Российско-японское противостояние на море. Дуэль флотов и разведок. 1875-1922 - Александр Геннадьевич Зорихин

дня спустя от Като поступила новая телеграмма о том, что 4 канонерские лодки Амурской речной флотилии ушли из Хабаровска на 50км вниз по течению, где якобы будут переданы под начало пленённого в 1914 г. и содержавшегося в лагерях на Дальнем Востоке капитана немецкого лёгкого крейсера «Магдебург» капитана 1-го ранга Рихарда Хабенихта для действий вдоль тихоокеанского побережья[487].

Это сообщение стало последней каплей, переполнившей чашу сомнений командования ВМФ Японии, и 28 июля оно распорядилось образовать на базе 3-й эскадры миноносных сил экспедиционный отряд под командованием контр-адмирала Тадокоро Хироми в составе крейсера 1-го класса «Асо», канонерской лодки «Тихая», 5-го дивизиона эсминцев («Камикадзэ», «Кисараги», «Хацусимо», «Хибики»), 2 минных заградителей и нескольких вспомогательных судов.

29 июля отряд покинул гавань Оминато и 2 августа вошёл в залив Де-Кастри под предлогом защиты проживавших в посёлке японских колонистов. Для перепроверки сообщения вице-консула Исида о нахождении на рейде Николаевска 4 советских канонерок командование отряда запросило местный почтамт через начальника де-кастринского телеграфа и получило отрицательный ответ. Оставив в Де-Кастри крейсер 1-го класса «Асо», в тот же день дивизион эсминцев прибыл на рейд Николаевска-на-Амуре. 7 августа к нему присоединилась канонерка «Тихая». По линии РУ МГШ резидентом в Николаевск 10 августа был назначен капитан-лейтенант Накадзима Киёнобу[488].

Появление на рейде этого порта иностранных боевых кораблей вызвало резкий протест местного Совета. 8 августа туда из Хабаровска прибыла канонерская лодка «Смерч» для разведки обстановки, переговоров с японским командованием и организации партизанского движения. Однако контр-адмирал Тадакоро завил, что будет и впредь находиться в Николаевске для защиты японской колонии. Более того, он телеграфировал в штаб 3-го флота о возможной угрозе его кораблям со стороны сил советской Амурской флотилии. Поэтому 22 августа в Николаевск-на-Амуре дополнительно прибыл 2-й дивизион эсминцев («Нара», «Эноки», «Умикадзэ», «Ямакадзэ»), а пять дней спустя в Де-Кастри появились линкоры «Катори» и «Касима» под флагом командующего 3-м флотом вице-адмирала Арима Рёкицу, в результате чего корабельная группировка империи в Нижнем Приамурье стала крупнейшей по численности из находившихся на российской территории после Русско-японской войны – 2 линкора, 1 крейсер 1-го класса, 1 канонерка, 8 эсминцев и 2 минных заградителя. «Смерч» был вынужден вернуться в Хабаровск, сумев, однако, вывезти 4 120-мм орудия Чныррахской крепости, несколько сот винтовок и 400кг золота[489].

Развёртывание двух корабельных группировок на морском театре в условиях начавшейся интервенции потребовало от командования ВМФ Японии реорганизации их управления и установления разграничительной линии. Приказом командующего 3-м флотом от 10 августа 1918 г., в связи с высадкой японской армии в Приморье для подчинённых ему сил были определены следующие оперативные зоны: 2-му отряду 5-й эскадры (линкор «Хидзэн», сторожевой корабль 1-го класса «Ивами», 25-й дивизион эсминцев)– район к западу от 140 градуса восточной долготы с базированием на Владивосток; 3-й эскадре миноносных сил (без 25-го дивизиона)– район к востоку от 140 градуса восточной долготы с базированием на устье р. Амур. Группировками командовали соответственно контр-адмиралы Като Хирохару и Тадакоро Хироми, а для оценки обстановки в Приморье выехал сотрудник 3-го отделения МГШ контр-адмирал Танака Котаро[490].

