Глаз бури - Питер Рэтклифф

Когда самопровозглашенные «крутые мужики» самой суровой тюрьмы строгого режима в Шотландии столкнулись с действительно крутыми людьми из Специальной Авиадесантной Службы, они оказались такими же крутыми, как новорожденные котята.

В октябре 1987 года заключенные, сидевшие в корпусе «D» тюрьмы Питерхед и имевшие длительные сроки заключения, устроили бунт, практически разрушив здание, и взяли в заложники надзирателя. Хотя многие заключенные сдались администрации тюрьмы, группа, возглавляемая тремя самыми известными рецидивистами Шотландии, держалась вызывающе, угрожая убить своего заложника, пятидесятишестилетнего надзирателя Джеки Стюарта, у которого была только одна почка и которому срочно требовалась медицинская помощь и лекарства для стабилизации его состояния. Все трое бандитов были людьми, терять которым уже было нечего, поскольку каждому из них светил большой срок за насильственные преступления — двадцатичетырехлетний Малкольм Леггат отбывал пожизненное заключение за убийство, тридцатилетний Дуглас Мэтьюсон убил бывшую королеву красоты, а двадцатипятилетний Сэмми Ралстон был осужден за вооруженное ограбление.

Вместе с остальными участниками беспорядков они забаррикадировались в помещении под крышей корпуса «D». Протолкнув пленного надзирателя через проделанное ими в шифере отверстие, осужденные накинули ему на шею петлю и угрожали поджечь его, выкрикивая свои угрозы в адрес администрации тюрьмы и полиции, которые стояли внизу и беспомощно наблюдали за происходящим под пристальными немигающими взглядами СМИ, привлеченных драмой. Измученный, больной и испуганный, мистер Стюарт, у которого было шесть внуков, тянул руки в сторону телекамер и прессы и молил о помощи, но крутые мужики из Питерхеда просто смеялись над ним. Один из них пригрозил ему молотком, а другие предупредили, что если кто-нибудь попытается спасти заложника, они сбросят его с крыши во двор, с высоты 70 футов.

В своей резиденции на Даунинг-стрит, 10, за испытаниями бедняги наблюдала по телевизору возмущенная и потрясенная премьер-министр Маргарет Тэтчер. Видя, что полиция и тюремные власти бессильны, она позвонила Малкольму Рифкинду, министру по делам Шотландии. Миссис Тэтчер была триумфально переизбрана в 1983 году, благодаря победе на Фолклендах репутация ее лично и ее правительства тори значительно укрепилась. Эта кампания также укрепила уважение премьер-министра к Специальной Авиадесантной Службе, — процесс, начавшийся в мае 1980 года, когда бойцы Полка штурмовали иранское посольство на Принцесс Гейт в Лондоне и освободили заложников, удерживаемых там террористической группой.

Неприятности назревали в шотландских тюрьмах в течение нескольких недель, в некоторых из них случались спорадические вспышки насилия. По меньшей мере пятьдесят заключенных устроили бунт в мрачной тюрьме строгого режима в Питерхеде, морском порту, расположенном примерно в тридцати милях к северу от Абердина, протестуя против сурового, по их мнению, режима. Большинство сдалось через несколько дней, но перед этим они захватили три этажа корпуса «D» и разгромили все вокруг.

Тем временем несколько наиболее буйных заключенных схватили надзирателя Стюарта и отказались сдаться и выдать заложника. Министр по делам Шотландии и главный констебль полиции района Грампиан предупредили министра внутренних дел Дугласа Хёрда, что положение крайне серьезное и что ни персонал тюрьмы, ни полиция не в состоянии адекватно справиться с ситуацией.

Они попросили помощи от военных, и под «военными» они, очевидно, имели в виду САС, особенно учитывая известное уважение премьер-министра к нашему Полку. Однако и Хёрд, и Командующий сил спецназа были категорически против отправки нас туда, утверждая, что это создаст прецедент для будущих осад тюрем. В течение двадцати четырех часов после звонка миссис Тэтчер Рифкинду ситуация с участием САС оставалась неясной.

К октябрю 1987 года я уже был сержант-майором эскадрона и теперь жил в собственной квартире в Херефорде. Однажды вечером, когда я был дома, зазвонил телефон. Это был майор Майк, командир эскадрона «D», высокий, крепкий, бесстрастный человек с отстраненным взглядом голубых глаз моряка-подводника. Люди его любили и уважали, чего в нашем деле добиться трудно. В данном случае он был немногословен.

— Я отправляюсь на север, — сказал он мне по телефону. — На вертолете. Включи свой телевизор. — После чего повесил трубку. В этот раз у босса не было времени на пустую болтовню.

Включив телевизор, я прочитал на сифаксе[85] последние заголовки новостей об осаде тюрьмы Питерхед. Ситуация там выглядела не лучшим образом. К раннему утру следующего дня к делу подключился командир, который по телефону разговаривал с Малкольмом Рифкиндом и с Министерством обороны.

Контртеррористическая группа САС, известная как группа СП (группа специальных проектов), как и всегда, находилась в постоянной готовности. В тот момент в качестве ГСП дежурство нес эскадрон «D», поэтому мы с командиром эскадрона были сразу вовлечены в работу. Но кроме майора Майка, который сейчас находился в Питерхеде и давал местным тюремным властям советы на месте — и, по моему мнению, там не было никого, кто мог бы лучше объяснить им, что к чему, — уверенности в том, что понадобятся наши услуги, все еще не было. Однако Маргарет Тэтчер в этом не сомневалась.

Сформированная в 1970-х годах, к 1977 году группа специальных проектов САС расширилась до полнокровного эскадрона, и все четыре эскадрона Полка формировали группу по ротации. Каждое подразделение несло шестимесячную боевую службу, базируясь в Херефорде, но вместе с тем занималось подготовкой по специальным проектам, осуществляло командировки в Северную Ирландию и занималось подготовкой за рубежом, чтобы оно могло справиться с любой ситуацией, связанной с заложниками или террористами как в Соединенном Королевстве, так и в любой другой точке мира, в которой Британия имела свои интересы.

Я провел день в надежде, что в Питерхед нас не вызовут, потому что на самом деле предпочел бы играть в сквош, поскольку в пятницу и субботу я должен был выступать на турнире за армейскую команду. Кроме того, ко мне из Германии приехал мой хороший друг со своей женой, которые остановились у меня в Херефорде. В течение всего дня нам постоянно говорили, что операция началась, потом закончилась, потом снова началась. Постепенно это стало напрягать, и мы начали задаваться вопросами, почему власти не могут принять то или иное простое решение.

Около восьми часов вечера я на своей машине отвез командира домой из лагеря. Он пригласил меня к себе домой выпить, и, уходя, я пошутил:

— Увидимся через полчаса.

Закрывая дверь и улыбаясь, он ответил:

— Надеюсь, что нет.

Отправившись домой и, войдя в свою квартиру, я обнаружил, что звонит телефон. На этот раз это был оперативный дежурный.

— Началось, — коротко произнес он.

Я помчался обратно в лагерь. Ранее тем же утром у меня состоялся телефонный разговор с командиром эскадрона, и мы вместе определили, какая команда будет направлена в Питерхед, в случае такой необходимости. Группа СП