Цветущий ад #2 - Сергей Владимирович Руденко

Остановившись у высоких, плотно прикрытых ворот, я осмотрелся, и чисто наудачу дернул одну из створок. Она послушно распахнулась, даже не скрипнув деревянными, но обильно смазанными петлями. Судя по всему, вытапливали смолу в Норфолке не только из своего «соевого бамбука».

Опередив меня на самую малость, торговец неожиданно мощно откинул створку, и торопливо вошел внутрь, явно пытаясь быть как можно полезнее. Его «граммофон» снова работал, только на этот раз я далеко не сразу понял, о чем это:

— О, а ты что здесь делаешь? Ополчение же по домам разбрелось…

Войдя внутрь плечом к плечу с Прапором, наши взгляды уперлись в растерянно замершего с мушкетом наперевес мужика. Он переводил обалдевший взгляд с нас на нашего проводника и, по-моему, именно благодаря непрерывно льющемуся в его уши потоку, ни как не мог сообразить, как же ему сейчас быть.

— Привет! — мои собственные слова заставило ополченца на секунду перевести взгляд на меня, и «зрачок» его мушкета тут же уставился мне в лицо.

Я оцепенел, но Прапору, наверное, растерянность в принципе была не свойственна. Ни на йоту не изменив ни скорость, ни манеру двигаться, он неторопливо и равнодушно приблизился к ошарашенному англичанину и одни точным ударом в челюсть просто потушил сознание часового — ни кем другим этот парень быть не мог.

Спокойно спеленав и заткнув ему рот, он закинул свою добычу на плечо, и так же молча покинул дворик. Мне оставалось только аккуратно взять растерянного торговца за плечо и утянуть его наружу, жестом запретив открывать рот.

Поспешно вернувшись в нашу высокотехнологическую телегу, мы ощетинились стволами и «рванули» к ближайшему повороту, на случай если сейчас выскочат враги, и примутся в нас палить, но все обошлось. А раз прямо сейчас в нас никто не стрелял, стоило сначала попытаться разобраться…

Пару минут спустя мы завернули в первый попавшийся глухой проулок без окон на улицу, разослали по паре стрелков в одну и другую сторону, и принялись выяснять, что тут за сюрприз, и кто именно нам его подготовил. Но начал я с вопроса попроще:

— Что ты делал у входа на склад? И не переживай, мы уже знаем, что там внутри была засада. Так что не советую запираться…

— Теперь-то что… — грустно вздохнул сверкающий недавно полученным «фонарём» пленник. — Когда вы вошли бы внутрь, я должен был распахнуть дверь, чтобы осветить проход для наших стрелков. Почему-то на двери не было ни ручки, ни защелки, и ее приходилось держать снаружи. А из-за необходимости открыть перед боем, еще и подпереть нельзя было. Страшно скрипучая тварь…

— А кто именно ждал нас внутри?

Англичанин снова не стал запираться. Он тут же выложил, что на нас устроили засаду почти полсотни бойцов из команды захваченного рейдера и некоторые люди капитана местного ополчения. Что особенно примечательно, последний был человеком.

Удивившись, конечно же, я поинтересовался: а чего мол, он такой беспокойный? И вот тут всплыл факт, что мы, оказывается, упали прямо на его дом, а та баба на кухне — которую выпотрошили еще до моего возвращения в сознание — его жена. Любимая…

— О, так получается, что дальнейшему грабежу крышка… — я ехидно уточнил. — И все из-за пары ушлепков, которые очконули бабу с половником…

Взгляды уцелевшей половины первого отделения заерзали.

— Капитан, парни были в своем праве… — попытался заступиться за подчиненных свежеутвержденный капрал, но Прапор резко оборвал его.

— Уж нам-то «не звизди»! Я парней расспросил: просто симпатичная тёлка была, вот ее и прирезали. Она и схватилась-то за свой половник, только когда «твои» попытались ее прижать!

Дождавшись паузы и убедившись в отсутствии желания оправдываться, я уточнил:

— А где ее Зерно?

— Вот оно, я не забыл захватить его с собой… — словно бы хвастаясь, процедил сквозь зубы один из десантников — невысокий, но массивный чувак с застарелыми следами подростковых угрей или чего-то похожего на лице.

Молча забрав у него Зерно, я обернулся к нашему пленнику.

— Иди к своему капитану, но расскажи сначала лишь то, что мы уже знаем о засаде и в нее не пойдем. Возможно, даже еще и обстреляем их. Потом, когда он останется один, расскажи о том, что я готов вернуть ему жену. Без выкупа…

— Сэр, а как же я? — голос торговца был исполнен ужаса.

— Хм, а ведь, правда…

Едва я глянул в глаза Прапору, как тот совершенно спокойно ударил неизвестно откуда взявшимся стилетом часового в висок и аккуратно уложил его на землю, прикрыв лицо тряпицей. Тело все еще подёргивалось, но я благодарно кивнув, уже обернулся к торговцу:

— Что передать, ты слыша. Только я тут еще подумал, что после капитана тебе надо сходить в замок. Скажи вашему графу, что если к полудню я не получу ста бочек топлива и двадцати пяти ящиков патронов — ну, или что-то близкое по значению — то мы сожжем все, до чего дотянемся!

— Конечно, сэр! Все обязательно исполню в лучшем виде!

— Ты уж постарайся… — я не собирался пугать англичанина, но прозвучало неожиданно угрожающе. Внутренне я был недоволен, что пришлось убить парня.

Полминуты спустя наш посланник скрылся среди домов на подгибающихся ногах.

* * *

Поспешно вернувшись на корабль, мы принялись ждать новостей.

Я поднялся в рубку управления, а наша куцая команда расползлась по судну, поделившись на дежурную и отдыхающую смены. Долго ничего не происходило, и в какой-то я уже был готов снова взлететь, чтобы обстрелять город, но тут один из двух вестовых ударил в сигнальный колокол левого борта. Подбежав к соответствующей стороне, удалось рассмотреть одинокую фигуру в кирасе и каске с широкими полями.

Несколько минут спустя я поманил гостя в приоткрытую дверь. Его обыскали, и мы молча расселись в одной из ближайших свободных кают нижней палубы.

— Здравствуй! Ты местный капитан?

— Да, — сухо подтвердил гость.

— У меня не очень доброжелательное отношение к людям, что служат тварям, тем более так, как ты, но все равно прими мои соболезнования. И вот, возьми! — передав Зерно, я указал на дверь.

— И все⁈ — искренне поразился он.

— А чего ты ждал? Я же тебя именно за этим позвал…

Дойдя до двери, капитан обернулся и уточнил:

— Я так понял, что это была случайность?

— Хотел бы согласиться, но