Перегрузка - Артур Хейли

Мередиты были их соседями по дому. Ним посмотрел на Руфь.

— Почему бы нет?

В подземном помещении, приспособленном для проведения досуга, Руфь и Ним сидели рядом на диване, Леа устроилась на коврике, а Бенджи тем временем ловко заправил кассету в видеомагнитофон «Бетамакс», подключенный к цветному телевизору. Голдманы и еще несколько десятков семей договорились об организации некоего подобия клуба. Инициатива получила широкое распространение. Так вот, члены этого клуба постоянно обменивались видеокассетами. Каждая семья записывала какую-нибудь телевизионную программу. Обычно это делали дети или няня, нажимая на кнопку «стоп» всякий раз при появлении рекламы. В результате получалась высококачественная запись без каких-либо назойливых рекламных вставок. Такие «чистые» записи передавались затем из дома в дом, к удовольствию детей и взрослых. В этот обмен втягивалось все большее количество людей, что не могло не сказаться на доходах телевизионных компаний. «А может быть, это уже сказалось», — подумал Ним. По его мнению, телекомпании и сети телевещания сталкивались с такими же проблемами, через которые уже прошли крупные компании вроде «ГСП энд Л». Телевизионщики злоупотребляли своими общественными привилегиями, наводняя эфир мутными потоками пошлой рекламы и низкопробными программами. Теперь «Бетамакс» и аналогичные системы предоставляли телеабонентам возможность формировать собственные программы, исключая из них назойливую рекламу. Возможно, со временем развитие таких систем заставит телевидение осознать ответственность перед обществом. Двухчасовая пьеса на видеокассете называлась «Мэри Уайт». Это была трагическая история о семье всеми любимого юноши, которого настигла смерть. Наверное, из-за того, что Ним редко задумывался о том, что такое собственная семья, а может, потому, что она оказалась на грани развала, но увиденное его растрогало. Только благодаря полумраку жена и дети не заметили его окрашенных грустью слез.

Глава 2

Георгос Уинслоу Арчамболт карабкался по склону холма, возвышавшегося над пригородом Милфилда, в направлении ограждения трансформаторной подстанции «ГСП энд Л». Он отмел как несерьезное предостережение о том, что подстанция может находиться под наблюдением: никаких дежурных в ней наверняка не было, вечер был безлунный, а ближайшая дорога, проложенная сквозь редко населенную холмистую местность, находилась в полумиле отсюда. Однако недавно «ГСП энд Л» наняла еще больше охранников, появились мобильные ночные патрули, менявшие свои маршруты и часы патрулирования, чтобы никто со стороны не догадался, как осуществляется наблюдение. Поэтому нельзя было расслабляться, а карабкаться по холму да еще тащить с собой взрывчатку с инструментом тяжело и неудобно.

Георгоса знобило. Октябрьская ночь была холодной. Пронзительный ветер проносился над скалистым холмом, заставив его пожалеть, что он не надел еще один свитер под темную хлопчатобумажную куртку. Обернувшись, он увидел, что его подружка Иветта, хотя и оказалась на несколько ярдов сзади, все же продолжала восхождение. Это было очень важно для проведения операции. Во-первых, потому что она несла провода для детонаторов. Во-вторых, Георгос отставал от графика из-за транспортных пробок — в городских условиях надо было преодолеть как-никак двадцать миль. И вот теперь он старался наверстать потерянное время, поскольку вечерняя операция предусматривала разрушение трех подстанций при участии всех сил «Друзей свободы». Еще в одном населенном пункте взрыв готовили Ют и Феликс, а в третьем — Уэйд. Их план предусматривал синхронность исполнения.

Добравшись до ограды, Георгос отцепил от пояса тяжелые ножницы для разрезания проволоки и принялся за дело. Ему надо было проделать маленькое отверстие в ограде у самой земли. Если появится патруль, Георгос и Иветта еще до взрыва успеют скрыться и никто не заметит разрезанную проволоку. Пока Георгос возился с проволокой, он видел под собой разбросанные мерцающие огни Милфилда. Скоро все они погаснут. То же самое случится и с домами южнее.

Георгос знал, что представляют собой Милфилд и другие населенные пункты. В основном там селились капиталисты и их лакеи, и он с удовольствием думал о том, что испортит им настроение. Отверстие в ограде было почти готово, и примерно через минуту Георгос и Иветта смогут через него пролезть. Он взглянул на светящийся циферблат часов. Времени оставалось совсем мало, так что успевай поторапливаться.

