Цветущий ад #2 - Сергей Владимирович Руденко

— И чего тут за самоуправство? — хмыкнул я, больше иронизируя, чем и впрямь негодуя.

— О, командир, тебя разве Лёха не нашел? — вопросом на вопрос ответил мне боцман.

— Нашел, но я его, по-моему, немного заболтал, так что никаких вариантов он не озвучил. По крайней мере, об этом вот…

— Мы хотим по их замку бахнуть! Один из пленных говорит, что у них есть два десятка каких-то новых очень дорогих, но охренеть каких мощных снарядов под главный калибр… — Ромка выжидающе замолчал.

— Ну, бахнуть — это ведь такаю штука, что соблазну и впрямь трудно противостоять, — улыбнувшись, я уточнил. — Считайте, что я оценил силу вашего терпения, так что не стану отговаривать, бахайте! Даже если он очень-очень дорогой…

Народ с восторженными криками принялся суетиться и пихать в зарядную камору внешне почти такой же заряд, как и обычный, но безусловно заметно тяжелее, потому что транспортировали его с помощью специальной лебедки.

— Только давайте за остальными пошлем? Раз это для удовольствия, то нехорошо кайфовать втихаря…

Возражений ни у кого не было, поэтому послали двух бойцов за ними, и некоторое время ждали. Сначала ждали Прапора и его бойцов, потом — Лёху и подранков. В общем, только минут через двадцать башня снова стала напоминать бочку с сельдью. Народ жался к смотровым щелям, старясь не упустить взглядом местный «Капитолий», точнее — Букингемский дворец.

Ромка глянул на меня вопросительно, я кивнул, и пошутил:

— Ну, давай-ка постучимся в эту избушку… — в ту же секунду громыхнул выстрел, а в башне снова испарилась ощутимая часть кислорода.

Глава 22

Все смешалось в Бледном Доме!

День 86, время к вечеру

Оказалось, что для 305-мм орудия расстояние в километр — это тоже «практически в упор». Джон и сейчас умудрился попасть, да еще и с минимальным отклонением.

— Мм-м-м… — уважительно и единодушно промычала команда, потому что издавать крики в первый момент мешали проблемы с кислородом, но восторг было в себе не удержать. — Чертов виртуоз!! Мужик, да ты красава! Браво… — посыпалось со всех сторон.

Наш «иностранно подданный» продолжал изображать приложение к пушке и пытался сохранить бесстрастный вид, но в последнее время англичанин явно успел нахвататься русских слов и неплохо понимал большинство выкриков.

Время от времени его лицом пыталась завладеть преисполненная самодовольства улыбка, но господин Старший матрос пока еще держался. Наблюдать за этой борьбой было почти так же забавно, как и созерцать последствия самого выстрела…

Нет, резиденция местного графа осталась стоять на своем месте, но теперь довольно изысканный четырехэтажный замок-башня был украшен новой архитектурной деталью: отверстием по диагонали — сквозной дыркой длиною с третьего до первого этажа включительно.

К сожалению, не смотря спущенные паруса, корпус рейдера был слишком большим, и нас ощутимо подгоняло по ветру. Уже спустя полминуты внутрь было не заглянуть, но в остальном — замок выглядел «почти как прежде». Только из свежеобразованного отверстия курил еле заметный дымок, но — судя по цвету — ничего серьёзного там не горело. Как минимум пока…

— Капитан, давай еще⁈

— Мужики, ну вы как дети, большие, злые дети… — хмыкнул я, однако все же кивнул. — А, давайте!!

— У-у-у-у!!! — восторженно отозвался народ, и новый спецснаряд был мгновенно извлечен из хранилища, помещен в лебедку и уверенно поплыл к орудию, подгоняемый почти десятком рук.

Но прежде чем очередная плюха добралась до зарядной каморы, над городом разнесся какой-то странный гул. Он повторился еще дважды и только потом кто-то сообразил, что это — скорее всего труба. Только какая-то небанальная, раз даже мы ее расслышали на высоте почти в две сотни метров.

— Сэр, не нужно стрелять! — неуверенно прокомментировал звуки Джон. — Они…как бы сдаются, только не совсем…

Второй раз за последние полчаса англичанин стал объектом всеобщего внимания, но все равно разволновался и из-за этого объяснял не совсем понятно, даже на английском. Ну, или он и сам не до конца понимал то, о чем именно шла речь.

Минут через десять, выслушав все сбивчивые пояснения, я задал еще пару уточняющих вопросов одному из пленников, которого снова специально привели, и только после этого появилась надежда, что понял, о чем идет речь.

— Так о чем он? — ретранслировал Прапор, всеобщее недоумение.

— Мужики, пока еще не до конца уверен, но вроде как эти звуки означают, что они сдаются. Только не прямо «на милость победителя», а лишь частично. Горожане оставят себе оружие, но готовы прекратить сопротивляться, если мы удовольствуемся грабежом, и не станем громить само поселение, ловить и резать его жителей…

В бронебашне наступила задумчивая тишина.

— Звучит вроде неплохо… — добавил я недоумения в голос.

Длинная и томительная паузу тянулась, а лица парней выражали при этом, разные степени смущения. И не только парней. Наша Анка-санитарка показала себя боевитой и одновременно разумной, вперед не лезла, но когда нужно было — с готовностью рисковала. Сейчас же она, как и остальные, вела себя однозначно непонятно.

«…И чего это мы не радуемся?»

Еще мгновение назад мне было до слез жалко жечь снаряды на обстрел города, который нам, в сущности, не был нужен. Поражало желание парней тратить снаряды, хотя они не могли не осознавать, какая ценность на это расходуется. Но происходящее сейчас действительно удивило, потому что поначалу я думал, что команда просто пытается осознать озвученную версию, но в этот момент вдруг осознал:

«…Блин, они же мстили местным этим обстрелом за их благополучие и готовность подчиняться упырям, а сейчас стесняются спуститься и посмотреть им в глаза⁈ Фигня какая-то…»

Из изначального отряда в два десятка бойцов, трех парней мы уже потеряли убитыми и трех — раненными, при этом двое из подранков — были неходячих. Да, огромный корабль был сказочной добычей, но аппетит — приходит во время еды.

Во время недолгой экскурсии по Норфолку, команда успела рассмотреть, что местные живут несравнимо богаче, поэтому надежда пограбить здесь, не могла не жить в глубине их душ. Но внизу бродило не меньше 70–80 человек ополченцев и уцелевших членов команды рейдера, способных без особого труда лишить нас возможности добыть хоть что-нибудь. И тут такая неловкость…

«…Все-таки надо же, какая штука с вами, ребята. Вы же друг друга режете, чуть ли не каждый божий день, и тут такое… — догадка казалось мне вроде и логичной, и одновременно полным