Время любви - Ширли Эскапа

— На смертном одре отец умолял ее прийти, чтобы он мог с ней попрощаться, но она не пошла. Предала собственного отца, давшего ей жизнь, кровь которого течет в ее жилах.

Руфус бессильно рухнул на стул.

— Откуда вы все знаете? — слабым голосом спросил он.

— Отчим ее был садовник. Тебе об этом известно?

— Нет.

— А мать — портниха. Хоть это-то ты знаешь?

— Да. — Убитый горем Руфус поднял на деда взгляд. — Но кто вам все это рассказал?

В разговор вступила молчавшая все это время Лючия:

— Я получила анонимное письмо, и твой дедушка был вынужден нанять частного детектива, чтобы проверить факты.

— Так или иначе, — вставил Теодор, — мы не собираемся предъявлять ей обвинение, в полицию тоже заявлять не будем.

Совершенно раздавленный, Руфус обмяк на своем стуле.

— Я хочу, чтобы ты сам разобрался в создавшейся ситуации, сынок, — мягко добавил Теодор. — Если решишь отослать ее домой, скажи, и я велю Картеру быть наготове.

— Спасибо, — механически отозвался Руфус.

Сняв белоснежное платье, Джина аккуратно повесила его на спинку стула. Посмотрела на часики — начало пятого. Странно, спать совсем не хочется, видимо, перевозбудилась.

Чудесный был вечер! Вот только бы ему понравился подарок — небольшая литография двух играющих теннисистов.

Сколько времени она провела, раздумывая, что бы подарить любимому на день рождения, и, как всегда, помогла Мириам. Как она и предполагала, Руфус получил огромное число запонок от Тиффани, ручек с золотыми перьями, несколько одинаковых брелоков для ключей от Картье, поэтому выбор Мириам казался девушке особенно удачным. Сегодня она найдет подходящий момент и подарит Руфусу изящную литографию.

Единственной ночью, которая могла сравниться с сегодняшней, была первая ночь их любви. А ведь именно тогда Кейт решилась прервать беременность…

Джина вытащила из волос шпильки и отправилась в ванную комнату причесаться. Увидев в высоком зеркале свое отражение, она откровенно залюбовалась им: на нее смотрела высокая загорелая девушка в кружевном лифчике и трусиках, по плечам которой струился водопад прекрасных сверкающих волос.

Что-то Руфус задерживается. Идти к нему в спальню, естественно, невозможно — совсем рядом располагаются комнаты бабушки и деда.

Решив воспользоваться кремом, Джина потянулась за своей косметичкой, но, не найдя ее на столе, где видела в последний раз, не удивилась. Кровать была свежезастелена, а в ванной висели чистые полотенца — значит, в комнате прибиралась горничная и положила косметичку в другое место. Завтра надо спросить куда.

В ожидании Руфуса Джина забралась под хрустящие простыни и незаметно для себя заснула.

На следующее утро в восемь часов в дверь постучала Кармелита. Раздвинув шторы, горничная сообщила:

— С вами хочет поговорить господин Руфус. Он ждет в библиотеке.

С этими словами Кармелита поставила поднос с завтраком Джине на колени и направилась к двери.

— Большое спасибо. Кстати, Кармелита, вчера я не могла найти свою косметичку. Она не попадалась вам на глаза?

— Извините, мисс, — натянуто ответила та, — я ее не видела.

Глава 38

Раздосадованная тем, что проспала, Джина откусила от тоста и залпом осушила стакан апельсинового сока, так и не притронувшись к остальной еде.

Теперь надо побыстрее принять душ. Но где же купальная шапочка? Ах да, все в той же косметичке. Ну да не беда, еще раньше она заметила в ванной несколько шапочек. Спрятав волосы, Джина вступила под упругую струю воды и через двенадцать минут после ухода Кармелиты, облачившись в теннисную форму, спустилась вниз.

Едва она появилась в библиотеке, Алек вышел из комнаты и плотно затворил за собой дверь. Полученные инструкции гласили: стоять с той стороны, никого не впускать и ожидать, когда его позовут.

Руфус и Теодор поднялись ей навстречу.

— Извините, я немного проспала, — улыбнулась им Джина, отметив при этом, что Руфус, как ни странно, надел не форму для тенниса, о чем они договорились накануне, а костюм и галстук. Странно…

— Не соблаговолите ли присесть? — холодно, без тени ответной улыбки осведомился Теодор.

Под влиянием царившей в библиотеке атмосферы Джина тоже напряглась.

— Благодарю вас, сэр.

Что случилось? — забилась в голове беспокойная мысль.

— Надеюсь, вам удобно, — усмехнулся Теодор. Ничто не беспокоит?

— Спасибо, все в порядке.

Взгляд хозяина дома остановился на кофейном столике. Джина тоже посмотрела в ту сторону. Выкинув вперед руку, Теодор указал перстом на косметичку.

— Вам знаком этот предмет? — с явным сарказмом в голосе спросил он.

— Вот она где! — воскликнула Джина. — А я ее обыскалась. Но как она сюда попала?

— Спокойнее, мисс О'Коннор, я всего лишь спросил, узнаете ли вы эту вещь, — недобро сверкнув глазами, произнес Теодор.

Джина в изумлении повернулась к Руфусу:

— Что происходит? Это допрос?

Не успела она договорить, как была прервана Теодором, не желавшим, чтобы под влиянием ее требовательного взгляда Руфус начал оправдываться.

— Потрудитесь ответить, мисс О'Коннор, знакома ли вам эта косметичка! — Он снова ткнул пальцем в злосчастную сумочку. — А заодно и вот эта брошь.

Джина вгляделась и невинным тоном произнесла:

— О да, конечно, я видела точь-в-точь такие в музее Метрополитен.

Теодор чуть не подпрыгнул на месте. Это уже слишком — девчонка еще смеет дерзить!

— Ваш тон неуместен! — рявкнул он.

— Руфус! Я ничего не понимаю. В чем меня обвиняют?

— Миссис Картрайт приготовила брошь, чтобы надеть ее к празднику, и, как всегда, положила в бархатный футляр, а его, в свою очередь, оставила на столе. — Взяв ручку, Теодор принялся вертеть ее в длинных пальцах.

— Вы хотите сказать…

— Позвольте мне закончить и в дальнейшем прошу не прерывать, — властно заявил Теодор. — Так вот, вечером миссис Картрайт оделась и стала искать брошь, однако та исчезла.

Джину охватила дрожь, рот мгновенно пересох, ладони вспотели, ноги сделались ватными. Она хотела что-то сказать, но в горле застрял противный комок. Сидеть больше не было сил. Она вскочила и, чтобы не рухнуть в обморок, к которому была очень близка, ухватилась за спинку стула.

— Итак, — тем же тоном продолжил Теодор, — нам ничего не оставалось, как вызвать нашу службу безопасности и попросить обыскать дом. Брошку обнаружили в кармашке вашего несессера рядом… — он чуть помедлил, а потом дрожащим от омерзения голосом сказал: — рядом с противозачаточными таблетками.