Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

служит для защиты, ненависть – для нападения. Почему ты себя так сильно ненавидишь, Ари?

«Да уж, почему?»

Я ненавидела себя за то, что была уязвима, потому что боялась быть слабой.

Я ненавидела себя за то, что чувствовала что-то к Люциану, потому что боялась, что мне будет больно.

– Вот сейчас мы подходим ближе к делу. Выпусти свой страх. Он – часть тебя. Прими его.

Я сделала глубокий вдох. Мне было больно. Неудивительно, что я всё это запечатала.

«Выпусти его, Ари», – шептал голос Люциана.

И я это сделала. Признаться самой себе в своих страхах – не значит, что ты ничего не стоишь… правда?

И вдруг… это случилось. Как будто щелкнул переключатель. Мое дыхание стало ровнее. Взгляд прояснился. Каждая мышца в моем теле жаждала получить приказ к действию. Меня накрыло невероятное спокойствие. Затишье перед бурей.

Я высвободила из захвата Люциана левую руку и врезала ему локтем по ребрам. Люциан, не ожидавший такой внезапной атаки, отпустил меня. Это дало мне возможность развернуться. Мой кулак рванулся к его лицу. Я не тратила время на мысли о том, могла ли я ему по-настоящему навредить. Внутри меня жила абсолютная и непоколебимая уверенность в том, что это не так. Для этого я слишком хорошо владела своим телом, а он был слишком… бессмертным.

Но Люциан увидел мое движение и пригнулся. Он нанес пару ударов ногами, которые я успешно отразила, и достал свой ациам. Кинжал тут же засветился.

Я вопросительно посмотрела на него:

– Вот так сразу?! А тебе не кажется, что это немножко нечестно?

Он только оскалился:

– Ты думаешь? Тогда иди сюда и отними его!

Мне не нужно было повторять дважды. Во мне проснулось честолюбие. Я бросилась на Люциана. Он отклонился. Тем не менее я успела это заметить и попыталась ударить его прямо в лицо. Но Люциан не впечатлился и даже не потерял равновесие. Он поднырнул под моей рукой в последующем ударе и схватил меня за запястье. Плавным движением он меня крутанул, и в результате я оказалась зажата между своей же рукой и его грудью. Ациам покоился на моей шее.

– Достаточно? – подколол он. Его голос звучал более хрипло, чем обычно. Я упрямо ухватилась за его руку и швырнула Люциана через плечо. Мне удалось нанести еще два удара в лицо, прежде чем он гибко поднялся на ноги. Глаза его сверкали в пылу драки. Он дотронулся до своих губ и… удивленно поднял бровь. На пальцах была кровь.

– Кажется, кто-то тут определенно хочет мне присниться, – тихо засмеялся он.

Я смерила его самым мрачным своим взглядом и прокрутила в руке ациам. Его я уже отобрала. Гравировка снова засветилась. Слабее, чем в руке Люциана, но всё же… я действительно была наполовину брахионом.

– Кажется, кто-то тут определенно хочет, чтобы я прочитала ему лекцию, – не осталась я в долгу.

– Жду не дождусь, – заверил он со слишком большим предвкушением в голосе. Как ни странно, это чувство я с ним разделяла. Я снова перешла в нападение. Удар за ударом, шаг за шагом он отбивал мои выпады, при этом сам ни разу не ударил, что приводило меня в бешенство. Он что, думает, я сахарная? Я давала ему больше пространства, давала шансы на точные удары, но он ни разу ими не воспользовался. Вместо этого он постоянно держался на таком расстоянии, чтобы я не достала до него клинком, и не переставал меня дразнить.

– Уже устала? Можем продолжить в постели.

«Что?! Кем он себя возомнил?» Вне себя от ярости, я прикладывала все усилия, чтобы уложить его на лопатки. Вот только Люциан просчитывал все мои маневры наперед. Когда я выбросила руку с ациамом, целясь ему в сердце, он сделал шаг в мою сторону, развернулся и обезоружил меня. Кинжал со звоном упал на паркет. А чуть погодя за ним последовала и я. Люциан навалился на меня. Я попыталась откатиться. Он оказался проворней. Мои руки он прижал к полу у меня над головой, своим весом мешая мне освободиться.

Тяжело дыша, я сдалась.

– Это было хорошо, – похвалил он, но меня не отпустил. Блеск его глаз больше не был воинственным. Сейчас в нем появилось какое-то другое, не менее сильное чувство. Наши лица были едва ли в сантиметре друг от друга. Его взгляд скользил по моему лицу, ненадолго задержавшись на моих губах, чтобы затем вновь найти мои глаза.

«Попроси меня поцеловать тебя», – мысленно требовал Люциан. Мне понадобилась секунда, чтобы осознать, что его слова прозвучали не в моей фантазии. Что он там себе надумал? Что он один раз продемонстрирует мне, какой он крутой боец, и я маслом растекусь в его руках?

– Этого тебе придется долго ждать, – процедила я.

Губы Люциана изогнулись в невыносимо привлекательной улыбке.

«Я – бессмертный, Ари. У меня достаточно времени».

От моих обезумевших гормонов меня спасло покашливание в стороне.

– Скажи мне, что это не имеет отношения к тренировке, и я с превеликим удовольствием разрежу за тебя этого демона, – проворчал Райан. Он и Гидеон стояли, нагруженные пакетами, сумками и чемоданами, перед входом в убежище. Только представив себе, как мы выглядели со стороны, я густо покраснела. Люциан это заметил и выпустил меня с бесстыдной ухмылочкой. Я быстро вскочила.

– Тренировка. Исключительно тренировка, – пробормотала я.

Чтобы скрыть смущение, я кинулась помогать Райану и Гидеону донести вещи до кухонной стойки. Поставив на место черный транспортировочный кейс, я оказалась в крепких объятиях.

– Хорошо, что с тобой всё в порядке, – выдохнул Гидеон куда-то мне в волосы.

Мне на глаза набежали слезы, с которыми я не могла справиться. Брат Лиззи, который так чтил Плеяду и ее законы, не отвернулся от меня. Я тихо шмыгнула носом. Гидеон тут же отстранил меня, не выпуская из рук.

– С тобой же всё в порядке? – он взволнованно посмотрел на меня. Его взгляд перескочил на Люциана. Он прищурился. Я поторопилась кивнуть. Как бы там ни было, я не хотела, чтобы брат Лиззи переживал. Со вздохом, давшим понять, что он мне не поверил, он снова меня обнял. – Как проходит тренировка? – наконец поинтересовался он.

– Хорошо, – проговорила я.

– Только не говори, что тебе больше понравилось заниматься с ним.

«Ну да, в каком-то роде».

– Нет, конечно. Он высокомерный и действует на нервы. Фактически ничем не отличается от вас, – подшутила я над ним.

– И несмотря на это, успехи она делает со мной, – усмехнулся Люциан. Он в это время убирал покупки Гидеона в холодильник. Я округлила глаза, просигнализировав, каким неуместным и излишним считала его комментарий.

– Завалить ее ты называешь успехами? – крикнул Райан с дивана.