Рыцарь ночи - Лазарева Ярослава

— Лада! — взволнованно говорил Грег. — Ты чуть не погибла! Это невыносимо! Иногда мне кажется, что давно пора укусить тебя и превратить в такое же неуязвимое существо, как я.

— Тоже вариант, — ответила я и захохотала.

У меня начался самый настоящий истерический припадок, я хохотала до слез и не могла остановиться. Потом стала кататься по снегу. Грег не пытался остановить меня. Он сидел, нахохлившись, и смотрел в снег. Я успокоилась на удивление быстро. Подползла к нему и уткнулась мокрым лицом в плечо. Грег легко обнял меня.

— Прости, — прошептала я. — Просто я очень испугалась.

— Понимаю, — шепнул он и поцеловал кончик моего носа.

— Ты был все это время здесь? — изумилась я. — Но почему ни разу не пришел ко мне?

— Нет, я сразу умчался в Лондон, — сообщил он. — Дино силен и опытен. Я иногда жалею, что мы тогда уступили тебе. Ведь он не успокоится… никогда. Но это тебя не должно касаться, это только наше дело.

— Но ведь ты сейчас здесь? — уточнила я и погладила его холодную щеку. — Я же чувствую! Или это глюк?

— Глюк не смог бы вытащить тебя из пропасти, — заметил Грег и улыбнулся. — Я так сильно скучаю по тебе, любовь моя, что сегодня вернулся. Я решил побыть рядом с тобой… незримо. И проявиться только завтра. Мы встретились бы утром в аэропорту Осло и провели бы полет вместе. Я хотел отвезти тебя домой, а потом пригласить поехать в деревню. Вот таков был план.

— Замечательный план! — произнесла я. — И ничто не помешает нам осуществить его, да?

— Ничто! — согласился Грег. — И как хорошо, что я сейчас оказался рядом!

Я встала и подошла к краю обрыва. Несмотря на густой снег, можно было различить, что пропасть довольно глубока. К тому же я разглядела несколько торчащих вверх обломанных стволов каких-то деревьев.

— Господи! — прошептала я. — Запросто могла бы…

Я не договорила и вернулась к Грегу. Он по-прежнему сидел в снегу. Я остановилась перед ним.

— А ведь там опасно, — сообщила я. — И я могла погибнуть.

— Я бы не дал, — мрачно произнес он. — Пришлось бы превратить тебя в вампира, если бы дошло до этого. Но умереть я бы не дал. Хотя неизвестно, что для нас лучше!

— Не говори так! — сказала я.

Грег глянул на меня снизу вверх, потом встал.

— Тебя уже ищут, — сообщил он. — Твои друзья с ума сходят. Они вызвали помощь.

— Ужас какой! — испугалась я. — Мне нужно немедленно отсюда выбираться.

Я подняла лыжи, лежавшие в снегу, но подумала, что мне их будет тяжело тащить, и бросила.

— Я тебя выведу, — сказал Грег, — но потом исчезну.

Я молча кивнула, уцепилась за его руку и двинулась наверх.

Мы шли около часа, хотя мне казалось, что я летела на лыжах всего несколько минут. Грег рассказывал всевозможные забавные истории, старательно обходя темы, связанные с вампирами, и мне скоро стало казаться, что я просто прогуливаюсь в снегопад с хорошим другом. Но как только я различила сквозь летящий снег фигуры людей, услышала крики, то сразу остановилась. Грег взял мое лицо в ладони и припал к моим губам. Странно, но его губы были теплыми. Я жадно отвечала на его поцелуи. Но вот он оторвался, я почувствовала, как на мои влажные губы налипают снежинки, и открыла глаза. Грега не было. Но я знала, что увижусь с ним завтра, поэтому бодро двинулась вперед к суетящимся людям.

Перепуганная Рита пыталась отправить меня в больницу, но я твердо сказала, что со мной все в полном порядке и даже нет ни одного ушиба или царапины.

— Я случайно из-за снега съехала с трассы, — пояснила я, — а потом по-идиотски заблудилась. Я ведь тут бродила все это время, просто сориентироваться никак не могла. А лыжи бросила, чтобы не мешали.

Они отвезли меня в отель и поднялись в номер. Рита все никак не могла успокоиться. Но Андор, видя, что со мной действительно все в порядке, наконец увел ее. И я тут же крепко уснула, обнимая подушку и думая, что это Грег.

