Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

Меня передёрнуло. Час от часу не легче. Майор Артон являлся начальником отдела по расследованию служебных преступлений. И славой успел обзавестись крайне неприятной. Насколько мне было известно, тот, кто попадал к нему в качестве обвиняемого, чистым уже не выходил.

— Да ладно, не трусь, — оспорил мои подозрения Ровер. — Если ни в чём не виновата, значит, разберутся и обвинения снимут. Но к Артону идти надо. Сама же понимаешь, что будет, если окажешь сопротивление. Вот тогда свободной из участка точно уже не выйдешь.

В этих словах был резон; меня лишь пугало, что из участка свободной я могу не выйти и в том случае, если к Артону пойду. Но спорить действительно смысла не имело.

— И что, так‑таки обязательно в наручниках? — попробовала придраться хоть к чему‑то я.

— Приказано в наручниках, — равнодушно пожал плечами Ровер.

Я, скрепя сердце, протянула ему руки. Браслеты защёлкнулись на запястьях. Что‑то подсказывало: быстро и безболезненно это не разрешится. Хотелось бы верить, что во мне говорила сейчас неоправданная паника, а не хвалёная интуиция тёмных…

В кабинете уже присутствовало несколько человек. По — видимому, допрос в присутствии свидетелей намеревались начать без промедлений. Майор Артон сидел перед своим рабочим столом. Не за столом, а именно перед ним, выдвинув круглое кресло так, чтобы оказаться ко мне поближе. Вид майора, хоть и вполне довольный, оптимизма не внушал. Квадратный подбородок, крупные черты лица, и, по контрасту, маленькие глазки, которые взирают на меня с интересом. Но это интерес ребёнка, желающего посмотреть, как станет вести себя муха, когда у неё оборвут крылышки. Мне стало совсем не по себе.

С трудом оторвав собственный взгляд от маленьких глазок, осматриваю комнату. С чувством облегчения обнаруживаю Уилфорта, стоящего, скрестив руки на груди, чуть позади стола. Стало быть, его уже уведомили об обвинении. Отношения у нас, конечно, непростые, а в последнее время между нами и вовсе пробежал холодок, но, несмотря на это, я была почти уверена, что капитан примет мою сторону.

Кроме Артона и Уилфорта, здесь находилась ещё пара человек, знакомых мне лишь смутно и главным образом визуально, но один из них, кажется, был довольно‑таки большой шишкой. А вот Дедушки, увы, не было. Мне припомнилось, что, кажется, он в отъезде и вернётся не раньше, чем через неделю. Ровер остался поджидать у двери, пристроив у себя на поясе мой арбалет, который конфисковал во время 'ареста'.

— Сержант Рейс? — чуть лениво произнёс Артон, разглядывая меня всё с тем же любопытством юного садиста. — Вы знаете, по какой причине оказались здесь?

— Нет, — уверенно ответила я, сочтя правильным проигнорировать данный Ровером объяснения.

Из них в любом случае ничего не понятно.

— Вот как? — Судя по всё тому же обманчиво благодушному взгляду, он ни на грош мне не верит. — Скажите, сержант Рейс, как давно вы знакомы с Дунканом Веллореском?

С Дунканом Веллореском? А этот здесь причём? Не знаю, почему, но я бросила мимолётный взгляд на Уилфорта. Тот по — прежнему держал руки на груди и был сама холодность.

Дункан Веллореск… Я задумалась, пытаясь высчитать ответ на заданный вопрос. Считать получалось из рук вон плохо. Сознанием медленно, но верно овладевала паника, и мысли метались хаотично. При таком раскладе вспомнить, сколько именно прошло времени с момента нашего знакомства становилось практически нереально.

— Вы сами не знаете, как давно познакомились? — изогнул брови Артон, всем своим видом демонстрируя, что совершенно мне не доверяет.

— Несколько недель назад, — поспешила ответить я. — Кажется, чуть больше двух недель. — Мы познакомились, когда я расследовала дело о смерти его сестры.

— Очень хорошо! — воодушевился майор.

Я мрачно взирала на него, пытаясь понять, что именно так его обрадовало. То, что я вспомнила сроки? То, что я расследовала это дело? То, что мы познакомились именно тогда?

Как оказалось, последнее было ближе всего к истине.

— О чём вы разговаривали с Дунканом Веллореском во время первого посещения его дома? — продолжил расспросы Артон.

Вот тут, к счастью, раздумывать не пришлось.

— Ни о чём, — мгновенно откликнулась я. — Допрос вели стражи из отдела по расследованию убийств. Я с Веллоресками в тот день не общалась.

— Значит, не с ним самим, а с кем‑то из его приближённых или слуг, — безразлично отозвался Артон.

Хотелось сказать, что не было и такого, но я вспомнила Беллу.

— Исключительно о деталях расследуемого дела, — твёрдо заявила я.

Не помогло.

— В этом я даже не сомневаюсь, — важно кивнул майор и взял в руки какой‑то исписанный мелким почерком лист. Донос, что ли? — Вот здесь сказано, — голос из благодушного и чуть насмешливого превратился в суровый, — что вы получили от Дункана Веллореска взятку, взамен согласившись вывести его из расследуемого дела, вместо этого сконцентрировав внимание на его брате.

— Что? — Я даже не столько возмутилась, сколько изумилась. — Но я вовсе не концентрировалась на Свере Веллореске. Первоначально ни Дункан, ни Свер не являлись главными подозреваемыми. Мы вели расследование в разных направлениях, и…

— И Дункан Веллореск так и не получил должного внимания как главный наследник убитой девушки, — жёстко завершил Артон.

— Расследование проводилось совершенно непредвзято, — заявила я, пытаясь хоть немного утихомирить ту эмоциональную бурю, что овладела сейчас моей душой.

Снова покосилась на Уилфорта, но он по — прежнему молчал и вообще стоял неподвижно, словно памятник самому себе.

— Неужели? — Снова насмешка. Артон явно вознамерился поразвлечься за мой счёт. — А вот мне поступила совершенно иная информация.

— Постойте… — Я мотнула головой, встряхивая застоявшиеся от шока мозги, — что же, дело Веллоресков будет пересматриваться? Вы подозреваете Дункана в причастности к убийству?

— Пересматриваться? — без особого интереса переспросил майор. — Вряд ли. — Даже если Дункан Веллореск и был замешан, за истекший срок — кстати сказать, это не две недели, а три, — он наверняка сумел уничтожить все следы. К тому же он уже вступил в права наследования, так что теперь это уважаемый дворянин, к которому совсем нелегко подступиться. Вашими стараниями, — добавил он, послав мне совсем не чарующую улыбку. — Полученную взятку вы отработали хорошо. И, наконец, Свер Веллореск всё же признался в совершённом преступлении. Возможно, они с братом были заодно, но не исключено также, что Дункан чист.

— Не понимаю, — честно сказала я, — если дело не будет пересматриваться, и вы не считаете Дункана виновным, в чём заключается моя вина?