Искушение. Мой непокорный пленник - Виктория Виноградова

улизнула, пока мой хороший не догадался, что я едва стою на ногах. Все-таки и то, что я побывала внутри дома, и общая усталость сказывались на организме. Но если мне так плохо, каково Маркусу, который провел в горящем доме несколько часов?

Позвала Или-Тау и Вира. Девчонке дала задание смазать заживляющей мазью спину, ногу, освежить повязки и подготовить настойку, которая должна притупить боль, а Виру — принести воду и горячий мясной суп.

Надо было и самой поесть. А то свалюсь, чего доброго, хороша тогда из меня будет нянька. Но вместо обеда я была вынуждена исполнить роль хозяйки дома: сначала ко мне в гости пришла с визитом жена верховного судьи. Она все-таки решила купить Или-Тау. Я упросила дать мне несколько часов, чтобы вейтанка закончила лечебные мази для Маркуса. Гостья понимающе кивнула и сказала, что пошлет за ней рабов ближе к вечеру.

Буквально следом ко мне заглянула Эльриния. Первым делом ее волновало состояние Маркуса. Она слышала, что раб остался жив, но хотела лично проведать арамерца. И лишь заглянув к Маркусу и выразив благодарность за спасение, попросила показать ей Дилизия.

Секретарь побеседовала с мальчишкой, задала несколько общих вопросов о происхождении, умениях, оглядела со всех сторон и сообщила, что раб ее устраивает. Еще бы не устраивал. За то время, что паренек находился у меня на воспитании, он не только научился контролировать поток ругательств и стал изъясняться более благопристойно, но еще и уяснил как лучше подавать себя, чтобы производить неизгладимое впечатление на дам. Обучился делать галантные комплименты, бросать томные взгляды из-под ресниц, и демонстрировать обольстительные улыбки не столь нарочито, как это было в первые дни.

В итоге из болтливого недоразумения вышел очаровательный раб, полностью отвечавший современным веяниям. Хороший мальчонка. Уверена, в доме Эльринии ему понравится.

Пока суть да дело, мы успели немного пообщаться с гостьей о вчерашнем происшествии. Я рассказала, как мы спасли Милению, Маркуса и Юлиса. А секретарша в ответ поведала, что в городе произошла беда. Из-за землетрясения разрушились дома в восточных районах города. Много людей остались без жилья. В том числе не устояли оборонительная крепость и часть стен. Из-за этого обстановка в городе была неспокойная. Гостья сетовала, что с трудом смогла добраться до моего дома из-за количества людей, заполонивших улицы.

После чего, понизив голос, предупредила:

— Я тебе сейчас кое-что расскажу, но сначала давай договоримся, что ты не станешь ни с кем болтать об этом. Хорошо?

Я согласно кивнула, даже не представляя, что могло произойти, раз это настолько секретная информация.

— В ближайшие недели нас всех ждут большие проблемы. Наша армия, — тут Эльриния перешла на шепот, — отступает. Арамерские войска добрались до наших земель. Вскоре им станет известно, что восточная крепость разрушена.

— И они придут к нашим воротам? — догадалась я.

— Вот именно. Ожидается долгая осада. Скорее всего будут проблемы с продовольствием. Так что, пока есть возможность, прикупи еды и охраны.

— Все настолько плохо?

— Ну а как ты думаешь? — Эльриния посмотрела на меня как на неразумное дитя. — Император обещал прислать подкрепление, но пока они доберутся до нашего города, арамерцы могут успеть захватить его. Так что покупай еду, охрану, бери своего раба и двигайся на запад, к столице, пока еще можешь это сделать.

Да уж, если даже секретарь градоправителя советует бежать из города, видимо ситуация у нашей армии катастрофическая. Сходили, называется, на соседей. И ведь в начале войны все как один считали, что победить арамерцев — плевое дело. Куда им тягаться с нашими солдатами?

Я вспомнила, как еще недавно сама доказывала Маркусу, что арамерцам не победить савенийцев. А теперь мы будем вынуждены защищаться. Выходит, мой брюнет все это время был прав, говоря, что победа будет за его родиной.

Поблагодарив Эльринию за ценный совет и получив оплату за Дилизия, я помогла воспитаннику собраться. Попрощалась с ним. Мальчишка так расчувствовался, что напоследок обнял меня, назвав львицей-тигрицей, пожелал нам с Маркусом счастья и покинул дом.

У нас заканчивалась еда. Я оставила Вира следить за Маркусом, а сама решила сходить на рынок. Может и зря, в моем-то состоянии. С другой стороны, лекарь сам велел почаще бывать на свежем воздухе. К тому же, мне хотелось своими глазами увидеть, что случилось с городом после землетрясения. А заодно поспрашивать на чем можно будет уехать из этого места и, возможно, прикупить лошадей и повозку.

Еще бы придумать, что делать с домом. Жалко будет бросать его без хозяев. У меня все-таки оставалась крохотная надежда, что тетка жива и когда-нибудь вернется. С другой стороны, продать дом я не могла. Если только кому-то передать на временное проживание? Только кому? Кто захочет взять на себя ответственность за чужое жилье?

Город и впрямь было не узнать. Над восточными холмами, где теснились дома простых горожан и особняки местной знати, поднимался темный дым. Там до сих пор бушевали пожары. Даже издалека было видно, что большинство зданий превратились в груды камней. По улицам ходили стражники, пытаясь навести порядок. Вокруг гомонили прохожие, обсуждая ночные события.

Центр города пострадал гораздо меньше, но и здесь были видны следы землетрясения: где-то осыпалась черепица, где-то треснула стена дома. То и дело я натыкалась на осколки разбитых горшков и вздыбленную мостовую.

На рынке поспрашивала расценки на лошадей, прикупила провизию. Много не брала, решив, что позже отправлю Вира закупиться более основательно. Взяла столько, чтобы было чем кормить больного. Лекарь посоветовал готовить для Маркуса мясные бульоны.

Когда вернулась домой, выяснилось, что Или-Тау уже забрали. Жаль. Я, конечно, успела предупредить девчонку и символически попрощаться, но думала, что смогу еще раз увидеть ее до отъезда. Надеюсь, ей понравится новая хозяйка и жизнь Или-Тау сложится благополучно.

Маркус начал восстанавливаться. Он уже мог довольно бодро разговаривать и даже ругаться. Ворчал он потому, что пока меня не было дома, заходила Миления. Не застав меня, она зашла пообщаться с Маркусом. Передала ему корзину фруктов, несколько бутылок хорошего вина, поблагодарила за спасение и заодно рассказала, что случилось после того, как мой брюнет потерял сознание.

— Уважаемая Фелисия, — Маркус скрестил руки на груди, лежа в постели, — потрудитесь объяснить, какого Рамона вы полезли в обрушившийся дом?

— Правильнее сказать не «какого», а «ради какого», — улыбнулась я, глядя на его насупленное выражение лица.

Меня радовало, что мой ворчун чувствовал себя гораздо лучше.

— Ты хоть понимаешь, что могла там погибнуть? И куда ты ушла? Тебе лекарь что сказал? Соблюдать постельный режим.

— Да все со мной в порядке.