Темное море - Джеймс Камбиас

От новой серии оглушительных взрывов Широкохвосту хочется свернуться в шарик. Он вцепляется в скалу, на которой сидит, и надеется, что чувства успеют вернуться до того, как какой-то дикарь вонзит в него клешни.

Кто-то постукивает по его хвосту.

– Возвращайся к дому.

Это Держихватка. Она тянет его за усик. Широкохвост пробует воду и начинает пробираться к источнику, ориентируясь на температуру воды и содержание минералов, пока не натыкается на один из указателей, и далее следует по нему.

Он спотыкается о чье-то тело: его запах знаком. Это бандит Грубохват! Широкохвост не может представить, чтобы разбойники забрались так далеко, и предполагает, что тело забросило сюда взрывом.

Из любопытства он ощупывает ремни на мертвеце и находит каменную коробочку; прячет ее в собственную сумку.

– Я помню, как отказываюсь за нее платить, теперь получаю бесплатно. Плохой из тебя торговец, – говорит он трупу.

Слух постепенно возвращается, и Широкохвост прислушивается. Сетевая загородка разрушена, с полдюжины бандитов перебираются через обломки. Пора возвращаться к дому. С каменными стенами за спиной даже небольшая группа книжников и подмастерьев сможет удержать сколько угодно разбойников. Правда, Широкохвост задумывается, как противостоять плавучим взрывающимся снарядам.

В ушах Роба еще звенело после второго залпа, когда какой-то ильм постучал по его шлему. Поскольку он не попытался распотрошить Фримана клешнями, Роб решил, что к нему пришел союзник. Словарь перевел сообщение: «Каменщик плыть строение», что было похоже на приказ отступать. Он стукнул «есть» по грудной пластине собеседника.

Внутри дома он не сможет поддерживать соединение. Пора второму дрону совершить свой подвиг! Роб проверил эхолокатор беспилотника и обнаружил невдалеке крупный движущийся объект. Кто-то барахтался или очень неуклюже пытался плыть. Камера дала рассыпающийся на пиксели кадр с шоленом, извивающимся на морском дне. Что за черт? Роб направил дрон ближе.

Это действительно был шолен. Он лежал на дне, и его конечности были странно вывернуты. Верхние две пары – стянуты за спиной, ноги – вытянуты параллельно хвосту. Шолен связан по рукам и ногам. Это пленник!

Какого черта пришельцам понадобилось связывать друг друга посреди битвы? Опять их сексуальные штучки…

Проще всего было ударить шолена укрепленным на дроне ножом по горлу, сразу под кольцом шлема: пусть захлебнется водой и кровью. Роб обдумал этот вариант и завел дрона пленнику за спину. Если командующий наступлением посчитал нужным связать одного из своих, перерезать мятежнику путы будет хорошей идеей.

Тижос почувствовала, как что-то тычется ей в ладони. Местное животное? Она перестала извиваться. Может, оно переползет туда, где она сможет его разглядеть? Тижос почувствовала, как веревка на верхних запястьях лопнула. Это существо освободило ее? Она дотянулась до ножа и перерезала веревки на нижних руках и ногах, потом обернулась посмотреть на своего спасителя.

Это был дрон землян с простым лезвием, укрепленным на носу. Зачем он освободил ее?

Времени не было. Динамик шлема сломан, поэтому она закричала так громко, как только могла, надеясь, что звук пройдет через ее капюшон и толщу воды.

– Уведите всех из жилища! Ирона хочет вас убить! У него торпеды! Огромные! Бегите!

Тижос не стала ждать ответа, не знала даже, понял ли ее человек, управлявший дроном. Она сама пробралась к торпедам по дну. Суставы обеих пар рук онемели и ныли, а в медицинской системе гидрокостюма почти закончилось обезболивающее. Тижос затребовала большую дозу стимуляторов и феромоны, укрепляющие веру в себя, надеясь, что они ей помогут.

Торпеды находились там же. Тижос попыталась подключиться к системе управления, но Ирона предусмотрительно заблокировал от нее командную сеть. Что ж, если технологии не работают, может справиться что-то более примитивное. Тижос сделала многоцельник узким и острым и ударила им по контрольной панели торпеды; крушила индикаторы, сенсоры – все, что выглядело достаточно уязвимым. Прочный пластик сопротивлялся, но она вогнала острие в щель и давила изо всех сил, пока не услышала долгожданный щелчок. За панелью находился запечатанный в пластик блок микросхем. Тижос начала колотить по нему, держа инструмент обеими нижними руками и налегая всем телом. Ее костюм смердел агрессией, и она находила в этом странное удовольствие.

Тижос выдрала с корнем фрагменты микросхем и ощупала отсек изнутри, ища, что сломать еще. Перерезала тонкую трубку – похоже, от гидравлической системы – и с упоением смотрела, как жидкость вытекает из нее в океан, будто кровь.