Мне приснился странный сон. Я видела себя словно бы на новогоднем балу. Я так же танцевала с мистером Икс, потом мы целовались до головокружения. Через какое-то время он проводил меня в номер. Когда я закрыла дверь, мистер Икс сбросил шляпу, снял маску, и я увидела, что это Грег.

— Я приготовил тебе новогодний подарок, — сказал он и протянул мне красный бархатный футляр.

Я раскрыла его. На тонкой платиновой цепочке, напоминающей гладкую нить, висел странный кулон. Это был крохотный прозрачный сосуд каплеобразной формы с заостренным нижним концом. Его закрывала платиновая крышечка в виде шарика.

— Ой! — восхитилась я. — Какая прелесть! И вынула кулон из футляра.

— Это особое украшение, — пояснил Грег. — Я сделал его лично для тебя. Сосуд из алмаза, поэтому разбить его практически невозможно.

Он достал из кармашка брюк брелок, раскрыл его, и я увидела маленькое лезвие. Грег надрезал себе запястье и накапал в кулон крови. Я молча наблюдала за этой процедурой. Кулон сразу стал рубиновым.

— Моя кровь — особая, — сказал он. — Ты помнишь, что цветы не умирали, втянув в себя всего пару капель. В микроскопических дозах она может вылечить любую твою рану, и та затянется на глазах. Мне будет спокойнее, если ты постоянно будешь носить этот кулон на себе.

И я тут же надела его на шею, пообещав, что не расстанусь с ним ни при каких обстоятельствах.

Проснувшись утром, я четко помнила этот удивительный сон. Но я прекрасно понимала его природу. И когда коснулась шеи и погладила пальцами холодный гладкий кулончик, не удивилась ни капли его появлению в реальности.

В Москву мы долетели без приключений. Грег, как и обещал, провел со мной весь полет, затем отвез домой. Мама не могла меня встретить, но я с ней созвонилась и сообщила, что поеду со своим парнем. Она обрадовалась и даже выразила свое одобрение, что мы наконец помирились. Мама давно для себя решила, что я поругалась с Грегом, а переубеждать ее я не хотела.

Мы расстались у моего подъезда. Грег отказался подняться.

— Завтра я заеду за тобой во второй половине дня, — сказал он.

— Вот и отлично! — ответила я. — Я так счастлива, что смогу хотя бы пару дней провести с тобой! Мы ведь сможем там не расставаться? Тем более бабушка тебя знает и она уверена, что у нас отношения.

Грег молчал, не сводя с меня глаз. Потом легко коснулся моей щеки губами и вернулся в машину.

Вечером, когда мама приехала с дежурства, мы долго сидели на кухне, и я все рассказывала, рассказывала. Потом отдала ей сувениры и сказала, что хочу пораньше лечь спать.

— Надеюсь, ты не обидишься, что я уже завтра поеду к бабушке? — спросила я.

— Что ты, дочурка! — улыбнулась мама. — Я так рада, что ты замечательно проводишь время! Какие обиды?

В деревню мы приехали, когда уже стемнело. Грег гнал как сумасшедший, и всю дорогу я опасалась, что мы попадем в аварию. К тому же трасса была довольно скользкой из-за наледи. Я понимала, что Грег лишен какого-либо страха, ведь он не мог умереть в аварии. К тому же скорость его возбуждала. Но я пока не привыкла к таким гонкам. Однако адреналин вызывал всплеск эмоций, поэтому я ничего ему не говорила, только смотрела в окно на пролетающие мимо темные деревья. Несмотря на мои опасения, мы доехали без происшествий. Грег высадил меня у ворот бабушкиного дома, сказал, что позвонит завтра, поцеловал и уехал.

А я побрела в дом. Бабушка уже ждала меня и сразу стала сокрушаться, почему я не пригласила «Гришеньку» в гости. Я придумала что-то правдоподобное. Потом мы поужинали, я подарила ей привезенные из Лиллехаммера подарки и весь вечер отвечала на подробные расспросы о моей поездке в Норвегию.

Спала я отлично. Только вот кот Дымок, который по привычке прыгнул ко мне в постель, вдруг замер, начал осторожно нюхать воздух, вытянув шею. Затем прижал уши, зашипел и опрометью бросился из комнаты. Я потрогала кулон с кровью Грега, который так и не снимала, поцеловала его, улыбнулась и закрыла глаза.

Утром проснулась в приподнятом настроении. Выглянув в окошко, порадовалась, что на улице пасмурно. Полюбив Грега, я стала испытывать беспокойство за него в солнечные дни. Когда мы позавтракали, бабушка сказала, что она даже не спрашивает, чем я хочу заняться.