Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

то, что боливийский командующий был противником войны, он быстро оценил стратегическую значимость Питиантуты. Под давлением президента Д.Саламанки было принято решение занять Питиантуту. 11 мая 1932 года небольшой патруль под командованием лейтенанта Эдуардо был выслан из Камачо к лагуне. Он двинулся в направлении найденного О.Москосо озера, которое на боливийских картах оно получило название Лагуна Гранде. Его задачей было найти водоем и построить на его берегу форт. Отряд В.Устареса проблуждал около двух недель по дебрям Чако и безрезультатно вернулась обратно. После этого из Камачо на поиски озера была послана новая колонна в составе 4 офицеров и 25 солдат 5 кавалерийского полка Ланса под командованием самого О.Москосо. 15 июня 1932 года этот отряд достиг Питиантуты. В своих мемуарах О.Москосо и В.Устарес указывают, что в полученном ими приказе отмечалось, что озеро «свободно» от парагвайцев. В случае, если все-таки в районе озера окажется парагвайский пост, командирам обеих колонн запрещалось вступать в бой. Однако в фортине Каньяда 16 июля майора О.Москосо настиг новый приказ командира 4 дивизии полковника Ф.Пеньи «очистить озеро от противника». Впоследствии, будучи в отпуске по болезни, Франсиско Пенья так прокомментировал свой приказ: «Переговоры в Вашингтоне приняли такой оборот, что нейтралы требовали определения четкой принадлежности позиций обеих сторон».

Даже старшие боливийские офицеры были не очень довольны службой, часто испытывали раздражение её условиями и, как правило, придерживались правых взглядов. В этом плане они не отличались от своих коллег в других странах. В Боливии, как и повсюду, молодой офицер, получавший финансовую помощь от родителей был счастлив, особенно в то время, когда его парадный мундир кружил головы девушкам на выданье из соседних креольских семей. Затем следовал краткий период обручения, производство в капитаны, брак. Росли расходы, поскольку статус надо было поддерживать, жалованья не хватало, а наследство надо было ждать. Военное рвение молодости за семейными заботами испарялось. Светский лев бальных залов превращался в помятого жизнью в гарнизонах служаку. Его жена мучилась и старела от постоянного безденежья, завистливо указывая на презираемых им более удачливых штатских. Это было естественно для всех латиноамериканских стран. Для многих капитанов и майоров был один выход из этой ситуации – головокружительная карьера во время войны или участие в пронунсиаменто. Последнее с некоторых пор становилось достаточно опасным: в случае неудачи могла последовать отставка без пенсии, и поэтому для боливийских офицеров был только один выход – небольшая война.

Дислокация вооруженных сил Боливии накануне конфликта со своим южным соседом была следующей:

1 дивизия насчитывала в своих рядах 900 человек. Она имела штаб в Оруро и состояла из 5 полков (2 пехотного Сукре, 2 инженерного Падилья, 1 кавалерийского Авароа и 1 и 3 артиллерийского Камачо и Писагуа);

2 дивизия имела 1250 военнослужащих и размещалась в Ла Пасе. Она имела в своём составе 5 полков (3 и 7 пехотных Перес и Азурдуй, 1 инженерного Пандо, 2 кавалерийского Авароа и 1 артиллерийского Камачо);

3 дивизия насчитывала 1000 человек. Её штаб находился в Роборе. Ему подчинялись 5 полков (1, 8 и 12 пехотных Колорадос, Аякучос и Флорида, 3 и 4 кавалерийских Арома и Ингави) и имела в своём составе отдельную артиллерийскую батарею;

4 дивизия имела 1200 человек и имела штаб в Муньосе. Она также состояла из 5 полков (4, 5 и 6 пехотных Лоа, Камперо и Кампос, 3 инженерного Паукарпата, 5 кавалерийского Ланса) и имела в своём составе отдельную артиллерийскую батарею;

5 дивизия насчитывала 600 солдат. Её штаб разместился в Пуэрто-Суаресе. Она состояла из 3 полков (9 и 13 пехотных Варнес и Куихара, 4 инженерного Санта-Крус) и имела в своём составе отдельную артиллерийскую батарею;

6 дивизия имела штаб в Риберальта. Её 2 пехотных полка (10 Роисиньо и 11 Баге) насчитывали 500 военнослужащих.

Отряд О.Москосо прошёл по дебрям Чако 170 километров, преодолев множество препятствий. Только 14 июня боливийцы вышли к озеру Питиантута в двух километрах от парагвайского фортина Карлос Антонио Лопес. Он состоял из трёх хижин, которые занимали капрал Либорио Талавера и 5 солдат. В 5:30 следующего дня Москосо с двадцатью солдатами неожиданно атаковал малочисленный парагвайский гарнизон. Пять защитников фортина благополучно скрылись в зарослях, а замешкавшийся капрал был убит. Сразу после этого майор О. Москосо послал конного вестового в Камачо с сообщением об одержанной «победе». 17 июня сообщение о занятии Питиантуты достигло Д.Саламанки. Ознакомившись с диспозицией, генерал Ф.Осорио приказал гарнизону Питиантуты перенести свои позиции с восточного берега озера на западный и «ни в коем случае не занимать парагвайских построек». О.Москосо получил строгий приказ приготовиться к обороне и постоянно сообщать об обстановке вокруг озера. Исполняя приказ, майор расположился у северо-восточного берега озера, примерно в миле от парагвайского фортина. Каждый шаг он согласовывал с полковником Э.Пеньярандой. Поставив задачу удержать озеро за собой, боливийское военно-политическое руководство хотело избежать дипломатических осложнений в Вашингтоне, который требовал формального соблюдения международного права. 20 июня генерал Ф.Осорио дополнительно запросил Э.Пеньяранду о расположения боливийского отряда по отношению к парагвайскому фортину. Полковник доложил, что отряд О. Москосо находится на западном берегу озера и не может отступить от Питиантуты, поскольку это единственный источник пресной воды в районе. В докладе он сообщил, что на помощь майору направлен отряд из 2 офицеров и 120 солдат с 4 ручными и станковым пулеметами. Ближайшая его цель – пополнение гарнизона фортина Марискаль Санта–Крус до 5 офицеров и 360 солдат. Согласно данным Генерального штаба, к июлю 1932 года из 5539 кадровых боливийских военнослужащих только 1251 солдат 4 дивизии находились в зоне конфликта. Отсюда следует, что полковник Э.Пеньяранда вводил в заблуждение свое командование, выдавая желаемое за действительное, поскольку отряд в 300 солдат никогда в Питиантуту не мог быть отправлен: в полку Лоа не было стольких боеспособных солдат. Несмотря на несообразность получаемых донесений, которые к тому же было легко проверить, генерал Ф.Осорио в том же ключе информировал своего президента.

Подкрепления из Камачо равномерно прибывали в фортин Марсикаль Санта-Крус, гарнизон которого к 15 июля состоял из 143 солдат и 7 офицеров, вооруженных 2 станковыми и 11 ручными пулеметами. Он был укомплектован подразделениями кадровых пехотных полков 4 дивизии (Лоа, Аякучо, Камперо) и 5 кавалерийского полка Ланса. Такое перемешивание подразделений было свойственно боливийской военной организации. Оно не было изжито в течение всей войны. Это явление определялось местническими интересами политизированных командиров полков и вело к отсутствию внутренней спайки войск во время боя и потере устойчивости войск в бою. Получив поддержку Э.Пеняранды, О. Москосо стал расширять зону военного контроля. Он