Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

в спальной зоне три огромные сумки. Только одну из них я идентифицировала как свою. На других переливались зеленые сердечки и блестки.

– В любом случае у нас получилось убедить родителей, что за Ари просто охотились несколько като. И благодаря моему грандиозному актерскому таланту они не настаивали на том, чтобы оставить Ари у нас. Вы же знаете, – вдруг всхлипнула она, – что опасность очень велика, а я не хочу потерять свою семью и дом, – она поаплодировала сама себе и невозмутимо продолжила: – Они согласились, чтобы Ари осталась здесь, в убежище, пока рядом находится кто-нибудь из Плеяды. Прости, Люциан, тебе они не особенно доверяют.

– Не они одни, – огрызнулся Люциан.

Лиззи наморщила лоб. Вся ее воодушевленность испарилась в один миг.

– О, – выдохнула она. – Я оторвала вас от чего-то важного?

– Нет, нет. Важным это определенно не было, – пробурчал он и принялся собирать пустые тарелки.

– Ну, окееей, – она посмотрела на меня, приподняв брови, но тут я и сама не могла ей помочь. Я тоже не знала, что на него нашло. Пришлось просто пожать плечами. Она отреагировала своим типичным взглядом под названием «Поговорим об этом позже». Отлично, пусть становится в очередь.

– Пойдем, Аарон. Я подброшу тебя домой. Мои родители хотят удостовериться, что с тобой все в порядке. Райан останется здесь на ночь вместо тебя, – сообщила она рыжеволосому охотнику, который со стоном поднялся с дивана. Он явно предпочел бы столкнуться с еще одной компанией като, чем подвергнуться материнской инспекции миссис Росси. Райан тоже не светился энтузиазмом. Он всё еще обижался, что мы с Люцианом обвели его вокруг пальца в «Корице». Только Тоби был спокоен и занялся мытьем посуды. То, что он так мешает сердитому Люциану, его совершенно не трогало.

Ночь обещала быть восхитительной.

Я сидела в лимузине и смогла только закатить глаза. Опять эти сны! Напротив меня тихонько пристроился Викториус. Сейчас он был одет в кремово-белый двубортный костюм с красным нагрудным платочком.

– Ты знаешь, что мне придется стереть твои воспоминания об этом вечере?

Я испуганно повернулась. В темноте тонированных стекол я совсем не заметила, что рядом со мной сидел Джирон. Викториус покорно склонил голову, хотя я заметила мятежный блеск в его глазах. Когда дверь открыли снаружи, отмеченный соскользнул с сиденья. Джирон последовал за ним, как и я. Возможно, мне удастся собрать важные сведения.

Мы находились на подземной парковке, и симпатичная брюнетка в шафраново-желтой униформе проводила нас к лифту. Внутри девушка вытащила свой пропуск, приложила его к считывающему устройству и ввела код безопасности. Двери лифта сразу же закрылись. На дисплее, где должны были отсчитываться этажи, мелькали странные цифры и числа, которые на первый взгляд были никак между собой не связаны. Поездка длилась меньше минуты, и, хотя мой разум говорил, что из подземной парковки мы должны были ехать наверх, мои инстинкты придерживались противоположного мнения.

Звякнув, двери разъехались. Женщина повела нас через футуристическое лобби. На стене большими светящимися буквами было написано: «Корпорация «Омега»». Мы миновали стойку регистрации, несколько закрытых дверей и наконец оказались в стерильном офисе.

– Мистер Харрис сейчас подойдет к вам, – сотрудница произнесла стандартную фразу и оставила нас одних. Абстрактная лампа освещала голую поверхность письменного стола. Всего одна орхидея стояла на нем в горшке из нержавеющей стали, как будто сидела на троне. Перед столом стояли два кресла без подлокотников.

– Что-то новенькое, – пробормотал Викториус, кивком головы указав на стену за письменным столом. – Когда это Харрис превратился в семьянина?

Я проследила за взглядом Викториуса и испугалась. Там висела огромная, напечатанная на холсте моя фотография с приемным отцом. Я все еще могла вспомнить, как она была снята: на празднике в честь открытия нового главного офиса «Омеги» дата выпадала на мой восьмой день рождения. Он нарядил меня в темно-синее платье с кошмарным воротничком-матроской, уверяя, что это будет лучшая вечеринка в честь дня рождения, которая у меня когда-либо была. Это было ужасно, но, к сожалению, он оказался прав.

На узенькой полочке чуть ниже были и другие фото из моего детства. Я могла с долей уверенности сказать, что ни к одной из этих фотографий отчим не имел прямого отношения. Он наверняка взял их у мамы. По-другому я это объяснить не могла. Между фотографиями стояла опечатанная урна из черного камня. Она мне о чем-то напомнила.

– Как хорошо, что вы уже устроились, господа.

От голоса отчима у меня кровь застыла в жилах. Я не была уверена, что смогу выдержать его взгляд. Мне хватило и фотографии. Я перевела дыхание и медленно повернулась. Передо мной стоял…

…Райан, только помладше. Без татуировок, пирсинга и ирокеза. Его глаза наполнились слезами. Тем не менее он, не отрываясь, смотрел на два деревянных гроба, выставленных перед ним. На стульях в маленькой церкви не было ни украшений, ни людей. Несколько минут ничего не происходило. Только тихие рыдания Райана отражались от стен. У меня разрывалось сердце. Я бы так хотела его утешить, но понимала, что просто нахожусь в одном из его воспоминаний. Нужно было уйти отсюда. Я попыталась убежать. Дверь церкви подалась вперед, когда я толкнула ее рукой, и я выпала…

…в больницу. Аарон, скорчившись, сидел на стуле. Он опирался на колени и буравил глазами пол.

«О, нет. Только не снова».

В зал ожидания вошел врач.

– Мистер Эган?

Аарон поднял голову:

– Да?

– Мне очень жаль, но я вынужден сообщить вам, что ваш брат не выжил. Слишком сильные повреждения. Если хотите, вы можете его увидеть. Но учитывая тяжесть травм, я бы вам не советов…

– Я хочу его увидеть, – в его голосе начисто отсутствовали эмоции.

Врач замешкался, но в конце концов отвел Аарона в операционную. Сон просто повлек меня за собой.

На операционном столе покоилось неподвижное тело, прикрытое белой тканью. Аарон остановился на секунду, после чего решительно откинул простыню. Он не смотрел в лицо парню, лежащему под простыней. Но зато это сделала я, что было большой ошибкой. Он был точно такой же, как Аарон, вплоть до кончиков волос. Близнецы. Его грудная клетка была раскрыта от горла до середины живота. Господи… Я больше не могла это выдержать. Очнись, Ари! Очнись! ОЧНИСЬ!

Глава 21. Звезда, которая никогда не погаснет

– Так плохо? – спросил Люциан. Я распахнула глаза под пронзительно синим небом. Ветер развевал мою одежду, но солнце достаточно пригревало, чтобы это ощущалось комфортно. Ну, и где я на этот раз приземлилась?

Брахион вальяжно облокотился на парапет. Очевидно, мы были на крыше какого-то небоскреба. Позади