'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

что место, в котором проходит раут — это не один большой зал, а целое крыло дворца с большими и малыми залами. И что дамы чаще всего собираются вместе, делятся на группы и расходятся по малым залам — посплетничать.

Марина решила, что так, наверное, даже лучше: наверняка там можно будет найти какое-нибудь укромное место и не мозолить людям глаза. А в том, что ей лучше вообще никому не попадаться на глаза, она убеждалась с каждым часом обучения у Ксавьера. Мало того, что местный этикет настолько оброс мелкими подробностями и требованиями к мимике и пантомимике, что это просто нереально было изучить за сутки, так еще и нужно было уметь различать всех этих людей по статусам и с каждым общаться соответственно!

К вечеру уже даже Ксавьер начал волноваться о том, как Марина себя покажет. Потому что стало понятно, что она слишком многого не знает о мире аристократии.

— Я должен был начать обучать Вас раньше, извините, — покаялся он, в который раз помогая ей с осанкой. — Мне и в голову не приходило, что однажды я вернусь сюда. Как не приходило в голову и то, что в мире Креста настолько забыли о том, что собой представляет высший свет.

— Я Вас не виню, — сказала Марина. — Скажите лучше, что будет, если я опозорюсь?

— Ну… нас сочтут странными и постараются не иметь с нами дела, — подумав, сказал Ксавьер.

— Всего-то? — обрадовалась Марина. — Так ведь это даже неплохо — никто лезть не будет!

— Очень даже плохо, — возразил Ксавьер. — Сейчас моя должность смехотворна, да и занимаю я ее лишь потому, что управление инквизиции не знает, что со мной делать. Если мы плохо покажем себя при дворе, меня начнут выживать с должности.

Он немного подумал и добавил:

— Но даже если и не начнут… Моего жалования не хватит, чтобы полноценно содержать такой дом и столько народу в нем. Мне нужна поддержка старших лордов или хотя бы их формальная лояльность, чтобы продвигаться по службе. Так что постарайтесь все же поменьше обращать на себя внимание.

— Зависит от того, что я завтра увижу в зеркале, — мрачно вздохнула Марина, вспомнив, как нынче выглядит.

— Что? — не понял Ксавьер.

— Нет-нет, я так… — отмахнулась она.

Ксавьер немного подумал о чем-то и сказал:

— Но, знаете, Вы быстро учитесь. Да и отличие Ваше от прочих молодых дам исключительно в высокоморальную сторону. Думаю, если Вы продолжите в том же духе, Вас просто сочтут чрезмерно набожной особой. Что, разумеется, довольно смешно, но… под стать моему сану.

— Хорошо, — кивнула Марина. — Прикинусь монашкой.

Ксавьер хмыкнул.

— Монашки менее целомудренны, чем Вы, — сказал он.

Марина зарделась и порадовалась, что сейчас в маске. А потом охнула: от прилившей к щекам крови кожу вдруг снова начало нестерпимо жечь.

«Если завтра я встану пятнистая, как гепард, самолично обработаю этой заразе ангельское личико ее же растворами!» — мысленно прорычала Марина.

«Ну, вот, этап барыни пройден. Переходишь на новый уровень — Салтычихи», — хмыкнул внутренний голос, и Марина сразу одернула себя. Действительно, могла ведь отказаться от услуги. Да и кто мог знать, что у нее на местную косметику будет такая сильная реакция?

«Хорошо хоть, не отек Квинке», — мысленно утешила себя девушка.

Она думала, что Ксавьер будет гонять ее до самой ночи, но когда они прервались на ужин, он лишь проводил ее в комнату и больше там не показывался до отбоя.

Да Марина и сама не выходила: она лежала в постели, полумертвая после этого занятия. Вот, вроде, тяжести не таскала, в узел не завязывалась, а устала так, что даже сидеть было тяжело.

А гадская камеристка ее даже в душ не пустила. Точнее, пустила, но лишь ближе к ночи. И когда Марина вышла, снова нанесла ей на лицо свежий слой восстанавливающей пасты. Правда, теперь та уже не жгла, а лишь слабо пощипывала. Но Марина все равно не оценила такой заботы.

В общем, этот день прошел под девизом позора и закончился так же — ей пришлось лечь спать в водолазке, перчатках и маске. Не выгонять же мужа из постели.

* * *

Экстра про Денебу

Денеба лежал на парапете балкона второго этажа и смотрел в небо. Старшая луна сегодня была просто мистически яркой. Она даже почти слепила глаза, заливая вечернюю улицу холодным голубым светом. Время было позднее, и город уже засыпал. Даже пивнушки постепенно начинали выгонять своих слишком пьяных завсегдатаев.

Денеба наслаждался последними теплыми деньками, а с ними и свободой. В этих северных странах зимой невозможно было ходить, как есть. Приходилось надевать обувь и теплую одежду. И это было серьезной проблемой для невидимки. Собственно, на этом он когда-то и погорел. Легко воровать, будучи невидимым, а с приходом зимы и шуб можно и ошибку совершить.

Нет, Денеба не был прирожденным вором. Но местные были так наивны и абсолютно слепы, что не пользоваться этим было невозможно. Порой Денеба недоумевал, как природа могла породить настолько беспомощных существ. Там, откуда он был родом, его все прекрасно видели, а местные были слепы, как животные, и он чувствовал себя среди них хищником.

Жаль только, Денеба не знал, где находится его родная страна, чтобы туда вернуться и перезимовать, как полагается. И теперь уже не у кого было спросить. С тех пор, как Денебу выпустили на волю, он много раз подумывал подсесть на подводу к какому-нибудь купцу, уезжающему на юг, но…

Сначала ему было любопытно, что это за Академия такая. Потом стало весело подшучивать над соседями по общаге. А потом он как-то привязался к этой компании изгоев. Кормят, поят, работой не нагружают. Почему бы и не задержаться на год-другой? Тем более, тут нынче так весело…

Он повернул голову и хмыкнул. Там, за высоким окном, спала чета Брефеда. Точнее, спал только Ксавьер, а вот Малинка как раз проснулась, разбуженная его случайным движением. Во сне мужчина повернулся на бок, потом на спину, потом еще раз на бок и случайно придавил женушку.

Денеба даже принял вертикальное положение, чтоб лучше было видно. Он частенько наблюдал за этой парой и знал то, чего не знали другие: что эти двое друг с другом не спят. Малинка шарахалась от мужа, как от чумы, а тот не особенно и настаивал. Денеба вообще не мог