Звездные часы и драма «Известий» - Василий Захарько

Так же десятилетиями существовал и очень многое сделал для расцвета «Известий» отдел морали и права. По мере ухода газеты от моральной проблематики его ликвидировали, а жизнь показала, что напрасно при этом отказались и от важнейшей в жизни общества правовой темы. Все в том же 93-м создается отдел права в составе четырех человек, его редактором назначается Леонид Никитинский из большой команды, покинувшей «Комсомольскую правду». Возникал вопрос и о возможном приглашении других членов этой команды, почти вся она как-то побывала у нас в редакции, но первые переговоры не получили продолжения. Молодые журналисты предпочли собственное дело — создали «Новую газету». Никитинский — профессиональный юрист, кандидат наук, и с его приходом к нам проблемы права получили компетентное отражение в «Известиях».

По-другому, драматически складывается история уже третьего в этом году нового отдела. В середине сентября корреспондент социально-экономической редакции Ирина Демченко обращается к главному редактору с письмом, назвав его: «Официальная бумага». Поскольку бумага не личная, а «официальная», часть ее процитирую:

Дорогой Игорь Несторович!

Я предлагаю создать отдел, который, к сожалению, по назывной тематике совпадает с двумя уже существующими редакциями: социально-экономической и политической. С другой стороны, то, что предлагаю сделать я, они еще не делают и почти (за исключением случайного самотека) не пытаются сделать…

Я предлагаю создать отдел политического и экономического анализа и прогнозирования, имея в виду, что он освоит полосу «Анализ и прогноз», которая пока наполняется зачастую случайными материалами. Сама ее идея хорошая, жалко отказываться. Давайте лучше сделаем ее как надо. Но на самом деле функции того отдела, как я их вижу, будут шире. Вот что, на мой взгляд, должно в них входить…

Дальше говорится, что это будет сбор досье: на политиков первого и второго эшелонов; на бизнесменов, особенно тяготеющих к финансированию политики и средств массовой информации; на политические партии, движения, течения; на частные и частно-государственные структуры, работающие в области политики и экономики и пригодные в качестве платформы для начала предвыборной борьбы. Постоянное отслеживание оперативной и базовой социально-экономической и политической ситуации в регионах, ведение специальных досье по регионам России…

О многом другом, интересном и сумбурном, шла речь еще на пяти страницах бумаги, заканчиваясь фразой: «Пожалуйста, разрешите мне все это попробовать». Главный редактор предлагает Демченко написать короткую служебную записку в правление АО. Записку он получает 20 сентября (оригинал я видел в архивах). И уже на следующий день, без какой-либо даже короткой информации для редколлегии, не говоря о специальном разговоре, обсуждении, подписывает решение правления № 21, состоящее из двух пунктов:

1. Организовать в составе социально-экономической редакции газеты «Известия» аналитический отдел и ввести в штат редакции газеты следующие должности:

— редактор отдела с окладом 160 000 рублей в месяц;

— 4 корреспондента с окладом 65 000–90 000 рублей в месяц;

— технический секретарь с окладом 50 000 рублей в месяц.

2. Назначить Демченко И. Г. редактором аналитического отдела с 21 сентября 1993 г., освободив от обязанностей корреспондента социально-экономического отдела, оклад 160 000 (сто шестьдесят) рублей в месяц.

Президент АО «Известия» И. Голембиовский

Трудно говорить с полной уверенностью, но, похоже, что в истории газеты не было другого отдела, который прожил бы меньше этого. Спустя всего лишь пятьдесят дней, 11 ноября вышло решение правления № 42, также состоящее из двух пунктов:

1. Упразднить в штате редакции газеты «Известия» аналитический отдел.

2. В связи с упразднением аналитического отдела освободить Демченко И. Г. от обязанностей редактора этого отдела и назначить ее обозревателем социально-экономической редакции «Известий» с окладом 180 000 (сто восемьдесят тысяч) рублей в месяц с 11 ноября 1993 г.

Президент АО «Известия» И. Голембиовский

Это был по-своему мужественный поступок Игоря — признать перед всей редакцией свое совершенно необдуманное решение, невозможное для быстрой качественной реализации в практику газеты. Утешением для Иры и своеобразной благодарностью за ее творческий порыв стала прибавка к зарплате: как редактор отдела она имела месячный оклад 160 тысяч рублей, как обозреватель, — на 20 тысяч больше.

