Происхождение видов - Бодхи

- Понятно… Страшно интересно! Томас, так что с сейенами и моем участии?

- А что с ними – все то же самое – ищи партнеров – новых, которые еще не являются профессиональными дайверами, или переманивай в свою группу уже имеющихся… только не из моей группы, конечно, - смеясь, добавил он, - и вперед. Что тут разговаривать? Делай! Вот встань, иди отсюда и делай что-нибудь, ищи людей, возись с ними, учитесь работать, исследовать вместе. Теперь ты знаешь, что у нас есть центры селекции – там непрерывно проходят обучение тысячи людей, большая часть из которых, конечно, беженцы, но никто заранее не знает – что из кого получится, и в какой момент стопроцентный беженец вдруг превратится в хвоста или морду. Или не превратится – никто не знает.

- А кто сейчас работает с сейенами? – Тора слегка наклонилась вперед, словно прямо сейчас собиралась встать и помчаться к сейенам.

- В основном я и моя группа, но время от времени и другие принимают участие. У меня там двенадцать человек-практикующих. Ты можешь с ними познакомиться, но имей в виду, что необходимо контролировать плотность общения с ними.

- То есть?

- Если с новичком или беженцем проводить слишком много времени, то он теряет самостоятельность, начинает залипать в дружественности, нерешительности, начинает бегать к тебе как к мамочке с разными вопросами вместо того, чтобы пытаться ответить на них самостоятельно. Необходимо ставить их в такие условия, чтобы они не слишком часто могли встречаться и общаться с тобой. Наша задача – найти и содействовать росту самостоятельного, энергичного существа, наполненного радостными желаниями. Вообще, я очень советую тебе поработать в наших центрах селекции – попрактиковаться в общении с теми, кто там стажируется, поучить их и поучиться вместе с ними, внимательно наблюдая за тем – как происходит у практикующих процесс преодоления омрачений. Заодно ты можешь там подыскивать интересных тебе людей.

- Я хочу! Я страшно всего этого хочу. Мне даже сейчас больше хочется полететь в какой-нибудь центр селекции, а не ждать эксперимента. Хочу предложить Пурне. Что ты скажешь, если я предложу Пурне? Мне кажется, она может заинтересоваться. Она немного замедленная, словно спит, но иногда мне кажется, что в ней есть и энергия, и страстность…

- Ты что, ждешь одобрения? – вкрадчиво спросил Томас. – Ты будешь бегать к нам за одобрениями? Делай! Вставай, поднимай свою попку и делай! Я же уже сказал тебе. Опирайся на свой здравый смысл, на свои предчувствия, на свой опыт, на свои озаренные восприятия, на радостные желания – делай. Совершай ошибки, делай из них выводы, совершай новые, делай! Ни хрена ничего не будет, если мы будем тут сидеть и выклянчивать друг у друга одобрения. Ты что же, думаешь, что я одобряю все, что, например, сейчас делают ребята Чока? Или может быть ты думаешь, что я одобряю Квейса, Трикса и Магнуса, которые решили не возвращаться из погружения и сидят сейчас и занимаются со своими подопечными, рискуя своей жизнью? Нет, я их не одобряю.

- Почему? Почему ты их не одобряешь? – Удивленно спросила Тора.

- Я их не неодобряю. Я их просто не одобряю. Одобрение и неодобрение – это не то, чем мы занимаемся. Мы все здесь – страстные, живые, взрослые и ответственные люди. Нас ведут наши радостные желания и наши ОзВ. Мы делаем то, к чему нас влечет. Разумеется, есть определенные рамки, которые мы совместно вырабатываем, но они носят очень общий характер и по большому счету очень мало нас ограничивают. Если ты говоришь «Пурна» - бери ее. Возись с ней. Учитесь с ней вместе. Ищите опытных дайверов, которые станут вам содействовать, требуйте содействия, берите его своими руками – тут не дают подаяния, тут каждый занят своим делом, но каждый из нас с радостью оторвет себя от своих увлечений, чтобы посодействовать другому увлеченному человеку. Делай!

Идя по тропинке в свой коттедж, Тора чувствовала, что все изменилось. Именно все. Изменилось отношение к Томасу – он перестал быть иконой, стал живым и близким человеком. Это произошло как-то сразу – само собой, Тора даже не заметила – в какой момент исчезла дистанция между ними – возможно именно тогда, когда он сделал незаметное движение пальцем на лестнице. Изменилось отношение к эксперименту. Если раньше Тора воспринимала себя как несколько постороннего человека, которого пригласили, а потом попросят удалиться, то сейчас это стало ее личным делом. Если, к примеру, сейчас ей скажут, чтобы она ехала обратно в институт или в Чукхунг или куда угодно – она не развернется послушно, а будет бороться за свое участие – почему-то ЧСУ не возникало, когда она представляла себе, что придет к Менгесу, к Томасу, Мерку, обратится в Совет, и глядя в глаза будет требовать ответов на свои вопросы.

