасителя.

— Я могу распихать, — опять лезет «помогатор».

— Не надо, — скривился кооператор и точно не из-за боли.

— Самому некогда, но отправлю человека, — обещаю я мужику.

Квартиру опечатали, а я, сидя у себя на кухне, бодался взглядами с усатым сожителем. Из вещей у него только коробка с песком, хотя хозяйка уверяла, что эта хвостатая тварь прекрасно ходит на унитаз. Еды никакой кошачей у меня нет, но есть кусок мороженой семги, и разные мясные деликатесы, подогнанные Конем. Кот, явно осознавая свою важность, неторопливо понюхал предложенные угощения, затем с деланным безразличием подцепил кусок семги и, отведав деликатес, выразительно на меня глянул, будто говоря: «Ну что, двуногий, это хоть на что-то похоже».

Утром оставил открытым туалет, налил воды в миску, ну и выложил рядом остатки рыбы. Уже на пороге квартиры, закрывая входную дверь, понял, что, рыбе пришёл конец судя по громкому урчанию. Чем же мне его кормить? Мойвой? Молоком? Вряд ли сейчас в продаже имеется специальный кошачий корм. Ладно, поручу это дело Аньке.

До самых выходных мы с котом жили мирно, да и на работе было тоже всё спокойно. Но вот в пятницу мой усатый сожитель резко изменился: весь день провалялся под диваном, изредка выползая только к миске с водой. Еду он не трогал вообще, а ведь до этого жрал в три горла. Что ж, придется везти животину к ветеринару!

Нашёл я ветеринарку в центре города, да не простую, а кооперативную. Сразу видно — новое время, частная инициатива на подъёме. В небольшой приёмной было тесновато: на лавочке, судя по коробкам и клеткам, кучковались исключительно котовладельцы. Ни тебе собак, ни попугаев, только усатые-полосатые всех мастей.

Зато я встретил здесь Аркашу Славнова с какой-то девочкой. В руках у них был котик. Не чета моему бандиту, а ладный, породистый, с белой шерсткой и царственным выражением лица.

— Какими судьбами? — радуюсь я и знакомлюсь с пятилетней Соней, которая оказалась дочкой знакомой Аркашиной мамы.

— Вот, кастрировать кота решили, — печально произнес мой друг, очевидно, остро воспринимая эту процедуру из мужской солидарности с котом.

При слове «кастрировать», даже мой больной и безучастный ко всему бандит встрепенулся и выпустил когти. Зараза!

— Следующий! — из кабинета ветеринара вышел хомяк с парнем… Тьфу ты, конечно же, парень с хомяком в клетке.

Пока шел прием, мы с приятелем успели переговорить о своих общих делах. Встретил я Аркадия очень кстати, ведь именно ему я и поручил заняться кооперативом, временно оставшимся без хозяина.

— Весь товар, что был на складе, сдал, цех запер, сотрудники в отпуске, — отчитался коммерс.

— Мужик обещал часть прибыли, — вспомнил я.

— Я ведь не по его цене продавал…, — хитро подмигнул мне Аркаша. — На два умножил! Так что мне и этого хватит.

— Неужели такой спрос? — удивился я.

Ответить Аркадий не успел: подошла очередь их котику лишаться самого дорого. Впрочем, породистый идиот пока об этом не догадывался.

— Подлечили мы вашего красавца, — польстил моему коту ветеринар. — Вы его чем кормите?

— А что было-то? — спросил я, глядя на дрыхнущего после наркоза Ваську.

— Заворот кишок был. Он хорошо у вас кушает?

— Да бл…, да ох… отлично он ест!

— Надо ему диету соблюдать… Вот тут я написал рекомендации. И… с вас десять рублей.

«Дорого? Возможно, но кому охота в чужом дерьме бесплатно копаться?» — философски размышлял я по пути домой.

А в субботу я удачно избавился от своей обузы. Пришла в гости Ленка и, увидев у меня прибавление в семействе, сразу решила, что такой мурчащий и ласковый кот ей срочно