Сага о халруджи - Вера Александровна Петрук

также с легкостью могла получить смертельное ранение осколком копья. Поединки на копьях были скучны, зато бои на мечах давали возможность в полной мере оценить мастерство воинов.

Турнир начался неправильно, потому что Дэйра опаздывала. Платье королевы праздника шилось на Сидию, которая была выше дочери герцога, поэтому Марго со служанками пришлось наспех укорачивать подол, чтобы Дэйра могла ходить. По мнению девушки, платье было похоже на шутовской наряд, так как состояло из тканей трех ритуальных цветов — голубого, белого и пурпурного. Голубой означал возвышенность мыслей, белый — чистоту, а пурпурной — преданность родине. Дэйра предпочла бы облачиться в черное — цвет, идеально отражавший ее настроение.

В крытой галерее, которая вела к трибуне, где сидела ее семья с почетными гостями, подшитый наспех подол оторвался, и Дэйра, которая и так должна была появиться последней, задержалась, пытаясь справиться с нарядом. Она предпочла бы оторвать кусок ткани, но опасалась материнской истерики, которую герцогиня ей бы, наверняка, потом закатила. Да и насмешливые взгляды столичных гостей тоже терпеть не хотелось. На нее и так все будут пялиться. Впервые в истории турниров Эйдерледжа на троне «королевы» будет сидеть столь странная и неподходящая кандидатура. Об этом ей сообщил сегодня едва ли не каждый — начиная от Гарона Шонди и подруг и заканчивая горничными. Кто-то говорил прямо, другие утопали в витиеватых фразах, которые оскорбляли еще сильнее. Дэйра выслушивала каждого, молча улыбалась и откладывала имена обидчиков в памяти — чтобы отомстить, когда у нее будут на то силы и время. Единственным человеком, оставшимся равнодушным к ее роли, был Томас. Накануне турнира брат вообще резко потерял интерес ко всему происходящему и был занят какими-то своими малопонятными Дэйре делами. Нильс бегал за ним, как собачка на поводке, и тоже не обращал на Дэйру внимания. Приравняв равнодушие брата к оскорблению, Дэйра нацепила маску ненависти ко всем собравшимся, но донести ее до трибуны не успела — оторвался подол.

Пока она растерянно глядела на свои коленки, торчащие из-под верхней, короткой юбки, затрубили герольды. Похоже, турнир открывали без королевы. Да и кому она была нужна, когда среди участников — сам Амрэль Лорн. Дэйра со вздохом глянула в окно галереи, раздумывая, что случится, если она все-таки не придет.

Между тем, начиналась ее любимая часть. Вабары, блистающие полным вооружением и доспехами, торжественно проезжали мимо турбин на конях, живописно задрапированных в длинные попоны, расписанные яркими красками, с изображением гербов и девизов. На одних всадниках были накидки из серебристого и малинового бархата, на других — из бархата золотистого и коричневого цветов. Шлемные украшения, которые должен был сбить противник в поединке на мечах, ярко пестрели в осеннем воздухе. Тут были и платки возлюбленных, и перья диковинных птиц, и даже небольшие чучела гербовых животных.

За всадниками, пританцовывая, шла шеренга из младших вабаров в полном боевом облачении. Красивый обычай не только украшал турнир, но и имел целью приучить мальчиков с детства к тяжелому весу доспехов.

Люди восторженно кричали, приветствуя участников, а герольды, надрывая глотки, объявляли правила и ограничения. Ограничений было немного: запрещалось атаковать ноги и правую руку противника, не прикрытую мечом, и очень скоро начали называть имена участников. Как всегда, они были вычурными, смешными и безумно интересными, являясь солью и перцем, придающими турниру особый вкус.

— Альмидор Верный, Фульгинар Бесстрашный, Яростный Дракон, Пальмидас Искренний, — надрывался герольд.

С платьем надо было что-то делать. Если возвращаться назад и переодеваться, то, значит, терять полчаса — быстрее преодолеть все лестницы и добежать до своей башни просто не получится.

— Хлоридан Смелый, Альтомар Кровавый, Термодонт Гневный, Эролин Жестокий, Рыцарь Лебедь!

Услышав последнее имя, Дэйра едва удержалась от смешка. Рыцарем Лебедем себя назвал Томас, и только боги знали, что было в голове у ее брата, когда он выбирал прозвище. Намекал на лебединую грацию? Так, это больше для дам подходит. Впрочем, вероятно, в дам он и целился. При упоминании имени Томаса трибуны взорвались женскими криками восторга. Все дамы «болели» за ее брата.

Дэйра заморгала, переводя взгляд обратно в галерею, и вдруг заметила темную фигуру в плаще, стоявшую у дальнего окна. Человек стоял так тихо и неподвижно, что заметить его было сложно. Дэйра собиралась уже закричать, потому что в этой галерее никто кроме нее и членов семьи появиться не мог — гости попадали на трибуну через другой коридор, но тут поняла, что человек ее не видит. Он стоял к ней спиной и что-то быстро делал руками. В голову поползли совсем нехорошие мысли.

— Амрэль Лорн, — объявил герольд, и на трибунах повисло молчание. К чести королевского брата он не стал настаивать, чтобы его представляли первым — обычно рыцарей называли по порядку, кто первым записался, — однако его имя резало слух слишком многим, чтобы радоваться его участию в турнире.

Дэйре очень хотелось поглядеть, на какой лошади и в каких доспехах выехал Лорн, но все ее внимание занял человек в плаще, казавшийся очень опасным. Однажды, когда Поппи предложила ей носить с собой маленький нож, спрятанный в поясе, Дэйра подняла кормилицу на смех, ведь даже отец не носил оружие, когда был дома, но сейчас слова старой донзарки показались не лишенными смысла. Чего-то все-таки старые люди знают, чего не известно молодым.

Какое-то мгновение она колебалась позвать ли стражу или заговорить с незнакомцем, когда ее увидели. Человек в капюшоне как раз посмотрел в сторону, откуда выезжал Лорн, и заметил Дэйру, стоящую у окна. Реакция была неожиданной. Втянув голову в плечи, он попытался спрятать лицо глубже в тени капюшона, но блокнот и уголь в руках уже все рассказали. Видимо, Томас тоже это понял, потому что с досадой протянул:

— И какого дьявола сюда принесло мою сестрицу, которая должна сидеть на троне королевы, а не шарахаться по галереям, когда турнир уже начался? Нет, правда, что ты здесь забыла?

От неожиданности Дэйра не сразу нашлась с ответом, ляпнув первое, что пришло в голову:

— Платье порвалось, — а уже потом, сообразив, с полным правом перешла в атаку. — Я хоть от своих обязанностей не отлыниваю. Между прочим, на тот самый трон и топала. Но, будь так добр, ответь на вопрос. Если ты здесь, то кто там?

И она указала на Рыцаря Лебедя, который гарцуя, красовался перед зрителями.

Доспехи Томаса Зорта, хорошо знакомые Дэйре, сидели на нем, как влитые. Поверх грудной кирасы, украшенной дополнительными вставками из серебра с изображениями роз и лилий, была наброшена накидка без рукавов из шелка с геральдическими знаками,