Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

досталось – вон, ни один не шелохнется. Не отвечая прямо, кивнул на злополучный стог:

– Махмуд, поджигай!

– Вот чё ты, боярин, вечно какие-то слова непонятные говоришь! – хмыкнул Матурка, вытаскивая кресало.

Щелкая кремнем о железку, извлек огонь, подул на легкое пламя, а когда то занялось и начало лизать сено, продолжил:

– То Пушкина какого-то вспоминаешь, а щас вон – имя какое-то бусурманское. Я же говорил – Матурка я, можно Митькой звать.

– Ну, Митька так Митька, – не стал спорить Игорь. – Хмырей этих свяжите.

Сунув на дровни лыжи – и свои и мальчишек – уселся и скомандовал:

– Давай-ка, Митька, садись за штурвал!

– Какой-такой штурвал? – не понял мальчишка, но что от него требовалось – понял. Примостившись на дровни бочком, как заправский возчик, перехватил вожжи, рявкнул:

– Ну, милая, пошла-пошла!

Мужиков оставили лежать. Может, стоило бы прирезать, как предлагали мальчишки – Козельск обзавелся тремя (а может, и больше!) врагами, которые могут и дороги татарам показать, и сено для мунгальских-монгольских лошадок припасти.

Не простят мужики ни спаленное сено, ни угнанную лошадь…

Но кому нужен проводник, если дорога на Козельск татарам и так известна? А сено татары и так возьмут. Так что пусть живут, не стоит брать лишний грех на душу. Авось хоть один из них да сумеет распутаться, поможет остальным. Или наткнется на них кто. Ну, а если нет – не повезло мужикам.

Обратно к Козельску дорога показалась веселее. Конечно, места на всю ораву на дровнях не хватило, поэтому время от времени лыжники и седоки менялись местами. А Игорь, посматривая, как сумеречное небо расцветает все новыми и новыми столбами пламени, думал: а что же это он, дурак, сразу на санях не поехал? Можно было бы не одни дровни взять, а столько, сколько надо. И быстрее бы получилось, да и мороки меньше, чем с самодельными лыжами.

Глава 16

Явление татар народу случилось в расчётные сроки – немногим, но всё ж таки позже, чем было в той истории. Тактика выжженной земли оправдалась: с собой кочевники тащили умопомрачительный обоз, а с ним любое войско обречено на медленное изнурительное передвижение.

Без присмотра неприятеля не оставляли, следили за каждым шагом, потому никаких сюрпризов не было.

Но от нападений «летучих лыжников» пришлось отказаться. Воднев и Павленко, с трудом получив одобрение командира, совершили пробный налет на один из небольших татарских отрядов, отправленных на разведку по боковой тропке. Было монголов только десяток, поэтому и рискнули. Вырезать-то его удалось (караульные получили нож в горло, а остальных уже резать было любо-дорого), но выводы были сделаны неутешительные. От вражеских коней мальчишки убегут, а вот от стрел – нет. И не выучить подростков бить из засад, под прикрытием елок. Не попадут. Стрельба из лука – это настоящее искусство, которому надо учиться не год и не два. Остается только разведка. Хоть что-то…

Но с ролью разведчиков лучше справились взрослые охотники, которые и на лыжах быстрее бегали, и лес знали лучше, нежели городские пацаны.

Удивительное дело, но над Водневым никто не смеялся, даже обычно язвительный Денис. Ну, не получилась задумка, бывает. К тому же, кто его знает, может быть, коли не удастся отстоять Козельск, придется уходить в леса и вести партизанскую борьбу, а тут вот мальчишки и пригодятся.

Вечером со сторожевой башни подали сигнал о приближении монголов (передовые отряды те уже опасались высылать – учёные!), потом округа наполнилась многоголосым шумом, конским ржанием, лязгом, стуком и прочим звучанием, характерным для огромного «симфонического оркестра», состоящего из тысяч людей и животных.

Орда размеренно втекала, занимая всё свободное пространство. Стоит признаться, что впечатления цыганского табора она не производила. Никакого беспорядка, чувствовалась железная рука организаторов, стоявших за этим действом.

Кочевники сноровисто расставили юрты гигантским кругом, в центре – несколько шатров, очевидно, для знати. Сразу зажглись-заполыхали сотни костров, с крепостных стен они казались армадой неподвижных светлячков, сизые дымки потянулись к небу.

Войско внушало уважение – пусть потрёпанный, но всё же тумен, а это по меркам немноголюдного средневековья всё равно, что весь личный состав китайской народной армии, выстроенный на параде. Впечатляло не только козельчан, даже Демин вдруг ощутил, как засосало под ложечкой. Одно дело представлять врага, и другое – увидеть его во всеоружии. А ведь в любой момент Батый может прислать подкрепление. Руки у него развязаны и достойных противников на Руси больше нет.

– Командир, давай сниму вон того хмыря в блестючих доспехах, – предложил Павленко, выцеливавший через оптику дальнобойной снайперской винтовки достойные мишени. – Смотри, как все ему кланяются. Не иначе, генерал какой.

– Успеется, – буркнул сквозь зубы Демин. – Не хочу, чтобы они раньше времени просекли, что мы их и отсюда достанем.

«Генерал» нырнул в ближайший шатер.

– Живи пока, – разочарованно вздохнул Павленко.

Пару часов они простояли на стенах, ожидая каких-то шагов от неприятеля, но те словно не замечали находившегося перед их носом города, занимались исключительно мирными делами.

Никаких тебе толмачей-переговорщиков, ультиматумов, угроз. Ни дать ни взять устроители ярмарки, которая назавтра засверкает яркими светящимися вывесками и поманит почтеннейшую публику кружащимися каруселями да петушками на палочке.

– Обнаглели, – покачал головой Морошкин. – Нас ни в грош не ставят.

– С утра начнётся, – заверил Свешников.

Демин велел выставить на стенах усиленный дозор, а сам отправился почивать, согласившись с мнением учёного, что главные события начнутся на следующий день и встретить их лучше выспавшимся и бодрым. Хотя… разве с Феодосьей заснёшь?

Она встретила его в спальне, не боясь и не стесняясь собственной наготы, и Демин в очередной раз признал, что хороша княгиня, ничего не скажешь.

Всё, чему было суждено случиться, произошло, причём буднично, без драматизма и эксцессов. Отношения сами собой миновали конфетно-букетный период и процедуры ухаживания, любовники сразу вцепились друг в друга.

Феодосья искала и нашла крепкое мужское плечо, а майор вдруг ощутил, что в его жизни появилось что-то светлое и тёплое… А Лиза? Лиза – она там, в прошлом… то есть в будущем! Блин, хрен разберёшь!

Незадачливый красавец Егорий получил отставку. Если и обиделся, то вида не подавал. А Демин с головой окунулся в чувства, порой не понимая, почему если война, так обязательно и любовь? Было уже подобное в его лейтенантском прошлом, правда, закончилось плохо, ну да не его тут вина.

В эту ночь они любили друг друга долго и страстно, заснули лишь на рассвете, чтобы проснуться, когда дежуривший по гарнизону Морошкин явился со срочным известием.

– Князь, там