Изменилось общее понимание целей эксперимента. Прогрессорство перестало быть абстрактной красивой задачей – та увлеченность, которую испытывал Томас, его преданность к тем существам, за которых они борются в своих погружениях, словно передалась Торе. Да. Снова преданность. Она возникала всплесками несколько раз во время разговора. Яркими всплесками. Как вчера во время разговора с Фоссой.

В коттедже было два парня и девушка – они играли в шахматы и не обращали на нее внимания, увлеченно разбирая какую-то комбинацию. Тору это вполне устраивало, она залезла на мансарду и на два или три часа отключилась от всего внешнего мира.

«17 ноября 2010 г. полдень.

Второй день испытываю вспышки преданности. После разговора с Томасом, Мораном и Мерком озаренный фон есть непрерывно. Сейчас – когда я снова активно порождаю преданность, ее отзвуки вспыхивают во всем теле, в разных частях. Я могу даже указать, где именно в теле отражается преданность прямо сейчас, я не могу остановить этот поток, он сносит всё, всё чем «я» когда-то была, интенсивные слёзы льются почти непрерывно, от каждой вспышки преданности. Тело дрожит и постоянно чуть вибрирует, гудит, дыхание учащается, становится тяжелым, ощущение температуры не ниже 39-40, тело периодически передёргивается, хочется выкручиваться, выгибаться. Когда закидываю голову назад – ощущаю жар в шее, наслаждение усиливается, резонирует со словами «вырывается» - что, куда, зачем вырывается - я не знаю, но есть наслаждение от того, что что-то прорывается. Вспыхивает столько ОзВ, что я не могу точно сказать, что с чем резонирует, какими парами они вспыхивают. Их так много и все они яркие, интенсивные, навалились как игривые львята, которые кусают друг друга за ухи, топчутся, перепрыгивают друг через дружку, лапаются и резвятся. Дрожат губы, в морде жжение, во всем теле вспыхивают разной интенсивности ОзВ, экстатический восторг бесконечного путешествия. Все озаренные факторы, которые раньше резонировали с отдельными ОзВ, сейчас слились в одну картинку. Раньше это были кусочки, а сейчас они собрались во что-то цельное, глубокое и невыносимое.

Все ОзВ склеились и усилились во много раз. Нет границ тела – всё, что я когда-то называла «собой» - стёрлось, его снесло штормовой волной – всё, без остатка. Нижние лапы дрожат, мурашки по всему телу, всё невыносимо гудит и переливается.

Повторяю постоянно фразу «новые морды, новее дракончики», преданность невыносимая. Открыла книгу Ишервуда про Рамакришну, прочитала не больше одной страницы, гудение в теле стало невыносимым. Побежали мурашки и возникла вибрация, сильно резонирующая с наслаждением, вспыхнула сильная вибрация в лапах – в ладошках, потом очень быстро она стала растекаться к локтям - такое ощущение похоже на то, которое возникает, когда отсидела ногу, но тогда это больно и неприятно, а эти ощущения невыносимо приятные. Пальцы застыли как намагниченные, я не могла ими пошевелить, я могла только держать их на весу и рыдать. Когда начала ими шевелить – ощущение, что они намагничены на 10, дрожь по всему телу, я потею, меня всю трясёт, температура не меньше 40, потом вспыхнул ещё один центр блаженства – в животе, чуть выше пупка, потом третий центр – на нижних лапах. Я рыдаю, ощущение, что меня сейчас просто разорвёт, это невозможно остановить. Мысль «только бы ребята внизу не услышали, не помешали бы». Сказала вслух «новые морды, новые дракончики» - «вспышка» - моё тело вспыхнуло изнутри, на долю секунды его просто взорвало изнутри, на пальцах четко ощущаются кончики - я ощущаю десять маленьких кружочков, искрящиеся блаженством, невыносимой преданностью.

Интенсивность ощущений на пальцах такая, что возникает пронзительная боль, но даже эта боль усиливает наслаждение. Самый интенсивный гул, дрожь, вибрация на 10 от кончика мизинца до локтя – полоска блаженства в обоих лапах. Потом снова начали гудеть нижние лапы, особенно левая. Легла и поняла, что не могу делать ничего, я рыдала без остановки, это было невыносимо. Ощущения были очень отчетливыми, я не отдавала себе отчета в том - сколько времени всё это длится. Спросила вслух: «Бодхи, что со мной происходит?», повторяла вопрос без счета. Возникал страх – странный страх, необычный, густой и не страшный, не страх совсем… неужели экстатические ОзВ проявляются именно так? А как тогда жить? Как щенята завозились радостные желания – они хотят проявляться, они хотят жить. Через несколько минут невыносимые ощущения исчезли так же внезапно, как и появились. После этого – серьезность, наслаждение и преданность как озаренный фон, но этот ОФ сильно отличался от тех вспышек.