Жанры печатных и электронных СМИ - Екатерина Максимовна Пак

В этом смысле «основная функция воображения заключается в перекомбинировании образов и в переносе признаков одного объекта на другие»[319].

В плане создания документального образа в публицистике используются не только такие методы, как типизация, интерпретация и образная трактовка, но и различные художественно-выразительные средства, призванные наиболее ярко высветить тот или иной факт либо явление действительности.

Специфика условности в очерковом произведении. К специфическим особенностям очерковой публицистики относится не только документальное отображение действительности, но и ее художественное моделирование. Диалектика взаимодействия этих двух начал обусловливает широкие возможности в постижении реальной жизни во всей ее многоплановости. Если публицистика прежде всего ориентирована на документальное отображение фактов, то художественное творчество допускает условность и вымысел в воссоздании картины мира. Отсюда и возникает вопрос о том, насколько свойственна документальным типам творчества категория условности.

Если категорию условности трактовать не только как изображение вымышленных героев и жизненных ситуаций, но и как свободу авторского воображения, как плодотворный художественный метод в отображении социальной действительности, как способ постижения внутренней сущности изучаемого объекта и т. д., то она вполне может служить делу создания полноценных художественных образов. При этом публицистическую условность исследователи предлагают рассматривать как сложный механизм отображения действительности, имеющий своей исходной точкой документальную фиксацию жизненного факта и в то же время предполагающий «закрепление» данного факта в ткани произведения и соединение его с подобными ему путем свободных ассоциативных связей, не нарушающих объективного и достоверного звучания описываемого фрагмента[320].

В документальном очерке формы условности могут быть бесконечно многообразны. Они выражаются и в выборе определенного ракурса при изображении человека, и в авторской точке зрения, и в свободе выбора элементов повествования, и в сюжетном построении материала, и в различного рода домыслах и версиях, которые могут быть открыто заявлены автором, и в догадках о мыслях героя, не строящихся на основе вольных измышлений, а выводящихся из каких-то внешних характеристик героя, его поступков, действий, жестов, речи и т. п. Но самой универсальной формой является, по мнению теоретиков, пространственно-временная условность. Рассмотрим, как те или иные формы условности проявляются в конкретном очерковом произведении.

Понятие ракурс, используемое в документальном искусстве, в полной мере может быть применено и к очерковым произведениям. Например, в киноискусстве под ракурсом обычно понимают изображение объекта с различных точек зрения. Объект или предмет может быть снят сверху и снизу, в анфас и в профиль, в движущемся или неподвижном состоянии. Все зависит от того, куда будет направлен объектив камеры, какую сторону объекта захочет отобразить творец и для какой цели, под каким углом зрения он его представит, на чем сфокусирует особое внимание и т. д. Таким образом создается не голая копия отображаемого объекта, а произведение искусства, отличающееся новыми, неповторимыми качествами и свойствами, в отличие от его непосредственного оригинала. Подобного рода объектив может быть использован и в публицистическом творчестве. Журналист, перерабатывая множество фактов действительности, отбирает только те из них, которые наиболее ярко высветят то или иное явление. Изображая человека, он фокусирует внимание на самых существенных характеристиках личности. Это может выразиться и в описании внешности личности, и в изображении его внутреннего мира, то есть в данном случае авторский «объектив» должен быть направлен таким образом, чтобы наиболее полно и зримо создать образ человека. В выборе определенного ракурса очеркист свободен так же, как художник, выбирающий наиболее удобную для него позицию или угол зрения. Для очерка, представляющего собой некий эскиз или чертеж, правильный выбор ракурса особенно важен, потому что без этого невозможно изобразить человека таковым, каким автор хотел представить его читателям.

К «универсальным» формам условности в публицистике относят понятие пространства и времени. Данная категория является предметом анализа философии, искусствоведения и литературоведения. В философии, например, она изучается в качестве общего абсолютного закона мира. В энциклопедическом словаре данное понятие трактуется как «всеобщая форма существования материи; пространство – форма сосуществования материальных объектов и процессов (характеризует структурность и протяженность материальных систем); время – форма последовательной смены явлений и состояний материи (характеризует длительность их бытия). Пространство и время имеют объективный характер, неотделимы от материи, неразрывно связаны с ее движением и друг с другом, обладают количественной и качественной бесконечностью. Универсальные свойства времени – длительность, неповторяемость, необратимость; всеобщие свойства пространства – протяженность, единство прерывности и непрерывности»[321].

В литературоведении рассматривается категория художественного времени и пространства. В любом художественном произведении мы имеем дело не с реальным временем и пространством, а с их отражением, то есть, иными словами, с ними условными. События в художественном произведении могут разворачиваться в различных пространственно-временных координатах. Какое-либо действие может развиваться в прямом хронологическом порядке или же исходя из логической последовательности. Место действия может изменяться по воле автора. Герои могут путешествовать во времени и пространстве. Пространство художественного мира могут «заселять» как прототипы реальных героев, так и мифологические и сказочные персонажи.

В публицистических текстах мы также имеем дело с отраженным, а значит, условным пространством и временем. Но в отличие от литературы, ориентированной на художественно-образное отображение действительности, в публицистике действуют свои специфические законы. По мнению Е. П. Прохорова, жанровое «пространство» публицистики огромно. «Если развернуть метафору, – пишет он, – то можно говорить о трехмерности этого пространства, где тремя жанровыми осями координат будут репортажность, очерковость и статейность. Конечно, это условность. Но вот о чем идет речь: для того чтобы события, характеры и закономерности, посредством которых является нам современная жизнь, нашли свое отражение в публицистике, нужны именно эти три формы, три творческих стихии. Причем чаще всего в сочетании. В самом деле, конкретные жизненные коллизии, с которыми встречается публицист и которые он стремится раскрыть, выступают перед ним и как совокупность событий, и как поступки реальных людей – персонажей текущей истории, и как проявление неких закономерностей, – все это требует целостного раскрытия и мастерства демонстрировать течение событий, и способности проникнуть в суть человеческих характеров, и уменья постигнуть смысл закономерностей»[322].

Развивая данную мысль относительно «пространства» очеркового произведения, заметим, что в нем могут в различных сочетаниях сосуществовать и репортажное, и очерковое и статейное отображение действительности. Вопрос состоит лишь в поисках оптимальных связей между этими тремя жанровыми осями координат. В каждом конкретном произведении журналист, вычленяя для отображения тот или иной фрагмент действительности, стремится как можно полнее выразить свое понимание описываемых им событий или людей. С этой целью он может использовать как образно-эмоциональные средства, так и логико-понятийные. Репортажные элементы описания призваны, на наш взгляд, создать в очерке весь колорит места действия. Очерковые элементы необходимы не только при обрисовке внешних характеристик героев произведения, но и при описании