Цели сегодняшней операции отбирались весьма тщательно. Прежде «Друзья свободы» взрывали линии электропередачи, опрокидывая по две или три сразу, чтобы вывести из строя энергоснабжение на большой территории. От этой практики отказались. Георгос и его сообщники обнаружили, что компании перебрасывали подачу электроэнергии по иным схемам и маршрутам, что позволяло оперативно восстановить подачу тока, иногда буквально за несколько минут. Поваленные опоры немедленно заменялись временными столбами, а после восстановительного ремонта подача электроэнергии запускалась по старой схеме.

С крупными трансформаторными подстанциями дело обстояло по-другому. Они были более уязвимы. На их ремонт или полное восстановление понадобилось бы гораздо больше времени. Если все пойдет, как запланировано, нанесенный ущерб вызовет повсеместное отключение электричества в Милфилде и далеко за его пределами и потребуются дни, а то и гораздо больше времени, чтобы наладить подачу электроэнергии. Авария будет масштабной, затраты — огромными.

От одной мысли о последствиях операции душа Георгоса переполнялась ликованием. Может быть, теперь люди станут серьезнее относиться к «Друзьям свободы». Георгос размышлял о том, что его маленькая, но победоносная армия многому научилась с тех пор, как обрушила первые атаки на ненавистного врага. Теперь они тщательно продумывали каждую операцию, вникали в методы работы и структуру компании «ГСП энд Л», нащупывали наиболее уязвимые места, просчитывали максимальный эффект планируемых диверсий. В этом отношении им помогал один бывший инженер «ГСП энд Л», которого уволили за воровство и который за это люто возненавидел свое бывшее место работы. Активным членом организации «Друзья свободы» он не являлся, но его подкупили, использовав для этого новые финансовые поступления благодаря усилиям Бердсонга. Из того же источника были потрачены деньги на приобретение дополнительного количества более современной взрывчатки.

В один прекрасный день Бердсонг проговорился, откуда поступали наличные деньги — от клуба «Секвойя», считавшего, что он оказывает финансовую поддержку организации «Энергия и свет для народа». Георгоса больше всего забавляло, что денежные мешки из высших слоев общества по неведению оплачивали счета революционеров. Признаться, можно было только сожалеть о том, что оторванная от реальной жизни тусовка клуба «Секвойя» никогда об этом не узнает. Он почувствовал толчок.

Последний кусок проволоки был перекушен, и небольшой участок ограды отвалился. Георгос протолкнул его на территорию подстанции, чтобы это не бросалось в глаза. Затем в проделанное отверстие просунул пакеты с пластиковой взрывчаткой, после чего пролез сам. Иветта все еще держалась чуть сзади. После преждевременного взрыва капсюля два месяца назад ее рука зажила, но обрубки пальцев уродливо торчали: они были зашиты не столь аккуратно, как это сделал бы профессиональный хирург. Но Георгос выполнил все, что мог: промыл рану, предотвратив попадание инфекции. Тем самым удалось избежать опасных расспросов в больнице на приеме у врача.

— Черт возьми, — выругался Георгос.

Кончик проволоки зацепился за куртку и брюки и вонзился в бедро, причинив острую боль. Соблюдая максимальную осторожность, он проделал, видимо, слишком маленький проем в ограде. Пришлось отползти назад, отогнуть проволоку, чтобы затем снова преодолеть ограду уже без особых затруднений. Иветта, которая была меньше ростом, пролезла вообще без труда.

Переговариваться им не требовалось. Они все отрепетировали заранее и точно знали каждый свой шаг. Георгос осторожно прикрепил пластиковую взрывчатку к трем крупным трансформаторам, установленным под крышей подстанции. Иветта передала ему детонаторы и кусок проволоки для подсоединения к часовому механизму.

Через десять минут все три заряда были готовы. Иветта подала ему один за другим часовые механизмы с прикрепленными к ним батареями. Их он тщательно проверил накануне для себя и двух других групп. Из опасения преждевременного взрыва Георгос осторожно ощупал механизмы, прежде чем присоединить проволокой к детонаторам. Он снова бросил взгляд на часы.

Благодаря четким действиям им все же удалось наверстать хоть и не целиком, но все же некоторую часть упущенного времени. Три взрыва должны были произойти почти одновременно одиннадцать минут спустя. Этого времени едва хватало Георгосу и его подружке, чтобы спуститься с холма и добежать до того места на аллее в стороне от магистрали, где они спрятали машину. Но если поторопиться и проделать весь обратный путь бегом, они наверняка успеют выбраться на дорогу в город еще до того, как проявится реакция на массовое отключение электроэнергии.