Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

— Какую именно? — уточнила она.

Я призадумалась.

— Главным образом контакты. Базовая информация о родственниках и друзьях. Круг общения. Имена людей, с которыми поддерживает связь.

Я стянула пару чистых листов с красовавшейся на стойке стопки, взяла перо и приготовилась записывать.

Делия не стала никуда уходить, чтобы собрать нужную мне информацию. Да, у неё за спиной возвышались многочисленные полки с отчётами, докладами и данными, но необходимость обращаться к ним возникала крайне редко. Ибо Делия являлась высококвалифицированным архивариусом, а это означало, что она обладала соответствующим даром тёмной магии. Маги с её способностями умели воздействовать на собственный мозг, точнее сказать, на его отдел, ответственный за память. Благодаря этому дару они были способны запоминать многочисленные страницы текста, лишь один раз мельком на них взглянув. Причём запоминали чисто визуально, понятия не имея, что именно там написано. Зато, как только в этом возникала необходимость, они вызывали в памяти нужную страницу и читали с неё, как с бумаги. Говорят, что именно таким талантом обладала жена Александра Уилфорта, успешно пользовавшаяся своими способностями для шпионажа на благо Тёмного Оплота. Всё это, ясное дело, до тех пор, пока она не сошлась с человеком, которого прежде считала злейшим врагом тёмных. В союзе с которым они, собственно говоря, и добились Воссоединения.

Я быстро водила пером по бумаге, фиксируя наиболее важную информацию. Главным образом — имена людей, через которых теоретически можно было бы эту самую информацию раздобыть. Больше ничего полезного всё равно не было. Я исписала уже два листа и заканчивала третий, когда вдруг из потока ничего не значащих фамилий сознание выхватило 'Дункан Веллореск'. Так бывает, когда, не обращая никакого внимания на звучащий поблизости разговор, вдруг реагируешь на звук собственного имени.

— Дункан Веллореск? — переспросила я. — В какой он категории? — Я спрашивала и одновременно проглядывала собственные записи, ища в них ответ. — Приятель?

— Скорее даже просто знакомый, — ответила Делия. — Есть общий круг общения. Встречаются на раутах, приёмах, празднествах.

— То есть близкими отношения назвать нельзя, но, во всяком случае, они знакомы и вертятся в одном кругу, — пробормотала я, рассуждая вслух.

— Пожалуй, так, — безразлично кивнула Делия.

— Отлично. Спасибо! С меня пирожное!

И я стрелой вылетела из архива.

Несмотря на то, что уже вечерело, я, не откладывая, отправилась в уже знакомый особняк. Без предварительного предупреждения, конечно, но меня приняли. Привратник пропустил сразу, и я подождала в холле, пока лакей докладывал о моём появлении хозяину. Поздоровалась с проходившей мимо Беллой.

Дункан Веллореск сам вышел мне навстречу.

— Госпожа Рейс, очень рад вас видеть! — воскликнул он, как мне показалось, искренне. — Прошу вас, проходите.

Мы вскоре оказались в гостиной, обставленной в синих тонах. Цвет, способствующий успокоению. Слуга налил нам вина; я не стала отказываться, хотя злоупотреблять не собиралась.

— Мне ведь так и не довелось поблагодарить вас за помощь Розалинде, ну, в деле того афериста, — покаянно произнёс он.

— Ничего страшного, — отмахнулась я, — мы с коллегами просто выполняли свою работу.

— Вовсе нет, — возразил Дункан. — Я отлично помню и то, что преступление произошло не на вашей территории, и то, как рассердился по этому поводу ваш начальник.

— По этому поводу можете не беспокоиться, — заверила я. — Между прочим, за арест того афериста наш участок был отмечен самим мэром Тель — Рея. Полковник получил какую‑то там грамоту, а сотрудники нашего отдела — денежную премию. Так что это скорее мне впору благодарить вас

— Это довольно своеобразный вывод, — ухмыльнулся Дункан.

— Ну ладно, в таком случае, давайте считать, что мы квиты, — с ответной улыбкой предложила я.

— Давайте. — Он отпил немного вина и посмотрел на меня поверх бокала. — Итак, что привело вас сюда, госпожа Тиана? Не поймите меня неправильно, — поспешил пояснить он, — лично я был бы счастлив, если бы просто зашли чтобы попить вина и побеседовать о жизни. К примеру, об особенностях тёмной магии и её роли в магических технологиях. Не сомневаюсь, что с вами было бы интересно поговорить на эту тему. Но, полагаю, цель вашего визита в другом?

— Вынуждена признать, что да, — склонила голову я.

— Я вас слушаю, — сказал он с самым что ни на есть серьёзным видом.

Ну что ж, в таком случае, буду сразу брать быка за рога.

— Видите ли, господин Веллореск, я бы хотела задать вам несколько вопросов про одного вашего знакомого.

На лбу Дункана появились морщины, плечи опустились, и вообще настроение заметно испортилось.

— Вы имеете в виду моего брата? — уточнил он.

— Нет! — Я активно замотала головой. — Нет — нет, этот разговор никак не касается ни вас лично, ни того дела, которое мы расследовали в своё время в вашем доме.

Мои заверения заметно его успокоили.

— В таком случае кто же вас интересует? — осведомился он с облегчением, практически гарантировавшем готовность помочь.

— Адан Гарден, — сообщила я.

— Адан Гарден?

Судя по интонации, имя не так чтобы было Дункану незнакомо, но прозвучало в данном контексте неожиданно.

— Да, — кивнула я.

Дункан пожал плечами — дескать, если это именно то, что мне нужно, так почему бы нет? — и поинтересовался:

— А что конкретно вы бы хотели о нём узнать?

Я решила, что в данном случае оскорбления в лучших чувствах не последует, поэтому сказала напрямик:

— Меня интересует всё, что может связывать этого человека с тюрьмой или нарушителями закона. Пожалуйста, не удивляйтесь. Я знаю, что сам он никогда в тюрьме не сидел, и то же самое можно сказать о его родственниках. Но, может быть, кто‑то из друзей, приятелей, старых или новых знакомых? Может быть, не отбывал срок, но выступал в каком‑нибудь расследовании в качестве подозреваемого? А может, ситуация и вовсе иная: к примеру, лорд Гарден посещал одну из тюрем в качестве представителя какой‑нибудь комиссии, или для допроса свидетеля? Или кто‑нибудь из его родственников служит директором тюрьмы? Словом, всё, что угодно, что могла бы связать его с этой сферой?

Дункан задумался, и в выражении его лица снова проявилась напряжённость.

— Я не очень близко знаком с Аданом Гарденом, — медленно проговорил он, — хотя, не скрою, встречаю его достаточно часто, и у нас немало общих приятелей. Насколько известно лично мне, ответ на все приведённые вами вопросы — 'нет'. Я ничего не знаю о какой бы то ни было связи между Гарденом и тюрьмой или преступностью.