Зуб дракона - Н. Уилсон

Антигона оказалась права. Прыжок вниз был их единственным шансом, притом достаточно призрачным и ненадежным.

— Тигс, ты первая, — решил он. — Постарайся покатиться, когда приземлишься.

Дверь в комнату резко распахнулась, и Сайрус развернулся со стулом в руках, сам не зная, что будет им делать.

Тяжело, но ровно дыша, Нолан закрыл за собой дверь. Его голые руки и белая майка были все в пыли. Глаза смотрели пусто и без выражения. Голос был неожиданно спокоен и суров.

— Макси поднимается вверх по лестнице. Элдридж погибла. Гривз горит. Вы должны прыгать.

Стена содрогнулась, и дверь за ним, сорвав с петель, обвили и поглотили языки белого пламени. Нолана вместе с дверью швырнуло в сторону волной раскаленного воздуха.

Под хруст горящих томов и учебников латыни в комнату шагнул Макси.

Антигона бросилась к окну, но Сайрус дернул ее к себе, на пол, потому что Макси снова начал стрелять. Иссушающий магнезиевый шар, крутясь, вылетел из окна прямо в дерево и взорвался где-то в ветвях.

— Никакого окна в этот раз, — почти игриво сказал Макси, облизнув свои жутковатые сточенные зубы. — Ни за что, ma cherie. Mi florita.

Из-за двери выскочил Нолан и встал между ними. Он шагнул вперед холодно и твердо, загородив собой Сайруса и Антигону.

Вся его запачканная кожа была покрыта напряженными венами, и под взъерошенным затылком из шеи торчал осколок стекла.

— Детки, — проворковал Макси. — У вас есть одна штучка, которую вы очень хотите отдать мне.

По комнате просвистела пуля, и с потолка осыпалась штукатурка. Щедро высыпав через плечо рой белых метеоров, Макси отошел в сторону и оперся спиной о почерневшую стену. Антигона впилась пальцами в руку Сайруса. Она потянула его вверх, и они вместе встали.

— Если вы не отдадите мне ее добровольно, — с напускным равнодушием Макси пожал плечами и продемонстрировал свои зубы, — то случится очень много смертей. Ваш братик, мамочка и, конечно же, вы двое. — Он махнул пистолетом на Нолана. — И этот тоже.

Нолан шагнул к нему. Его голос звучал тихо и спокойно.

— Дерись со мной, Максимилиан. Ты всегда считал, что не можешь умереть? Попробуй, подерись со мной.

Он сжал кулаки. Сайрус заметил слабый отблеск ключей в его правой руке. Между костяшками пальцев чернел зуб дракона.

— Ага… — Макси озадаченно поднял брови, откинул назад волосы и улыбнулся еще шире.

Сайрус смотрел то на его сточенные зубы, то на толстый шрам, кольцом окружающий его шею.

— Ты же змееныш, Никалес, — сказал он. — Самый старый и самый проклятый среди всех воров. Что ж, я избавлю тебя от твоего проклятия.

Не глядя, он просунул руку с пистолетом за дверь, согнул ее и послал очередь из метеоров куда-то вдаль по коридору. Послышались крики. Вопли боли.

Затем он не спеша вытянул длинный, тонкий нож из-за спины.

Нолан сделал еще шаг вперед, собранный, как змея перед броском.

— Я могу убить тебя, Макси. Я стану тем, кто выдернет жизнь из твоего тела, и это окажется так же легко, как сорвать переспелый, изъеденный червяками фрукт.

— Да неужели? — изумился Макси. — Ты что, сильнее Господа Бога, маленький вор?

Нолан бросился к нему. Обгорелые клочки учебника латыни взметнулись вверх и засверкали в воздухе.

Сайрус видел, как Нолан напарывается на кинжал Макси. Он видел, как пистолет Макси поднялся и как рванулся вперед кулак Нолана с зажатым в нем зубом. Пистолет выстрелил слишком рано. Почти скрывшись в клубах пламени, Нолан отлетел в сторону и ударился о стену.

Порыв горячего воздуха прижал Сайруса к земле, за ним закашлялась Антигона. Обожженный, с дымящимися волосами Сайрус кинулся к Нолану. Ключи свисали с его изломанной, повисшей руки, а майка сгорела вместе с кожей на груди и животе.

Макси снова выстрелил в коридор и направился к ним через развалины и осколки.

— Сай!

Сайрус слышал, как за его спиной шагает Макси и пригнулся еще ниже, пытаясь скрыть, что он делает.

Кольцо от ключей было надето на палец Нолана, его сломало и вдавило. Трясясь, как в лихорадке, закусив зубы и прижав ногой запястье Нолана к полу, Сайрус тянул изо всех сил. Костяшка отскочила, и кольцо наконец соскользнуло.

— Отдай их мне. — Макси дернул Сайруса, как куклу, и жестко схватил своей горячей ладонью его за горло, передавливая вены, вгрызаясь ногтями в кожу и плоть. Сайрус попытался изогнуться и вдохнуть, затем услышал, как закричала Антигона, а потом почувствовал, как вдруг стала увеличиваться Патрисия.

Серебряная змея, за секунду ставшая толщиной с его руку, сделала бросок прямо в лицо Макси. Макси изумленно отпустил Сайруса, повалился назад, но успел отразить первый удар. Змея, продолжая увеличиваться в размерах, соскользнула с шеи Сайруса на пол и поползла к Макси. Ростом она уже была ему по грудь и шипела, как монструозная серебристая кобра. Ее изумрудные глаза сверкали гневом. Макси поднял пистолет и выстрелил в нее, но Патрисия кинулась навстречу ему и заглотила метеор.

Ее толстое тело раздулось и засветилось оранжевым, а затем из ее пасти вырвался сноп пламени прямо на руку Макси.

Сердце Сайруса вот-вот готово было выскочить из груди. Он зажал зуб в кулаке. Селам. «Убей меня». Он уже знал, что нужно делать. Пистолет Макси валялся на полу, а сам Макси стоял, упираясь спиной в стену. Одной рукой он держал Патрисию за горло, а она, шипя и плюясь, клыками пыталась зацепить его запястье. Другой рукой он заносил кинжал для удара.

Почувствовав, что мускулы подобрались от полученного адреналина, Сайрус бросился вперед с поднятым кулаком, сосредоточившись на виске Макси. Тот удивленно повернул к нему голову. Сайрус увидел, как нож рассекает воздух. Но не почувствовал, как лезвие касается его головы и слегка режет ухо. Он не услышал сам себя, когда закричал.

Захрустела чья-то кость.

Леденящая, пронизывающая дрожь пробежала вверх по руке Сайруса и больно отдалась в черепе. Он отполз в сторону и сел прямо на пол среди клубов дыма. Патрисия, у которой голова была уже размером с футбольный мяч, тихонько подползла к нему и медленно и осторожно обвила своим огромным телом его талию. Она быстро уменьшалась.

Макси все еще стоял, опершись на стену, безвольно свесив руки вдоль туловища. Ключи и брелоки свисали с зуба, который теперь торчал из его головы, и стали, звякая, тереться о его щеку, когда Макси начал сползать. Его глаза уже не были такими удивленными, как тогда, когда он перевел их на Сайруса.

Он улыбнулся в последний раз.

— Merci… — едва слышно прошелестел он.

Сайрус с трудом поднялся на ноги. Патрисия тем временем уменьшилась до размеров ремня и нашла свой хвост.