Благодаря прибытию 12 августа во Владивосток 12-й пехотной дивизии белочехам удалось сломить сопротивление советских войск на Уссурийском фронте, и 4 сентября отряд И.П. Калмыкова при поддержке японцев захватил Хабаровск. Советское командование эвакуировалось в Благовещенск. 26 августа пала Чита. 9 сентября 2 роты японских морских пехотинцев разоружили красногвардейский отряд в Николаевске.

В преддверии занятия Хабаровска 3-е отделение МГШ подготовило 1 сентября 1918 г. «Таблицу российских боевых кораблей и судов на Дальнем Востоке №5». Как отмечала военно-морская разведка, в предвоенный период Сибирская военная флотилия имела 9 эсминцев, однако после перехода части её сил в Архангельск во Владивостоке осталось только 5 – «Беспощадный», «Бодрый», «Бойкий», «Бравый», «Грозный»,– а также 9 из 11 миноносцев – «Сердитый», «Смелый», «Скорый», «Точный», «Твёрдый», «Лейтенант Малеев», «Инженер-механик Анастасов», «Статный» и «Тревожный». Действующих субмарин на Дальневосточном морском театре не было: из 9 предвоенных имелись только 2, которые в нерабочем состоянии хранились у стенки судоремонтного завода и в южной части бухты Золотой Рог. Кроме того, флотилия имела в своём составе вспомогательный крейсер «Орёл», канонерскую лодку «Манджур» и ряд вспомогательных судов. В Хабаровске японцы насчитали 18 канонерских лодок и 10 судов связи. При этом 3-е отделение отмечало, что после революции большая их часть была разоружена, а те, что находились в боеспособном состоянии, оперировали главным образом в районе Николаевска-на-Амуре и на р. Иман. Четырьмя 946-тонными мониторами Амурской речной флотилии якобы командовали немецкие офицеры, и они были укомплектованы бывшими австро-германскими военнопленными. По информации разведки, в августе 1918 г. эти корабли ушли из Хабаровска в Благовещенск[491].

Поскольку Владивосток был захвачен белочехами ещё в июне, непосредственное участие японского флота в интервенции на её первом этапе свелось к сковыванию действий Амурской речной флотилии. Согласно приказу командующего 3-м флотом от 8 сентября 1918 г., контр-адмирал Тадакоро Хироми должен был «нарушить планы противника в Николаевске-на-Амуре, а также, организовав боевую службу как можно большего числа подчинённых эсминцев до Хабаровска включительно, вытеснить противника из бассейна р. Амур и обеспечить охрану данного водного района». Во исполнение этого распоряжения с 16 по 21 сентября эсминцы «Камикадзэ», «Кисараги» и «Хибики» находились в Хабаровске, после чего вернулись в Николаевск. Организацией агентурной разведки в Нижнем Приамурье в интересах 3-й эскадры до начала октября с позиций Николаевска занимался капитан 3-го ранга Икэнака Кэнъити, в то время как капитан-лейтенант Накадзима Киёнобу вернулся в Хабаровск[492].

Кроме того, в конце августа корабли 5-й эскадры приняли участие в белогвардейской экспедиции против советских подразделений в Тетюхэ (Дальнегорске)– посёлке на юго-востоке Приморья, известном своим богатейшим на Дальнем Востоке свинцово-цинково-серебряным месторождением. По просьбе командующего вооружёнными сухопутными и морскими силами Приморской области полковника С.С. Толстова об оказании помощи в очистке Тетюхэ от красногвардейских отрядов контр-адмирал Като Хирохару распорядился погрузить на борт сторожевого корабля 1-го класса «Ивами» русские подразделения, японскую роту морских пехотинцев и 22 августа убыть в пункт назначения. При этом японцы должны были оказывать белым моральную помощь фактом присутствия и только в случае крайней нужды вступить в бой. 24–25 августа «Ивами» в сопровождении ледокольного буксира «Богатырь» обеспечивал высадку русских подразделений в порту Рудная Пристань близ Тетюхэ, но из-за отсутствия сколько-нибудь серьёзного сопротивления красногвардейских отрядов 26 августа вернулся во Владивосток[493].

Что касается руководителя владивостокского разведцентра капитана 2-го ранга Ёнаи Мицумаса, то после принятия правительством Дербера всей полноты власти в Приморье он некоторое время отслеживал происходившие вокруг него