Гирделион. Безродное дитя - Святослав Игоревич Брызгалов

одержал победу в цисэ-ариучи, но всё ещё гневался за то, что тот посмел рисковать своей жизнью ради них.

– Ты, яхгов переросток, а ну рассказывай, как одержал победу в этом состязании?! – Сорон подошёл к юноше и потрепал за плечо.

– Расскажу в пути, – ответил Аверин, – Нам подготовили сопровождение и даже корабль до Твиса.

– Ого! Я думал торговец играет в какие-то игры. Значит нужно уходить немедленно! – продекламировал Бёрн, – Пока там не передумали. Тем более, сколько времени утеряно. Невообразимо просто!

– Что, кстати, приключилось? Как вы сюда попали вообще? – спросил Бёрн.

– Тот же вопрос, – прогремел Сорон, – Куда ты пропал?!

– И всё же, поговорим об этом по дороге, – вмешался Эллий, – Времени утеряно гораздо больше, чем дозволено.

Товарищи согласились с ним, то было неоспоримо. Голова юноши закружилась, он невольно сделал шаг назад, чтобы не упасть.

– Что с тобой? – Эллий заметил это неловкое движение.

– Голова кружится, ничего страшного.

Эллий пристально взглянул в глаза юноши. Он видел, как зрачки Аверина безостановочно бегают, как будто тот следил за бешеным мячиком.

– На вот, выпей, будет лучше, – Эллий вытащил из своей сумки склянку с прозрачной жидкостью и протянул парню, – Один глоток. И оставь себе, у меня есть ещё.

Аверин принял из его рук лекарство, сделал глоток и оно мгновенно подействовало. Вспышки исчезли, состояние нормализовалось. Можно было приступать к сборам.

Тут Аверин понял, что не чувствует в доме присутствия Ак-Сата и других товарищей. Юноша поднялся наверх и, не обнаружив ни Суа-Тер, ни Рас-Сад, выбежал во двор, надеясь застать там кого-нибудь. К его счастью Суа-Тер стоял прямо у фонтана.

– А где все? Где Гор, Марон… – Аверин запнулся, вспомнив про девушку, его захлестнула волна ненависти. Образ алеута предстал перед внутренним взором. Его окровавленный меч.

– Она жива, – Аверин вздрогнул, услышав ответ мужчины, – Девушка сумела выжить.

Суа-Тер глядел на юношу, как-то нежно, по-отцовски, ему было очень приятно сообщать эту новость.

– Где она? – только и смог выдохнуть Аверин.

– Ты был без сознания не один день, не приходил в себя, бредил. Конкерат, солкиты… что это такое вообще? – сознание юноши вновь разрезала яркая вспышка, перед глазами предстал зелёный огонь. Но больше ничего. Голова не кружилась, и на том спасибо.

– Я не помню, – признался он.

– Молодые люди, будучи уверенными в твоей безопасности, не стали дожидаться твоего пробуждения и ушли вместе с тем, кто привёл вас, – Суа-Тер выждал небольшую паузу, – Сказали, что им нужно идти.

В душе Аверина поселилось смутное чувство. Вернул старых друзей, потерял новых… А может именно с ними ему следовало идти? Может его путь должен был проходить бок о бок с Мароном, под прикрытием Гора…с Араной. В его груди вновь что-то кольнуло, сжалось. Стало больно, грустно…одиноко. Ни Эллий, ни Сорон, ни Бёрн не заменят ему Араны, которая будет рядом, поддержит… обнимет. Только сейчас он ощутил притяжение к девушке. Почему его не было раньше? Почему, когда она была рядом, он не ощущал того, что нахлынуло сейчас? Ведь наверняка, будь оно в те моменты, он бы пренепременно заговорил с ней обо всём, объяснился, открылся. А может оно было? Может он просто боялся сделать шаг, честно признаться себе? Теперь уж слишком поздно. Все ушли, и могли уже быть на другом конце Гирделиона, учитывая то, как Ак-Сат умел перемещаться. Необходимо отбросить это чувство, выбросить из головы, сосредоточиться на предстоящем, на задаче. Впереди его ждут новые приключения и новые знакомства.

Как в подтверждение его мыслей, из дома вышли приятели.

– Мы готовы отправиться в путь! – разразился Сорон.

– Без отдыха? – несколько удивлённо произнёс Суа-Тер.

– Наотдыхались! – возразил Бёрн. Аверин заметил, что Бёрн еле держит себя в руках. Наёмник столько времени просидел за решёткой без приключений, и его душа требовала их здесь и сейчас. Он не мог смириться с тем, что его меч лежит без дела, а ноги без дороги. И это его просто разрывало изнутри, энергия била через край. Но было что-то ещё, что Аверин не мог понять. Бёрн старательно маскировал какую-то часть себя. Из уважения к другу юноша перестал пробиваться через насаждения его чувств.

Когда всё было готово к путешествию, выяснилось, что в охрану Рас-Сад выделил всех своих стражников, которые работали в его доме. Торговец сказал, что на выигранные деньги он уже купил особняк в соседнем городе Дас-Сати, и нанял туда других телохранителей. Также он приобрёл для путешествия несколько дрезд – зверей, которые могут быстро преодолеть огромное расстояние в пустыне. Выглядели они весьма устрашающе. Их огромные перепончатые лапы при движении разметали песок в стороны, чёрное чешуйчатое тело без единого волоса было твёрдым, как сталь. Залезть на дрезду оказалось не сложно, гораздо сложнее было удержаться на ней во время движения. Она летела, как угорелая, то подпрыгивая, то прижимаясь к земле. Путники сразу забыли о том, что хотели рассказать друг другу свои истории во время путешествия, потому что в таких условиях разговаривать оказалось невозможным. Зато им потребовался всего один день, чтобы достичь берега материка, а дальше оставалось чуть больше часа по берегу вдоль океана, чтобы прибыть в портовый город. Тот мало чем отличался от Авирского Тедена. Оно и ясно, ведь градостроители Гретор приложили свои руки к строительству Тедена. Впрочем, рассмотреть путешественники ничего не успели, да и не особо то и хотели. Они быстро, насколько это возможно, перебрались на корабль, с огромным облегчением слезая с дрезд. Настолько их утомила езда на этих необузданных зверях. Хотя в пути они и совершали пару-другую остановок, чтобы дать дрездам покормиться, этого оказалось слишком мало для отдыха. Руки ныли, так крепко приходилось держаться за поводья. Ноги тоже приходилось держать в постоянном напряжении, чтобы не свалиться со спины животного, и болели не меньше рук. Кормились дрезды довольно своеобразно. Эти существа вели хищный образ жизни, о чём говорили острозаточенный ряд зубов и невероятно чуткий нюх. Они самостоятельно отлавливали дичь в пустыне, порой загоняя жертву до смерти. Чтобы дать дрезде покормиться, наездники слезали в определённое время, к которому зверя приучали с начала дрессировки, снимали с него всё снаряжение, и он сразу же исчезал в песчаной дюне. Закончив охоту, дрезды каким-то чудом возвращались к наездникам. Некоторые из животных съедали добычу на месте охоты, а некоторые приносили бедняг в широкой пасти обратно в лагерь. Совершенно неясно как дрезды ориентировались в пустыне. Но Аверин три раза наблюдал это явление за день путешествия в пустыне.

Только лишь расположившись на корабле, и хорошенько отдохнув, приятели, наконец, смогли обсудить события минувших дней.