Несносный тип (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович

Отрубает ей ногу по колено. Уже умершую, но, тем не менее, очень ей дорогую.

Аврора, несмотря на свое почти затухшее эмоциональное состояние, чувствует огромную обиду и негодование. Она, молодая девушка, теперь калека. Шансы, что кто-то посмотрит на неё одноногую — исчезающе малы.

Сначала ей кажется, что она слепнет или внезапно опьянела. В первую секунду это не очень важно, потому что ей хватает сил поймать в воздухе и сжать некроманта так, что того переламывает в странную сдавленную фигуру, напоминающую смятого бумажного человечка. Она отшвыривает его вниз одной силой воли, начиная падать вниз. Монстр, чудовище, что ей так нужно, дергается и бьется о стенки каньона, всё залитое черной жидкостью. Из глубоких ран на голове создания льется потрясающее количество ихора.

— НЕТ!! — кричит она, отправляя колеблющийся, дрожащий и нестабильный шар разрушительной магии прямо в одну из самых больших ран.

Она должна убить тварь! Она обязана! Ей нужно!

Изысканно-сложная конструкция из едва видимых многогранников впитывает в себя её атаку, рассеивая её в воздухе. Аврора кричит в отчаянии, падая на землю и видя, как проклятый гном продолжает срывать с себя гранаты, сосредоточенно кидая их вниз. Взрывы еле слышны, но они есть — низкорослый урод отчаянно отшатывается, уворачиваясь от выплесков ихора.

Она шлёпается на песок и всё тут же меняется. Потерян правый глаз. Нет, он на месте и даже видит, но теперь ей не подчиняется. Зато силы почему-то больше, наверное, даже на порядок. Достаточно, чтобы просто усилием воли смести Лейлуша в сторону, как крошку со стола. Он успевает кинуть в неё что-то очень сложное и запутанное, облепляющее Аврору как слабо жалящая паутина, перед тем как его вместе с песком, камнями и мёртвой травой уносит в сторону.

Далеко.

Аврора тратит несколько секунд, чтобы сбросить с себя заклинание, а затем поднимается. Ей не составляет труда ощутить и подтащить поближе кусок своей мертвой ноги, чтобы приставить его на место на одной силе воли. Это ненадолго. На месяц, может быть, два, потом придётся делать протез, но к этому времени она уже доберется до мамы с папой. Пока нужно всех убить.

Стоп. Что?

Рядом… рядом не ощущается их. Всей троицы. Бог, маг, нежить. Их нет!! Совсем нет, от нее сейчас невозможно спрятаться, да и они не прячутся. Она мало знает о магии, но чувствует вкус затихающего портального пробоя.

Сбежали.

Она не против. Много силы, но хаотично движущийся зрачок правого глаза мешает… всему. Будь Лейлуш здоров, она бы даже сейчас от него сбежала. Глаз не закрывается.

Неважно. Они хотят перенести остров. Потом найдет. Потом убьет. Сейчас важно добить тварь, ворочающуюся в ванне из своей крови. Она должна это сделать!! Любой ценой!!

Пуля… она расплющивается прямо перед её лицом. Первая, вторая, третья. Аврора уже забыла, что поддерживает кинетический щит, но очень этому рада. Закрыв правый глаз рукой, она ковыляет навстречу стоящему белобрысому коротышке, который с каменно-спокойным лицом выпускает в неё пулю за пулей. Она ненавидит его.

Настолько сильно…

Настолько…

Что забывает обо всём.

Короткий. Бездушный. Предатель.

Маленькая. Сломанная. Тварь.

Она чувствует себя, как великан перед муравьем. Криггс не маг, он беззащитен. Она может смять его в мясной кубик, используя лишь крошечную часть сил, появившихся после жертвы ногой и глазом. Вместо этого, она бережно, почти нежно вырывает из его рук пистолеты, отбрасывая их подальше.

Улыбается и шагает вперед.

Он тоже шагает к ней, лапая рукоятку огромного тесака, что таскает с собой везде. Аврора выпускает тончайшую ниточку своей обжигающе горячей ненависти, отправляя её в кида. Та неуловимо быстрым движением перечеркивает его короткие ноги в районе колен. Мелкий ублюдок падает на грудь с изумленным выкриком. Аврора улыбается от этого звука, а затем магией выдирает нож из обрывков ремней, намотанных на гнома. Нож летит в сторону, зарываясь в песок, а она с наслаждением выпускает еще две неуловимо быстрые ниточки. Мелкая тварь елозит по песку, захлебываясь им и криком. Его руки по самые плечи отделены от тела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она замирает, желая полностью насладиться моментом, но внезапно её пригибает к земле колоссальной невидимой силой. Что-то происходит. Что-то чудовищное и необоримое, масштабов, которые она никогда не представляла! Давление нагнетается в течение пары минут, а затем неожиданно пропадает целиком и полностью! Раз… и ничего нет!

