Странствие Сенора - Андрей Дашков

Внутрь Суо, Не Имеющего Пола, попал спертый воздух, а вскоре Холодный Затылок с ужасом ощутил, что вообще не дышит. Последовал затяжной кошмар удушья, какая-то безболезненная агония. Но смерть все не наступала… Тени невнятных ожиданий проносились сквозь сознание. Тело оказалось подвешенным в упругой среде, которая заставляла двигаться конечности. При этом Сенор чувствовал себя так, словно его облизывали бесплотные, но настойчивые языки. Вдобавок карлик немало досаждал ему, сжимая шею уродливыми ручками, и щекотал жесткой бородой ухо…

Трудно было поверить в то, что снаружи муляж Суо может представлять собой прекрасное и соразмерное тело. Приглушенные звуки доносились до слуха Сенора, будто он находился глубоко под водой. Он не мог сосредоточиться. Спустя некоторое время уже тысячи неясных желаний и страхов раздирали его на части. Растревоженный рой теней всех когда-либо умерших и растворившихся в Суо, носился вокруг, а потом человек из Кобара стал частью этого роя.

Словом, внутри Существа из Мертвых Времен было не слишком уютно. Сенор ощутил мелкую дрожь скрюченных ручек и понял, что карлику тоже приходится несладко…

Но тут какая-то сила принудила Люстига открыть рот, хотя сейчас превращенный явно не был расположен к разговорам. Из его глотки вырвались хриплые звуки. Они вышли наружу сквозь тело Суо и составили фразы на ксантрийском языке, произнесенные женским голосом. Должно быть, со стороны это выглядело так, будто Эрлана, Обрученная Со Смертью, отдавала приказы замковой страже.

Та же сила подняла руку Сенора, подтолкнула его вперед, и, подчинившись ей, он сделал несколько шагов. Меч тоже оказался внутри Существа Суо; Сенор нащупал рукоять и вложил клинок в ножны. Каждое движение давалось удивительно легко. Это были необычные и в чем-то даже приятные ощущения. Словно возвращение в лоно Праматери, каким его рисовали кобарские мифы…

Холодный Затылок расслабился, пока Суо манипулировало его туловищем и конечностями. Пуповина запредельного покоя и темного уюта связала человека с Существом, Не Имеющим Пола, но почти сразу же и оборвалась. Противоестественное слияние оказалось недолгим. Заплатить за него пришлось очередным разочарованием. Нечто похожее Сенор испытывал, бывало, в постелях кобарских женщин, когда после минутного удовольствия начинал ощущать тоску, одиночество, смутную угрозу…

Сожаление и страх, которые охватили его, означали, что он снова был предоставлен самому себе – будто рождался на свет, отягощенный неведомыми преступлениями и сознанием вины. Фальшивое тело Эрланы было сброшено, как змеиная кожа; невидимые языки обласкали лицо в последний раз и пропали. Темный смерч подхватил вывернутую наизнанку и потерявшую форму оболочку. Затем она опять плавно сомкнулась – уже в другом месте; легкая рябь пробежала по безликой плоти, превратив ее в лицо Человека Мизинца Суора.

Судорога потрясла Незавершенного; легкие снова наполнились воздухом…

Что-то коснулось спины ледяными пальчиками…

В замешательстве придворный Башни осознал, что случилось непоправимое – он навсегда оставил некий нестираемый отпечаток в Существе из Мертвых Времен. Оно сделало слепок человеческой сущности, похитило частицу души. И когда-нибудь Сенора посетит некто – чтобы потребовать услуг, о которых он сейчас даже не подозревал. Этот извращенный долг не сблизил их ни на шаг – наоборот, человек ощутил лишь отдаленную и пока неразличимую в дымке будущего опасность…

Сенор отдал должное хитрости Суо.

Оно умело создавать себе слуг.

Но в конце концов это было лучше, чем плен или смерть в Шаарне.

Глава шестая

Конец Хошинхо

Они спустились в полутемный подвал, который представлял собой полую каменную сферу, и в самой нижней ее точке Сенор увидел то, что вначале показалось ему бесформенной скалой.

Он использовал магическое зрение, и скала превратилась в гигантскую статую из коричневой глины; затем в ней явственно и резко проступили черты огромного Шакала. Это было изображение Бога На Четырех Ногах, сидящего на задних лапах.

Несколько длинных наклонных желобов торчало из отверстий, проделанных в глине. Один из них вполне ощутимо отдавал нечистотами.

В ушах Шакала поблескивали два идеально гладких металлических крюка. На обоих были подвешены полусгнившие трупы. Сенор сделал неприятное открытие: в Ксантрии Богу На Четырех Ногах приносились человеческие жертвы.

Воздух вблизи статуи оказался таким, что кружилась голова. Кости тех, кто умирал на протяжении нескольких поколений во имя ублажения кровожадного божества, белели тут же, у задних лап Шакала, а в передних была закреплена клетка с розовыми мышами.

…По преданию, Розовая Мышь являлась ключом к жизни Четвероногого Бога. Любому смертному, попавшему в Ледяную Обитель, Шакал предлагал выбрать единственную из многих тысяч одинаковых мышек. Как видно, у Шакала было своеобразное чувство юмора и он тоже любил поиграть в прятки со смертью. Никому и никогда еще не удалось угадать и таким образом избежать рабства или гибели. Но разве не всех ожидает одинаковый конец?..

Пока Холодный Затылок рассматривал глиняную статую Бога, в темных провалах ее глазниц появились круглые мутно-белые предметы, похожие на глазные яблоки без зрачков. У Сенора сразу же возникло ощущение, что за ним внимательно наблюдают. Он привык доверять своим ощущениям. Но карлик наверняка еще не успел приготовить западню. Более того, он поглядывал на Незавершенного с самодовольным видом, словно преподнес тому неожиданный и чрезвычайно ценный подарок.

Человек Мизинца Суор повернулся и произнес вполголоса:

– Это тюрьма Игама, Замурованного В Глине. Я говорил с ним некоторое время назад. Для меня нет препятствий и не существует непреодолимых стен. – Тут Суор хитро усмехнулся. – Один из нас…

– Нас? – быстро перебил его Сенор.

– Нас, – спокойно подтвердил Суор. – Многие составляют Одно. Разве ты не догадывался об этом? – Лицо Существа, Не Имеющего Пола, на мгновение преобразилось и стало лицом прекрасной женщины с драгоценными камнями вместо глаз, которую Сенор встретил когда-то в Мертвых Временах.

– …Один из нас побывал там, – продолжало Суо и показало на черную нору, из которой торчал длинный изогнутый желоб. – Этот Игам – существо смертное и чем-то похожее на тебя…

В этот момент изнутри статуи Шакала раздался тихий смешок, окончившийся неясным гулом.

Люстиг дернул Сенора за руку, чтобы тот наклонился к нему. Затем зашептал на ухо:

– Игам – больное место короля Гишаарна. Ты можешь воспользоваться этим…