Но из этого управленческого урока не было сделано верного вывода. Прошла всего лишь неделя, и Игорь допускает вторую, еще большую ошибку, связанную уже не только с кадровой политикой, но и с перспективой развития газеты. Не вынося вопрос на обсуждение редколлегии, 18 ноября он подписывает решение о создании нового отдела «Известия-ТВ», утверждает его штатное расписание численностью в десять человек и в этот же день назначает на все десять открывшихся должностей конкретных работников — команду пишущих о телевидении журналистов во главе с известным телекритиком Лидией Польской. О том, что это за отдел, уместнее будет рассказать уже в связи с приказом в следующем, 94-м году — о его закрытии и увольнении сразу всех десяти сотрудников.

Еще о некоторых кадровых решениях 93-го года.

Навсегда выехал в США мой первый зам Юра Макаров, талантливый, остроумный человек, контактный и приятный в общении. Начало его американской жизни сложилось благополучно, продолжение тоже было неплохим. В секретариате его заменил Алексей Ивкин, перешедший к нам пару лет назад из «Правды», от которой был собкором в Австралии. До этого работал в «Комсомольской правде». Работником он оказался толковым, но почему-то его недолюбливал Голембиовский, и мне приходилось не однажды ему доказывать, что Леша не зря получает зарплату.

На три месяца отправился в США собкор по Грузии Бесик Уригашвили. Это было время острейшего военного конфликта между Грузией и Абхазией, и никто в редакции не понимал, почему именно в такой момент надолго покидает зону войны корреспондент «Известий». Не сняла этого вопроса и формулировка в приказе:

Командировать Уригашвили Б. О. в США по приглашению журнала «Бюллетень ученых-атомщиков» с целью прохождения журналистской практики по программе военных и наукоемких технологий, вопросов разоружения и конверсии. Срок командировки с 1 октября 1993 года по 1 января 1994 года. Все расходы на время пребывания в США за счет принимающей стороны, включая проезд. Сохранить за Уригашвили Б. О. пребывание в занимаемой должности в редакции с получаемым им окладом.

Случись такая командировка спустя десять-пятнадцать лет, когда Грузия уже не мыслила себя без американского вооружения, еще можно было бы подозревать, что истинной причиной поездки Уригашвили за океан являлись интересы тбилисского генералитета. Но тогда надо было бы считать Голембиовского агентом грузинского влияния, если он оставил зарплату Уригашвили за все три месяца его отсутствия на рабочем месте. Ну а что на самом деле стояло за приведенной формулировкой 93-го года, осталось неизвестным. Все те три месяца газета печатала репортажи внештатных грузинских журналистов.

В этом же 93-м году покинули Пушкинскую площадь двое наших спецкоров, оставивших своими материалами заметный след на страницах «Известий» — Ира Круглянская (Коновалова) и Слава Щепоткин. Ира многие годы проработала в отделе, который был ближе всех к реальной жизни — в отделе писем, куда огромным потоком со всей страны шли короткие и длинные, грамотные и со многими ошибками послания советских граждан. Попадались письма и о чем-то нормальном, даже радостном, но основу всесоюзной почты составляли просьбы помочь — выбиться из нищеты, защитить от чиновничества, добиться справедливости. Для Круглянской письмо было лишь поводом, дальше шла серьезная корреспондентская работа, результатом которой всегда становилось мощное выступление газеты в защиту человека, здравого смысла. Большое звучание получили в годы перестройки статьи Иры, направленные на поддержку умных, инициативных людей, ломающих советские догмы.

Смелостью и политической остротой отличались многие публикации Славы Щепоткина, посвященные проблемам демократизации и межнациональных отношений в стране.

С горечью и скорбью приходится отмечать, что 93-й оказался последним в жизни слишком многих известинцев разных поколений. Черные рамки некрологов вобрали в себя имена людей, навсегда оставшихся в истории газеты. Вот эти имена: Алексей Аджубей, Александр Плющ, Олег Васильев, Александр Фролов, Семен Руденко, Николай Поллак-Полянов, Евгения Манучарова, Владимир Кудрявцев, Владимир Вукович, Мария Величко, Борис Бакун, Геннадий Комраков, Василий Тарасов, Николай Бакланов…