Достаточно! Пора заняться второй торпедой. Тижос перебралась к ней и размахнулась, но та вдруг начала гудеть и приподнялась над дном. Тижос прыгнула на нее сверху, стараясь своим весом прижать ко дну, но торпеда рванула вперед, а затем начала вращаться, скидывая ее в ил. Когда шоленка поднялась, та уже была метрах в десяти и взмывала все выше, ускоряясь. Тижос поплыла за ней, но снаряд без труда ее опередил.

Через полминуты впереди вспыхнуло, и от взрывной волны Тижос кубарем прокатилась с десяток метров по дну. Остановилась, подождала, пока сонар гидрокостюма и инерциальная навигационная система придут в себя, и задумалась, что делать дальше. Ирона выиграл битву, это очевидно: даже если кто-то из землян и их союзников-ильматариан уцелел, Стражи легко сломят сопротивление.

Тижос смутно сознавала, что и сама не проживет долго. Даст Ирона себе труд вернуть ее на Шалину для разбирательства или просто отправит ее тело в плазменную печь вместе с убитыми землянами, и ее пепел будет пятнать поверхность Ильматара еще несколько сотен лет?

Когда одна из Стражей нашла ее, Тижос покорно последовала к разрушенному селению, где Ирона и остальные что-то искали в руинах. В воде висела неулегшаяся взвесь: казалось, что все покрывает плотный туман.

Капсула подъемника лежала на боку, открывая разверстое входное отверстие, и ее заполняла вода. Передняя половина аборигенной постройки разрушилась, и Тижос увидела, по крайней мере, четыре трупа ильматариан, раскиданных взрывом. Она не знала, были то союзники Ироны или те, что помогали людям.

– Ты проиграла, – сказал Ирона, заметив ее. – Нам осталось собрать артефакты землян и записи аборигенов, потом мы вернемся на базу и закончим ее демонтаж.

– Я свидетель этого преступления, – угрюмо ответила Тижос. – Я уведомлю Согласие о том, что вы сделали. Скажи, велишь ли ты Стражам убить и меня тоже. Я хочу это знать.

– Не вижу необходимости в дальнейшем насилии, – бросил Ирона. Даже не чуя его запаха, Тижос поняла, что он испуган. – Теперь эта планета в безопасности. После того как мы доставим тебя домой для разбирательства, я планирую возглавить экспедиции против остальных баз и колоний землян. Надеюсь, больше никого не придется убивать.

Тижос не ответила. Она сидела среди обломков, пока другие продолжали поиски. Стражи выглядели измотанными после долгого плавания и битвы. Наконец даже Ирона это заметил и объявил перерыв.

– Два часа на отдых и питание, потом мы возобновим работу.

Стражи собрались в эпицентре удара торпеды, где сила взрыва разметала весь мусор, оставив удобное открытое пространство. Они попадали на дно и безвольно лежали там, точно спящие люди.

Ирона подошел к Тижос и сел рядом.

– Я хочу, чтобы ты пообещала не пытаться бежать. Иначе мне придется снова тебя связать.

– Мне некуда бежать, – ответила она. – Предлагаю вернуться на базу и позволить Стражам восстановиться и отдохнуть. Привести сюда рабочую группу, чтобы вычистить человеческие артефакты, можно позднее.

– Мародеры могут появиться прежде. Я считаю, лучше будет убрать все сейчас.

– Скажи, что ты собираешься со всем этим делать?

– Мусоросжигатель на поверхности уничтожит все. Золу мы развеем и увезем недогоревшие части. Никаких следов инопланетного вмешательства не останется.

– Ты мог бы сохранить записи аборигенов. Они мало весят и позволят обогатить наши знания об этой цивилизации.

– Нет, – ответил Ирона. – Они будут искушать тебя и тех, кто думает так же, как ты. Вы пожелаете узнать больше. Сначала зонды, потом пилотируемая экспедиция. Там, куда доходят исследователи, вскоре появляются завоеватели и эксплуататоры. Мы можем избежать моральной вины, только оставаясь дома, на родной планете, в пределах наших сообществ.

У Тижос не было на это ответа, она чуяла запах собственной тоски и отчаяния. От мысли о возвращении на Шалину и жизни в Согласии, разделявшем идеи Ироны, хотелось умереть.

Вероятно, она сможет сопровождать пленников-людей на Землю. Если, конечно, Ирона намеревался отправить их домой.

– Что будет с пленными? – спросила она.

Ирона не ответил. Тижос взглянула на него и увидела, что он завороженно смотрит, как в воде клубится какое-то темное вещество. Еще через мгновение она поняла, что вещество выходит из дыры в скафандре начальника чуть ниже шлема: из нее высовывалось острие с мелкими зазубринами. Прямо на глазах Тижос оно скользнуло обратно в дыру, а Ирона упал на бок в облаке крови и пузырьков воздуха.