Темный Страж - Сиара Хартфорд

заполнили страх, волнение и тревога. Чувства, которых никогда раньше не испытывал.

Я взял ее лицо в ладони, дрожа, пока осознавал, чем только что пожертвовал. Мне хотелось выразить все свои эмоции словами, но многие из них были слишком свежими и неизвестными.

Я пожертвовал бессмертием ради этой жизни.

Ради нее.

Моей Розалин.

В тот же миг выпрямился, опустив руки, и шагнул к ней.

— Можно я постарею с тобой, Розалин Грин?

Она закрыла глаза, по ее щеке скатилась слеза, но губы изогнулись в улыбке. Она потянулась и поцеловала меня.

Каждый наш поцелуй раньше сопровождался вихрем общих эмоций, врывающихся в мое сердце. Но этот был другим, только мои чувства, жаркие и всепоглощающие, заставляли прижимать ее ближе. Она тихо ахнула, когда я углубил поцелуй, обвив ее руками, намереваясь никогда не отпускать, если она сама не пожелает иначе.

Когда она наконец отстранилась, по моим щекам катились слезы, которые я больше не мог сдерживать.

— Ты плачешь, Керес Блэкварден? — прошептала она.

— А ты отвечаешь на мой вопрос вопросом, мисс Грин? — ответил я.

— Да, — сказала мне с озорной улыбкой. Она обвила руками мою шею, и приблизилась, ее дыхание коснулось моего уха. — И да.

Эпилог ~ Моя любовь

Розалин

Я нашла Кереса в коридоре. Его длинные волосы были растрепаны вокруг рогов, крылья плотно прижаты к спине, в одной руке он держал кисть, а в другой палитру. Когда я проснулась и обнаружила, что его нет, запаниковала. Боясь, что с ним что-то случилось.

Он никогда не просыпался раньше меня. Обычно он наблюдал, как я сплю, пока не просыпалась, и только тогда брал меня в свои объятия.

Керес был нежным любовником, и я подозревала, что это было следствием многих лет жестокого обращения со стороны Королевы Ведьм. Мне было трудно представить, через что он прошел и как он мог хотеть, чтобы к нему снова прикасались. Это заставляло меня еще больше ценить каждое ласковое прикосновение, каждый поцелуй, каждое мгновение, проведенное вместе. Как выглядела моя бледная рука, когда она гладила его великолепную темную серебристую кожу.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как он уничтожил портал, и я заметила в нем небольшие изменения, которые, возможно, были лишь моим воображением.

Цвет его волос потемнел. Его потускневшая серебристая кожа приобрела фиолетовый оттенок на щеках. Самым большим изменением были его глаза, которые всегда улыбались.

Может, это было просто счастье?

Его существование в качестве супруга Бевгье на протяжении нескольких веков уничтожило всю его надежду. Мне нужно было, чтобы он больше никогда ее не потерял, потому что его смех быстро стал одним из моих самых любимых звуков в мире.

— Вот ты где, — я подошла и встала рядом с ним. — Ты вообще спал?

Он не знал, сколько отдыха ему понадобится в роли смертного, и я заметила, что постоянно ему об этом напоминаю.

Керес покрыл большую часть стены раскинувшимися холмами с травой, переходящими в поля пшеницы, прерываемые редкими крошечными фермерскими домиками. Это напомнило мне Феннигсвилль, и я не могла не задаться вопросом, как поживает моя семья. Внезапно почувствовав сильную тоску по ним.

Он отошел назад, чтобы полюбоваться своим творением, прежде чем взглянуть на меня.

— Я видел это место в своих снах.

— Это мой дом, — вырвалось у меня.

И задалась вопросом, не витает ли здесь какая-то странная магия Фейри?

Вероятно, это был Дом Привратника, который, к счастью, сохранили свое сознательное очарование.

Он сказал, что не мог чувствовать мои эмоции с тех пор, как уничтожил портал. Но я снова задалась вопросом, не сохранилась ли у него небольшая связь с Матерью-Землей?

Если ему когда-нибудь удастся вернуться домой через один из других порталов Фейри, сможет ли он вернуть свою магию и бессмертие?

— Я бы хотел побывать там, — сказал он, сделав шаг ко мне, все еще держа в руках кисть и палитру.

Внезапная волна ревности охватила мое сердце. Я не знала, готова ли делить его с кем-то.

Керес был великолепен, потрясающе великолепен. Он привлекал внимание везде, где бы ни появлялся. Тем более из-за своих явных черт Фейри. Трудно скрыть рога и крылья, когда у тебя нет магии, чтобы наложить на себя иллюзию.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, и мои мысли мгновенно исчезли.

Это было обещание.

В тот момент ничто другое не имело значения, кроме нас.

Устану ли я когда-нибудь от этого? От него? От нас?

Кисть и палитра упали на плитку и зазвенели, когда он прижал меня к стене.

Я знала ответ на свой вопрос.

Нет, я никогда не устану от этого. Я никогда не устану от него, от того, как он заставляет меня чувствовать себя живой, драгоценной, полностью его.

— Мисс Грин, — сказал он тихим, хриплым голосом, притягивая меня к себе.

— Да, Керес? — прошептала я, сердце забилось чаще.

— Что ты хочешь, моя любовь?

Я не могла дышать, когда он покрывал мою шею поцелуями, а его губы оставляли след мурашек. Улыбка расплылась по моим губам. Я знала, чего хочу.

— Мое полуночное яблоко.

Он ухмыльнулся, а в его глазах появился злой блеск, когда он поднял меня на руки.