Раздельные постели - Лавирль Спенсер

Кэтрин быстро отвернулась. Но эта картина мучила ее до тех пор, пока она не почувствовала, что что-то сжимает ей горло и становится трудно глотать шампанское, которое она поднесла к губам.

— Кто эта девушка с Клеем?

Бобби посмотрела в сторону фойе, и ее улыбка немедленно исчезла.

— Это она, не так ли? — спросила Кэтрин, — это Джил Мангассон.

Бобби слишком быстро повернулась спиной к этой парочке.

— Да, она. Ну и что?

— Ничего.

Кэтрин пыталась, но не смогла не смотреть опять в их сторону. Теперь Клей казался расслабленным, держа одну руку в кармане своих брюк, а Джил взяла его под руку так, что ее грудь спокойно касалась его бицепсов. Она принадлежала к разряду девушек, которые запросто могут позволить себе такое прикосновение. Ее утонченность придавала этому какой-то шик, а не жалкий вид. Теперь к ним присоединился мужчина в возрасте, и Джил Мангассон засмеялась, наклонившись в сторону, при этом не отпуская Клея, и легко поцеловала мужчину в угол рта.

— А он кто? — спросила Кэтрин, стараясь не придавать своему голосу холодный тон.

— Это отец Джил.

Кэтрин почувствовала, как засосало под ложечкой. Жаль, что она стала свидетельницей того, что Джил между прочим прислонилась к Клею в присутствии своего отца и, не чувствуя неловкости, поцеловала Клея, обняв рукой шею. Но Кэтрин удивилась еще больше, когда увидела, что к ним приближается Элизабет Форрестер, и сразу стало очевидным, что Джил Мангассон чувствует себя так же уютно в присутствии старой орлицы, как с бокалом шампанского и новоиспеченным мужем Кэтрин. Недоступная старуха ни капельки не пугала ее. Наоборот, брюнетка взяла свободной рукой Элизабет под руку и очаровательно смеялась над всем, что говорила бабушка Клея. Неожиданно Кэтрин увидела, что старая орлица тоже умеет смеяться…

Она, наконец, отвернулась.

В этот момент Клей поднял глаза и увидел, что Бобби наблюдает за квартетом. Он немедленно вынул руку из кармана, извинился и направился в сторону Бобби и Кэтрин.

— Джил и ее родители как раз уезжают, — объяснил он. Как только слова слетели с его губ, стало очевидным, что объяснения не нужны. Не было никаких объяснений, когда уезжали другие гости.

— Как-то получилось, что Кэтрин не познакомили с Мангассонами.

— О… извини, Кэтрин. Мне следовало об этом позаботиться. — Он неуверенно перевел взгляд с Кэтрин на фойе. Анжела и миссис Мангассон нежно коснулись друг друга щеками, в то время как мужчины пожимали руки, а Джил в последний раз окинула Клея долгим взглядом через пространство, которое их разделяло. Потом они ушли.

— Кэтрин… — начал Клей, но, видя, что Бобби продолжает стоять рядом, сказал: — Извини, Бобби, ладно? — Он взял Кэтрин за локоть и отвел в сторону, чтобы их не могли слышать. — Я думаю, нам пора уходить.

«Конечно, теперь, когда Джил Мангассон уехала», — подумала Кэтрин.

— А может нам следует сначала поблагодарить твоих родителей.

— Я уже это сделал. Сейчас все ждут, что мы незаметно удалимся.

— А как же подарки? — Она схватилась за соломинку и знала это.

— Они останутся здесь. Никто не ждет, что мы сегодня будем благодарить за подарки. Пока они заняты, мы должны просто исчезнуть.

— Мама будет думать… — начала она неубедительно, оглядываясь вокруг.

— Разве будет? — Он видел, как вдруг Кэтрин начала нервничать. — Стив с ней. Он позаботится, чтобы она благополучно добралась домой.

Кэтрин видела, как Ада мило беседует с родителями Бобби и Клея. Кэтрин поднесла бокал к губам, но он оказался пуст. Клей забрал его из безжизненных пальцев Кэтрин, тихо говоря:

— Поднимись незаметно наверх и возьми свое пальто, а я буду ждать тебя возле боковых дверей. И не забудь ключ.

Очутившись еще раз в розовой спальне, Кэтрин наконец позволила своим плечам расслабиться. Она шлепнулась на край нарядной кровати, потом наклонилась назад — тяжело закрыла веки. Жаль, что эта комната не была ее собственной, а то бы она могла свернуться здесь калачиком, а потом проснуться утром и обнаружить, что никакой свадьбы не было. Она рассеянно подняла маленькую подушку, потеребила пальцами рюши, не отрывая взгляда до тех пор, пока рисунок на ней не стал расплываться у нее перед глазами. Она моргнула, откинула подушку в сторону и подошла к трюмо. Потом прижала платье к низу живота, измеряя его на глаз. Кэтрин подняла голову и посмотрела на отраженное в зеркале лицо. Интересно, как оно может быть таким розовым, если она чувствует себя такой бескровной? Из глубины покрытого серебром стекла голубые глаза наблюдали, как кончики пальцев дотронулись сначала до щеки, потом неуверенно опустились к губам. Ее брови носили обеспокоенное выражение, когда она оценивающе рассматривала свое собственное отражение и находила в нем уйму недостатков.

— Джил Мангассон, — прошептала она. Затем она повернулась и накинула на плечи свое пальто.

За окнами мир был в мерцании первого снега, который блестел как будто изнутри. Ночное небо выглядело так, словно кто-то пролил на него молоко, затмив луну белой пленкой. Огни из окон игриво сверкали на белой глазури, а голые ветви деревьев казались сейчас согретыми под своими одеялами. Воздух был хрупким, но хрупким достаточно для того, чтобы заморозить нежные лепестки гардении, забытой в волосах Кэтрин.

Кэтрин сжала воротник своего пальто под подбородком, подняла вверх лицо и вдохнула холодный воздух. Она украдкой пробиралась в конец сада к гаражам. Там было тихо. Даже гул отдаленного уличного движения не вмешивался, и Кэтрин наслаждалась тишиной, стараясь успокоиться.

— Извини, что заставил тебя так долго ждать. — Она вздрогнула, услышав голос Клея, и еще плотнее сжала воротник. Он возник из темноты в виде длинной тени, с поднятым воротником пальто. — Меня заметили несколько доброжелателей, и я не смог быстро отделаться от них.

— Все в порядке. — Но она опустила подбородок вниз, в защитные складки пальто.

— Вот ты мерзнешь. — Он коснулся ее спины, направляя к незнакомой, темной машине, которая ожидала их. Даже в темноте она увидела, что от машины тянулись длинные, узкие ленты. Он открыл дверь со стороны водителя.

— У тебя есть ключ? — спросил он.

— Ключ? — глупо переспросила она.

— Да, ключ. — Он улыбнулся только краешком рта. — Сегодня я сяду за руль, но после этого машина твоя.

— М-моя? — заикаясь, спросила она, неуверенная, в чем искать подтверждения, в машине или в его лице.

— Счастливого бракосочетания, Кэтрин, — просто сказал он.

— Ключ для этого?

— Я подумал, что тебе не понравится фургон для овощей или чего-нибудь такого.

— Но, Клей… — Дрожь усилилась, несмотря на то, что она куталась в пальто.