Но что-то случилось. Аврора смеется заливисто как колокольчик на дверях булочной. Они сбежали… а теперь сбежали еще раз. Вместе с городом! Жаль, она этого не видела!

Но потом. Потом-потом-потом-потом. Сначала Криггс.

Магнус-уродский-Криггс-наконец-то!!

Поднять магией тело, оставшееся без рук и ног, совсем несложно. Он очень легонький. Грязь, песок, слезы и кровь из прокушенной губы делают эту смазливую рожу куда более приглядной. Она идёт вперед, неся перед собой сверлящего её взглядом Должника, как знамя.

— Такие как ты…, - бормочет Аврора. Она хочет знать ответ, поэтому встряхивает Должника, как кошка трясет мышь, — Такие как ты. Вы всегда… помогали мне. Вы так… работаете. Вас заставляют помогать мне. Ты… был обязан! Почему ты не помог!

— Пошла ты…, - еле слышно шепчет умирающий. Его прекрасные глаза с ярко-белыми росчерками на фоне темно-синей радужки сейчас, кажется, светятся. Это из-за разорванных сосудов, понимает Аврора. Кид продолжает, — Ты… я никому ничего не должен.

— Ты так работаешь! — убеждая то ли его, то ли себя, говорит Аврора, — Ты был обязан. Был должен. Но ты не стал. Ты плохой. Ты неправильный.

Она стоит на краю обрыва, над огромным червем, почти переставшим шевелиться. Каждое движение гигантской матки с разорванной головой порождает кучу отвратительных хлюпающих звуков.

— Хватит уже, — почти нормальным тоном говорит увечный гном, — Убей меня. Сама разбирайся со своими психами. Кто из нас сломан, так это ты.

Он говорит… правильные вещи. Ей нужно срочно его убить, а затем срочно добить эту гигантскую тварь. Очень и очень быстро. Но она не хочет отпускать эту мерзкую сломанную игрушку, пялящуюся на неё снисходительно и бесстрастно.

— Я убью всех твоих, — угрожает Аврора.

— Мне уже будет всё равно, — ухмыляется гном. Его улыбка очень подлая. Улыбка победителя. Так должна улыбаться она, но Аврора не умеет. Должник усмехается еще хуже, а затем говорит так, как будто читает её мысли, — Суматоха, хватит страдать херней. Добей меня.

— Меня… зовут… Аврора! — рычит девушка. Ей очень важно, чтобы он знал.

— Кто тебя так зовёт? — почти с сожалением наклоняет голову на бок искалеченный Должник, — Только мама и папа?

Он. Невыносим!!!

Она задыхается от обиды. Гном хрипит, изгибаясь в её невидимой хватке. Чуть надавить и… сломается. Как некромант. Но этот живой. Она подходит к нему почти вплотную, становясь нос к носу, а затем, внезапно резко оборачиваясь, выбрасывает руку с зарядом магии.

Подкрадывающегося сзади огромного нелепого кота разносит на мелкие клочья, забрызгивая их обоих.

— Ну что? — она хочет обернуться, чтобы с издевкой посмотреть в его глаза, но почему-то замирает на полпути.

Слышится очень… очень неприятный хруст. Аврору немножко дёргает. Затем дёргает сильнее. Что это? Что-то с рукой? Не той, с помощью которой она метнула в кота магию, а с другой?

Она переводит взгляд на неё и… начинает кричать.

От ужаса.

Кид впившийся ей в плечо зубами, бешено работает челюстями, разгрызая ключицу!!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Это длится всего секунду, а может быть две, перед тем как внутри девушки происходит настоящий взрыв маны, отбрасывающий от нее врага, разгрызшего ей плечо!

Дальше с каждым из них случается нечто, чему второй никак не может быть свидетелем. Низкорослый кид, падающий вниз, в кипящее море, состоящее из ихора, грязи и внутренних органов чудовищной матки, не может видеть, как кричащую от шока и ужаса девушку, не отрывающую взгляда от чудовищной раны на плече, скукоживает в небольшую яркую точку, которая с хлопком пропадает. Это магия, магия переноса, задействованная кем-то посторонним… или же ей самой.